Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

людям, всему человечеству. Мы лишь инструмент, исполняющий желания заказчика. Если хотите, мы можем встретиться, когда Вы не будете так спешить. Поговорим, и я охотно расскажу о нас и нашей цели.

— Нет, спасибо. Давайте конкретно, что Вы от меня хотите?

— Столкнувшись с Вами, культ потерял трёх служителей, стоящих на второй ступени. Близких и доверенных мне людей. Двое из них были мне как сыновья. И тогда я решил, что между нами должен быть мир, нейтралитет, называйте, как хотите. При этом от Вас не требуется ничего делать. Мы сами будем держаться максимально далеко от Вас и гильдии Асверов.

— К чему тогда этот разговор? — спросил я.

— К тому, что культ раскололся, — он немного развел руками, стараясь не делать резких и слишком размашистых движений, чтобы не провоцировать асвера, сидевшую рядом. — Часть служителей хотят отмщения за убитых соратников. Часть, как и я, думают, что ввязываясь в войну с Вами, мы потеряем больше, чем обретём. Увы, я не могу повлиять на раскольников. Не могу найти и убить их, так как меня сдерживают серьёзные клятвы. Да и Вам не нужна помощь и защита моих людей, поэтому передо мной встала дилемма. Не собираясь открыто помогать и требовать от Вас не начинать войну со всем культом, подобные сделки неприемлемы. Отдай больше, чем получишь — такому принципу мы следуем.

Он вынул из внутреннего кармана наладонную книгу в два пальца толщиной. Взвесил её в руке.

— Здесь имена и всё, что культ знает о раскольниках. Тех, кто хочет мести, — интонация его голоса из мягкой стала жёсткой и властной. Словно секунду назад тут сидел совсем другой человек. — Каждое имя в этой книге — это услуга, которую культ окажет тебе. Будь то курьерское поручение, убийство, поиск утерянного артефакта или знания. Любой, обратившийся к культу и упомянувший твоё имя, будет убит на месте. Это моё предложение, — он поднял ладонь, на которой лежала книга.

Я посмотрел на него, не зная, что сказать. Точнее, сказать хотелось много, но приличных слов среди этого не было. Учитель говорил мне, что есть преступный мир, в котором живут наёмные убийцы, воры, работорговцы, торговцы лунным порошком и прочие отбросы общества. А есть культ Кровавой луны, который делает всё то же самое, только с особым изуверством и реками крови. И учитель предупреждал никогда не переходить им дорогу, так как культ всегда добивается своей цели. Сколько бы усилий и жизней это не потребовало. Поэтому одно только упоминание культа наводило страх на общество.

Воевать со всем культом разом не хотелось от слова «абсолютно». Да и с его обезумевшей частью тоже. Немного поколебавшись, я взял книгу.

— Если ты подумал, что я пытаюсь устранить «предателей» твоими руками, то это не так, — сказал Перси. — Они не предали культ. Лишь не согласились с моим решением.

— Не играйте словами, — холодно ответил я. — Когда подчинённые посылают главу и не исполняют приказы — это и есть предательство.

— Слишком узкое суждение. Они ослушались приказа, но не предали идеи и идеалы культа.

— Но Вы сами сказали, что они ставят под угрозу весь культ. И даже это не делает их предателями?

— Каждый из нас любым своим поступком ставит под угрозу Культ, — его губы изогнулись в почти безумной улыбке. — Только так.

— Вы противоречите сами себе.

— Отнюдь. Но, похоже, мы приехали, — он посмотрел в окно, а голос его вновь стал мягким. — Сделка заключена. Если Вы захотите ещё поговорить со мной, дайте знать. Я с удовольствием развею все Ваши сомнения и отвечу на вопросы. Может быть, наши идеалы окажутся Вам близки.

— Один вопрос. Вы сказали о трёх последователях культа. Брэнда Шашаг, Слепой Топпо, кто третий?

— Он носил имя шестого демона Бальтаира. Его наняли забрать уникальный артефакт Лютой зимы из замка барона Тадга́на.

— Главы факультета воды Академии магии?

— Да, магистра Конара Тадга́на, — кивнул Перси.

Пока я переваривал эту информацию, он кивнул и вышел из повозки. Почти сразу присутствие сильного мага исчезло, не оставив и следа.

— Ивейн, — я устало облокотился на спинку сидения.

Она заглянула к нам, наклонившись в седле. Глава культа не использовал магию и не прибегал к амулетам, но за пределами повозки наш разговор никто не услышал бы, даже если бы мы кричали. Почему-то я был в этом уверен.

— Передай Рикарде, пусть отправит несколько пар на защиту поместья Блэс. И ещё одну пару присматривать за госпожой Диас и Лиарой.

— Сделаю, — серьёзно кивнула она и, пришпорив лошадь, помчалась в обратном направлении.

Глава 7

В повозке я просидел минут десять, переваривая свалившуюся на голову информацию. С ходу ничего толкового не придумывалось, поэтому я попытался принять беспечный вид и направился к дому. Дверь открылась, едва я поднялся на порог.

— С возвращением, господин Хок, — в прихожей меня встречали Сесилия и Рут. Обе в тёмно-серых платьях, которые носили горничные в поместье оборотней. И если первой платье шло, то Рут выглядела в подобном неестественно. Любой, кто хоть немного общался с аристократами, сразу признал бы в ней девушку благородного происхождения. — Госпожа Бристл ожидает Вас в гостиной.

— Спасибо, Сесси. Пообедать я не успеваю, поэтому подай закуски. Пирожки, если только они с мясом. Греть не надо.

— Подам в гостиную с горячим чаем, — она коротко поклонилась.

Мы встретились взглядом с Рут. Красный цвет с радужки у неё пропал полностью. Но вместе с этим ушло и чувство, что рядом равана. Мы смотрели друг на друга секунд десять, пока Сесилия не положила ей на макушку ладонь и не наклонила голову. Я только ухмыльнулся, так как в этом они обе были одинаковы. Обычно прислуга старается не смотреть в глаза хозяевам. К нам как-то заходили подруги Бристл, которые были просто возмущены таким поведением слуг. Вслух они ничего не сказали, но внешне выглядели так, словно их оскорбили. Сесилия хотя и старалась, выбить из себя натуру охотницы на тёмных магов было не так-то просто. Она до сих пор хранила тяжеленный полуторный меч в чулане под лестницей. Это чтобы быстрее его схватить, если в дом будут ломиться десятки убийц. А простых грабителей она может душить голыми руками. Я недавно узнал, что она какому-то карманнику на рынке сломала челюсть и несколько рёбер. Стража после этого долго не забирала с улицы бедолагу, так как не хотела тратить деньги на целителя. В итоге сошлись на том, что продажа его на каторгу покроет ущерб за лечение.

— Берси! — послышался голос Бристл со второго этажа. — Мы