Не злите бабу Клаву, или Каждому дракону по тыкве! - Ольга Ивановна Коротаева

— Что случилось, Метэлла?

— Лорд Спэн похитил Милу, — без обиняков начала я. — Он желает объявить её своей дочерью и представить ковену магов как истинную пару наследнику Лэйна. Так Гронир обретёт власть, равную той, что обладает владыка Волемир Лэвд. Нужно ли говорить, к чему это приведёт?

— Догадываюсь, — помрачнел король. А потом всплеснул руками: — Как так вышло? Ты же обвела его вокруг пальца! Спряталась так, что даже слухов не было. Сменила речь, поведение, даже взгляд, чтобы никто не заподозрил в тебе принцессу! Как Спэн узнал, кто ты?

— А он и не узнал, — скривилась я, внутренне радуясь, что король высоко оценивает актёрские таланты своей дочери, а не подозревает, что в её теле чужая душа. — Несколько раз он намекал, что видит во мне принцессу и готов признать своей законной женой, как и ребёнка. Будь на моём месте фанг, которая не слишком бы дорожила дочерью, она бы продала её лорду дракону. Всем известно, что в Мирзуше это считается нормальным.

— Ужасные нравы, — недовольно проворчал король. — Я уже не знаю, что делать с цакхами, которых десятками привозят в столицу. Леди покупают их, как каких-то питомцев! И что потом? Кого-то вышвыривают на улицу, другие сбегают сами, и в итоге улицы заполонили мохнатые люди…

Осёкся и, виновато покосившись на меня, протёр платком взмокший лоб:

— Прости. Я должен переживать о внучке, а вместо этого говорю о наводнивших город чужестранцах.

— Я бы обняла тебя, — понимающе ответила я. — Но боюсь испачкать. Я тоже сильно переживаю о Миле и ощущаю себя совершенно беспомощной. Но ты не такой. Ты можешь помочь и всё исправить!

— Как? — тихо спросил король. — Ты сказала, что дракон похитил девочку и увёз в Лэйн. Разве можно что-то сделать?

— Конечно, — хищно прищурилась я. — Спэн думает, что это дочь фанг, которую он убил, чтобы спрятать концы в воду. Но я жива. И я не фанг. Ты заявишь о радостном возвращении своей дочери, а потом направишь владыке драконов жалобу на лорда Спэна, который выкрал бастарда Волемира.

У короля дёрнулся глаз.

— Что?.. Бастарда?! Но твоя дочь…

— От владыки драконов, — оборвала я и улыбнулась. — Волемир Лэвд сам признал это, когда прилетал повидать девочку.

— П-признал? — глаза короля стали огромными, как плошки.

— И предложил жить у него, — кивнув, спокойно продолжила я. — Но гордость не позволила мне сделать это.

Мужчина уже пришёл в себя от новостей, сыпавшихся на него, как горох из мешка, и коротко ухмыльнулся:

— Ты всегда была излишне горда, Метэлла.

— Но теперь я готова поступиться своей гордостью, — сообщила ему и, приняв от Нэхмара свёрток, протянула королю. — Некогда владыка подарил мне это в надежде, что я соглашусь на его предложение. Передай эти артефакты вместе с жалобой, и Волемир всё поймёт.

«Тем более что этот вредный дракон постарался, чтобы я больше не смогла активировать магические побрякушки, — злилась на мужчину. — Не сделай он этого, ещё неизвестно, кто кого бы одолел. Спэн меня или я его!»

Глава 44

Прощаться с Нэхмаром было очень тяжело. Я помнила, что этот мужчина поддержал меня в самое сложное время, после стал добрым другом, а затем настоящим отцом. Он проявлял о принцессе искреннюю заботу, которую перенёс на попаданку из другого мира, и для меня это было спасением. Неизвестно, что бы стало со мной и Милой, если бы не этот самоотверженный человек.

— Эх… — тяжело вздохнула я, не зная, что сказать.

— Не плачь, — проворчал Нэхмар. Он нервно мял в руках шапку и тревожно косился на короля, который делал вид, что его очень интересуют лопаты. — Твой отец может превратно это понять.

Я промолчала, глядя на него, но Нэхмар и так знал, что для меня он стал настоящей семьёй. Если сначала я смотрела на него, как на равного, ведь по сути Эх младше меня, то после наши роли поменялись.

Он так упорно видел во мне принцессу, которую баловал в детстве, что постепенно я начала чувствовать себя младшей. И оказалось, что ощущать себя под отцовской защитой и заботой невероятно приятно.

Поэтому слёзы текли сами собой, и я ничего не могла с этим поделать. Избрав путь, от которого так долго отказывалась, теперь я должна отказаться от всего, что пыталась защитить. Своего дела, дома и семьи… Даже от цакхов, которых больше считала обузой и наказанием, чем помощниками.

Всё ради моей милой крошки, моего лучика света, моей славной доброй дочки.

Я молчала, понимая, что страдаю не одна. Нэхмар отчаянно старался не показывать печали, но его глаза влажно блестели, а губы едва заметно подрагивали. Он бы всё отдал, чтобы поехать в Лэйн со мной, защитить меня там, но не мог этого сделать.

— Я позабочусь о доме, — твёрдо пообещал Нэхмар. — И обо всех домочадцах. Не переживай хотя бы за это. Выращу новые тыквы, цакхи сделают из них цукаты и левашки, а Отония всё продаст. Голодать никто не будет!

С усилием улыбнувшись, я погрозила пальцем:

— Следи за этими бездельниками, а то всё съедят до того, как продашь! Не давай им сахар, у Воглуга уже зубы болят. И не позволяй Лакдуму играть, а то опять попытается продать кого-то из младших. Кстати, о них… Каждый день подсчитывай баллы и записывай в тетрадь. Здоровое соперничество даже из цакха сделает человека!

— Не волнуйся, — кивнул он.

— И… — Я подалась к нему, шепнув: — Признайся уже Отонии, отец… Ой!

Прижала ладонь к губам и испуганно покосилась на короля. Хотя тот сделал вид, что не заметил оговорки, но выражение лица его стало кислым. Должно быть, его величеству было неприятно видеть, что его дочь настолько сблизилась с садовником, что называет его отцом.

— Мне пора, — Нэхмар поспешно поклонился в пояс. — Простите, ваше высочество, что больше ничем не могу быть вам полезен.

Ушёл стремительно, будто боялся задержаться даже на секунду, и тогда король обернулся. Наградил меня тяжёлым взглядом и тихо признался:

— Впервые позавидовал какому-то безродному бедняку. Неприятное чувство.

Я стиснула зубы, чтобы не ответить колкостью на его намеренный выпад в сторону Нэхмара. Ещё час назад, когда я была фанг Клавой, могла себе позволить высказаться, но теперь придётся исполнять роль принцессы Имиза, поэтому склонила голову:

— Простите, ваше величество. А теперь мне нужно привести себя в порядок… Могу ли я попросить вашу мантию?

— Твоя идея с неожиданным появлением мне нравится, — он отстегнул драгоценную пряжку, и мягкая ткань с шелестом осела на пол. — Прогуливаясь по саду, я надеюсь вскоре встретить