"Фантастика 2026-42". Компиляция. Книги 1-13 - Соня Марей

– Ты снова проиграл. И я должен тебя наказать за дерзость и за то, что посмел ранить главу клана. – Он повернулся к тэнгу, которые уже вернулись обратно на площадку. – Держите его.

Десяток рук схватили Райдэна прежде, чем он успел понять, что происходит. Попытался вырваться, но не мог ничего сделать против тэнгу. Макото что-то кричал, но Райдэн его не слышал, он замер, глядя на то, как отец заносит меч.

– Я говорил, что это будет жестокий урок, – сказал Ранмару, и катана со свистом полетела вниз.

Райдэн захлебнулся собственным криком, когда лезвие вспороло плоть, перегрызло кость, отсекая левую руку выше локтя. Кровь волной хлынула на снег, а Райдэна скрутило судорогой от ужаса и боли, поглотившей его тело. Тэнгу отпустили его, и Райдэн обессиленно распластался на красном снегу, отупело глядя на отсечённую руку, пальцы которой ещё подрагивали.

А потом он закрыл глаза.

Часть II

Глава 18. Туман

– Утэнгу, кицунэ, инугами и некоторых других ёкаев зародыш развивается до состояния девятимесячного человеческого детёныша всего за три. Но, например, у вымерших обезьян-великанов срок вынашивания равнялся пяти годам! – воодушевлённо делился знаниями Такая, осматривая слегка округлившийся живот Мико.

– Кошмар! Пять лет ходить беременной – хуже не придумаешь, – воскликнула Кёко, открывая сёдзи, чтобы впустить в комнату рассвет. – Как думаешь, будет мальчик или девочка?

– Не знаю, – отрешённо ответила Мико. Она всё ещё не могла поверить в то, что происходило с ней и с её телом. Разрывалась надвое от радости и ужаса. В голове сами собой возникали картинки о том, как они с Райдэном – уже втроём – спят на одном футоне, обнимая крохотное дитя, так похожее на своего отца. Видела, как Райдэн учит малыша летать, когда крылья немного окрепнут. Как они проводят дни в собственном доме, в котором будет пахнуть деревом и новеньким татами… Но мысли эти меркли, стоило Мико вернуться в реальность. Реальность, которая могла обернуться месяцами или даже годами сражений, крови и смертей. В реальности у Мико не было места, куда она могла бы привести своего ребёнка. И осознание этого пугало её настолько, что становилось трудно дышать.

– Это будет крупный малыш. – Пальцы Такаи легонько надавили. – Живот больше, чем обычно на таком сроке. Но я не один раз принимал сложные роды в деревне, где жил, так что не беспокойся.

– Сложные? – Мико приподнялась, обеспокоенно глядя на него. Только новых сложностей ей не хватало.

– Пока переживать не о чем. – Такая улыбнулся и запахнул на Мико юкату. – Возможно, просто из-за того, что ты перестала пить отвар гинкго, плод обрадовался и резко начал расти, – пошутил он, а Мико улыбнулась одними губами. Ещё одна проблема, которую принесла беременность, – так как Мико носила под сердцем ёкая, плоды гинкго могли ему навредить. Такая не знал, насколько отвар опасен и опасен ли вообще, но предложил не рисковать. Мико решила, что пару месяцев кошмаров как-нибудь вытерпеть сумеет.

– Райдэн будет счастлив! – хихикала Кёко, которую, кажется, беременность радовала больше, чем саму Мико. – Я уже представляю лицо этого засранца.

Имя Райдэна заставило Мико вздрогнуть, и она по новой привычке потянулась к эху его души у себя в груди. Уже четыре дня Райдэна не было «слышно». Ночью Мико мучил кошмар, она не помнила, что именно ей снилось, а когда проснулась, разбуженная солнцем, продрогшая, в мокрой от пота юкате, ощутила сосущую пустоту в груди. Испугалась, схватилась за сердце, но тут же с облегчением выдохнула, – Райдэн не исчез, просто затих, превратившись из весеннего солнца в маленькую бусинку тепла. Мико не знала, что это значит и что теперь делать. Кёко предложила не паниковать раньше времени – Райдэн жив, это главное, возможно, он просто отгородился от Мико, чтобы сосредоточиться на деле. На третий день Мико не выдержала и попыталась пробраться в голову к Райдэну. Она чувствовала себя отвратительно от того, что делала, но обнаружила только подтверждение словам Кёко – молочный туман, точно такой же, каким сама отгораживалась от Акиры. Это немного уняло тревогу, значит, Райдэн и правда хочет побыть наедине с собой. Мико оставалось только ждать его возвращения.

* * *

«Ты потерял крылья, потому что не был достоин их носить».

«Ты не смог уберечь собственные крылья, Райдэн, не смог уберечь принцессу Эйко и не сможешь уберечь никого из тех, кого любишь».

Голос отца не стихал. Звучал так громко, что Райдэн не слышал собственных мыслей. Хотя, возможно, эти мысли всегда были частью его. Возможно, отец во всём был прав. Райдэн всех подвёл. Он был недостоин носить крылья, недостоин звания Хранителя, недостоин быть главой клана. Он не был достоин Мико, которую хотел погубить и которую привязал к себе ложью и сделками, малодушно боясь потерять.

Он лгал, юлил, гримасничал, изворачивался ужом. Он был трусом и слабаком. И если бы мать только видела, во что он превратил дело, которое она передала ему перед смертью… Что ж, она бы умерла от разочарования.

Райдэн съёжился в углу маленькой комнатки захолустного рёкана у подножия гор, на которые Райдэн боялся смотреть. Рука – вернее то, что от неё осталось, – болела. Райдэн старался не смотреть на неё, отрешённо сжимал и разжимал здоровую ладонь, жалея, что отец не отсёк и эту руку, а вместе с ней и голову – так всем было бы лучше. И ему – Райдэну – в первую очередь.

Ему казалось, что вместе с рукой он лишился всего. Способности сражаться, мыслить, чувствовать. Лишился даже того жалкого подобия полёта, которым сумел овладеть, – по какой-то причине веер больше не слушался его. Даже ветер, будто стыдясь такого хозяина, покинул Райдэна.

В комнату вошёл Макото и поставил перед Райдэном поднос с горячим супом и рисом.

– Тебе нужно поесть хотя бы что-то, – сказал он, но Райдэн продолжал молча смотреть на свою ладонь. – И помыться. – Он сделал паузу, как будто чего-то ждал. – Серьёзно, от тебя воняет. – Райдэн с трудом разбирал, что он говорит, и не находил сил ответить. – Хотя бы дай осмотреть рану, она может загноиться.

Макото потянулся к плечу Райдэна, но тот отпрянул.

– Не трогай, – угрожающе прорычал он.

Макото вскинул руки, сдаваясь.

– Ладно-ладно, только не кусайся. – Он вздохнул, помялся и попробовал зайти с другой стороны. А Райдэн отрешённо отметил, что пропустил момент, когда рассвет, с которым Макото зашёл в комнату, успел смениться