"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

коридор была открыта. Между ним и этой дверью, лежа головой на рюкзаке, спала Настя. С другой стороны от двери, под белой доской с надписями, лицом к стене храпел Рысь. Антон почувствовал, как вспотел. Вся одежда на нём намокла от пота из-за кошмарного сна. Он посмотрел в открытую дверь, моргая, пытаясь окончательно проснуться. «Как хорошо, что я не на том втором этаже», — Палач протёр глаза, перевернулся на спину. Потолок даже сквозь ночную тьму выглядел белым. Снизу его подсвечивал фонарик. Палач сел, опершись спиной о стену. За столом с приборными панелями сидел Гора. Включённый фонарь был прикрыт каской, из-за чего вся конструкция походила на военно-полевой торшер. Великан аккуратно что-то выцарапывал ножом по столешнице. Палач осмотрел комнату: аппаратные шкафы также светились огоньками небольших лампочек, его бронежилет был слева, автомат справа, Гора на посту, Мессия рядом, почти вплотную, Рысь на стрёме. «А где? А, вот», — Палач вновь протёр сонные глаза, не сразу разглядев у противоположной стены Вадима и Машу. Девушка лежала вдоль плинтуса, положив голову на грудь командира. Видимо, Вадим заснул, прижимая Шерлок к себе.

В горле пересохло. Палач встал и пошёл в сторону туалета. Гора резко обернулся на звук, но, увидев проснувшегося напарника, вновь вернулся к своему занятию. Подойдя к коридору, Палач пошатнулся в сторону от неожиданного звука:

— Фрёёт! — громкий шёпот шипел слева.

Боец начал быстро перебирать в своей голове: «Это что сейчас было? Это кто-то сказал? Мне сказал? Кто? Что он вообще сказал? Откуда? Кто? Гора далеко, а тут, рядом только Рысь, но он спит. Спит? — Палач наклонился, пытаясь рассмотреть в темноте черты лица. — Спит, вроде», — решив, что это всего лишь звук из чьего-то сна, Антон вышел из радиорубки. Входная дверь в конце коридора была плотно закрыта, где-то рядом с ней должна висеть его растяжка. В туалете всё казалось чуть виднее: свет луны также пробивался через небольшие оконца вверху, но отражался от белой кафельной плитки на стенах. Для привыкших к темноте глаз это было сродни прожектору. Стрелок бросил взгляд на два писсуара вдоль стены слева от двери, открытые кабинки за ними — тихо и чисто, как будто он сейчас просто ночует на базе «Раската», а не в «хижинке» разбитого гарнизона. Два небольших белых умывальника с латунными кранами размещались на стене напротив. Антон подошёл к одному из них. Он выкрутил пластмассовый вентиль до упора — вода потекла небольшой струйкой. Палач начал жадно пить воду, нагнувшись к крану под зеркало, висевшее на стене. Спросонья, из-за сильной жажды ему хотелось даже слизывать капли воды с самого умывальника — напиться не получалось. Но пробуждающийся мозг всё же относил эту идею к числу сомнительных поступков. Прохладная влага протекла по обезвоженному пищеводу. Палач посмотрел на себя в зеркало: два знакомых чёрных глаза, чуть изогнутый, с горбинкой нос. Немного выдающийся вперёд подбородок был сейчас весь в проросшей чёрной щетине. К собственному удивлению, он увидел на своём лице улыбку.

«Может просто вода вкуснее, когда ты на задании? Как чай в походе», — Антон смочил ладонь в тонкой струе воды и протёр вспотевший лоб, затем голову с тёмными волосами. Приятная прохлада окончательно вывела его из полусонного состояния. Что-то проползло слева: глаз уловил небольшие изменения на краю отражения в зеркале. Палач моментально обернулся. Ничего — просто облако частично закрыло собой свет Луны. Стало темнее.

«Показалось, — Палач снова прильнул к воде из-под крана. — Просто показалось. Кроме меня тут никого нет, дверь закрыта. И я не на том чёртовом этаже! Как хорошо, что не там. Хотя. Не уверен, что эта дверь удержит тварей, если они нами заинтересуются. Мина? Ха! Шумная кроха! Она просто, чтобы нас пробудить перед боем. Последним, мать его, боем! — Антон прополоскал рот, сплюнул. Снова посмотрел в зеркало. — Хорошо, что рядом нет монстров. Двери у нас, считай, что нет. Сумасшествие! Нет, не надо об этом думать! Зачем об этом? У меня ведь время сна. Главное, что сейчас тихо. Так, а почему мы всё же ещё живы? Может просто мы толпа «Неуловимых Джо?» — он в очередной раз расплылся в улыбке, затем промыл глаза и, закрыв кран, пошёл обратно в радиорубку.

Переступая через порог, «заклинатель пуль» услышал звуки, похожие на причмокивание. «Ого!» — Антон всмотрелся в спящую Настю. Кажется, она, не открывая глаз, что-то шептала. Палач присел рядом с девушкой. Её глаза действительно были закрыты, а пухлые губы еле заметно дёргались. На её руках иногда вздрагивали пальцы. «Понятно», — стрелок встал и пошагал в сторону стола с дозорным.

Гора вырезал на столешнице рисунок: какой-то растительный орнамент, похожий больше на татуировки людей древности. Остриё ножа он ставил на поверхность, и аккуратно надавливал ладонью на рукоятку, затем вычищал из получившейся бороздки обломки синей краски. Палач тихо спросил:

— Слышал, как они бубнят?

— Конечно, два часа уже скоро, как слушаю, — великан отвечал, не отвлекаясь от своего творчества. Антон был удивлён: в могучих руках его сослуживца даже армейский нож выглядел скальпелем, но из-под лезвия, тем не менее, выходили хитросплетения из тонких красивых линий. В них угадывались стебли и листья. Какие-то симметричные символы выглядывали из-за этих узелков. Он решил уточнить:

— Ты раньше рисовал?

— Да не — татухами увлекался, пока школу заканчивал.

— Нормально у тебя получается!

Гора улыбнулся. Его небольшие глаза блестели отражениями света от фонарика. В наушниках, лежавших рядом, было слышно только шипение.

— На связь кто-нибудь выходил?

— Да не, она мёртвая, — Гора посмотрел на часы на своей левой руке. — У тебя ещё есть минут пятнадцать, потом меня сменишь.

— Да. Надо их использовать — впереди день не легче вчерашнего. Возможно, будет полная жопа, — с этими словами Палач вернулся на своё спальное место. Его каска была прикреплена к лямкам рюкзака, стоявшего на полу у изголовья подушки, которой стал бронежилет. Вся эта нехитрая конструкция в играх света и тени казалась сказочным карликом на лодке, снарядившимся в долгий поход.

***

Погода стала на редкость пасмурной — небо абсолютно серое. Палач перешёл через плац, начал подниматься по крыльцу казармы. Ступеней оказалось больше, чем было вечером — вовсе не пять. Они были грязными, в какой-то шелухе, обрывках газет и жухлой траве. Он ступил на первую, потом на вторую и поднимался всё выше. Носок ботинка соскользнул с четвёртой, и боец полетел носом вперёд: «Только не головой!»

Антон открыл глаза. Это был всего лишь новый неприятный сон.

— Твоё время, — Гора встал со стула, показывая пальцем на свои часы.