Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

А вокруг меня валялись только мертвые тела, часть из которых по-прежнему исходила нездорового цвета испарениями. Это вообще конвенционное оружие, или мне сейчас нарушение какого-нибудь экологического закона пришить попытаются?

— Есть еще желающие? — поинтересовался я у давно замолчавшей толпы.

Никто мне не ответил.

Я бросил зловещие кинжалы на ближайшую груду тел, развернулся и пошел к выходу с арены.

Никто меня не останавливал.

Глава 14

На трибунах царила кладбищенская тишина.

Не заброшенного старого кладбища, на котором посетителей сто лет не найдешь, а обычного такого кладбища, на котором только что закончились похороны какого-то человека, который при жизни был так себе. Рвать на себе волосы и рыдать по нему никто не собирается, ржать в голос в такой обстановке все-таки немного неприлично, но идти к выходу молча скучно и никому не хочется, поэтому люди разговаривают, но тихо и довольно сдержанно.

Покинув кладбище, я вернулся по зловещему коридору в свой склеп… то есть, в каземат. Дверь, через которую я вошел в первый раз, по-прежнему была закрыта, так что я уселся на каменную скамью, привалившись спиной к прохладной стене.

Я только что убил два десятка человек, не испытывал никаких эмоций по этому поводу, и это меня даже не беспокоило.

Это был их выбор, не мой.

Такая игра.

И если кто-нибудь еще в будущем попытается встать между мной и моей целью, его постигнет та же участь, и так будет продолжаться, пока я не дойду до конца или не помру в процессе.

Правда, не хотелось бы, чтобы продолжение началось вот прямо сейчас. Во время долгого пути особенно важны передышки.

Дверь, не та, которая вела на арену, та, за которой скрывался нормальный мир, и которая, как я очень надеялся, приведет меня к порталу, наконец-то открылась и моему взору снова предстал распорядитель игр, бледный и слегка запыхавшийся.

Вопреки моим ожиданиям, он был без охраны. Видимо, успел сообразить, что в случае чего, охрана ему не сильно поможет.

— Вы что-то долго, — заметил я. — Планировали для меня еще какие-то мероприятия?

— Что? О, нет, нет, больше никаких мероприятий, — торопливо сказал он. Когда ты убиваешь два десятки человек, это сразу дает тебе плюс двадцать к уважению в глазах всех, кто это видел. — И позвольте поздравить вас с великолепной победой.

— Теперь вы уже покажете мне, где тут портал?

— Конечно-конечно, — сказал он. — Я вас даже провожу.

Я бы на его месте тоже хотел убедиться, что нежелательный элемент покинул вверенную ему территорию.

Я встал со скамьи, а он даже придержал для меня дверь.

— Кстати, — сказал я. — У меня есть вопрос, продиктованный исключительно академическим интересом. А массовые побоища тоже как-то описаны в правилах поведения на арене или это приятное исключение, сделанное исключительно для меня?

— Такого не должно было произойти, — сказал он. — Когда мы обговаривали детали поединка, меня заверили, что присутствие бойцов будет носить чисто декоративный характер, просто как часть ритуала. Никто не знал, что все закончится именно так.

— Тем не менее, вы даже не пытались их остановить.

— Вы должны понимать, что все наши вооруженные силы сконцентрированы на защите внешнего периметра, — сказал он. — А на арене собрались люди, желающие посмотреть на зрелище. Это наш прокол, присутствующих при… ритуале сотрудников службы безопасности оказалось недостаточно для быстрого реагирования, когда…. э… ритуал вышел за ранее оговоренные рамки.

— Видимо, во все подробности этого ритуала вас просто решили не посвящать, — сказал я.

— Эльфы, — сказал он извиняющимся тоном.

Похоже, что эльфов не любят даже те, кто зарабатывает на них деньги.

— Вы так говорите, как будто это все объясняет, — сказал я.

— Но это на самом деле все объясняет, — сказал он. — Как правило, эльфы считают себя выше представителей других биологических видов, поэтому не склонны скрупулезно соблюдать все детали заключенных с ними сделок, а зачастую о наличии таких деталей даже не упоминают. А для клановых воинов интересы Дома стоят превыше всего, а остальное они попросту игнорируют.

— И несмотря на это, вы все равно заключаете с ними сделки, — заметил я.

Видимо, они так хорошо платят, что на остальные милые особенности, вроде вышеперечисленных, можно закрыть глаза. Особенно если предметом сделки являешься не ты сам, а кто-то другой.

Мы вышли из здания арены на улицу города. Народу на улице было немного, видимо, основная масса людей была на работе, в чем бы эта работа ни заключалась, а бездельники все еще переваривали увиденное на арене.

— Я знаю, что вы оказались здесь случайно, — сказал распорядитель. — Я имею в виду, на нашей планете. И чтобы хоть как-то компенсировать доставленные неудобства, администрация готова оплатить вам телепорт в любую точку галактики по вашему пожеланию.

— Очень мило со стороны администрации, — сказал я.

На самом-то деле, им просто хотелось, чтобы я убрался отсюда как можно дальше и как можно скорее. Если бы я был каким-нибудь крючкотвором, я ба обязательно нашел юриста и постарался влепить им иск за незаконное лишение свободы или халатное отношение к служебным обязанностям, но, скорее всего, на такое разбирательство потребуются годы, а я не уверен, что у меня есть столько времени.

Так что разойдемся краями.

Вдобавок я смогу сэкономить пять золотых.

Мы вошли в какое-то здание, видимо, это была местная мэрия, и администратор услужливо указал мне на лестницу, ведущую в подвал.

В целом, если вам удалось проникнуть в сам город — а я не знаю, насколько это сложно, я этот их внешний периметр видел только издалека и очень недолго — дальнейшая дорога к порталу уже не вызвала бы больших затруднений.

Ну, я так думаю.

Мы начали спускаться по лестнице, и уже прошли один пролет, но тут я остановился. Внезапно мне пришло в голову, что если на меня собирались устроить очередную засаду, то момент подходит просто идеально. Портальный зал с привычным полумраком, я, уже одной ногой практически убравшийся с этой планеты и строящий планы на будущее…

— Какие-то проблемы? — осведомился у меня представитель администрации. По выражению его лица было заметно, что он никаких проблем не хочет. Ну, кроме тех, что у него уже есть.

— Я тут задумался о ценности человеческой жизни, — сказал я. — В том числе, о ценности вашей.

— Что вы имеете в виду?

— Ну, вы же понимаете, что если внизу меня поджидает какая-то опасность, вас я постараюсь убить первым?

Он побледнел.

— Никакой опасности, заверяю вас… — но что-то в его тоне