Две стороны равновесия. Свет в конце тоннеля - Хайдарали Мирзоевич Усманов

Для него быстро принесли низкий столик из тёмного дерева, расставили блюда с закусками – вяленое мясо, маринованные овощи, сладкие лепёшки. Кувшины с вином аккуратно поставили в тень, чтобы напиток не нагрелся. И когда он наконец устроился на подушках, вытянув ноги и приняв из рук слуги чашу, в его лице отразилось почти блаженное спокойствие. Первый глоток вина был мягким, с лёгкой горчинкой – именно таким, каким он любил. Слуги держались поблизости, внимательные и бесшумные, готовые в любой момент подать новую чашу или убрать пустое блюдо.

Только сейчас Фен Ли позволил себе расслабиться. В конце концов, ждать – это тоже часть власти. Те, кто сейчас спускался в ущелье, должны были вернуться с результатом. Или не вернуться вовсе. В обоих случаях проблема бастарда будет решена.

Поначалу время текло незаметно. Он пил вино, слушал вполуха негромкие разговоры слуг, иногда бросал взгляд в сторону ущелья, где туман скрывал всё, что происходило внизу. Его мысли лениво возвращались к будущему. И, в первую очередь, к докладу старейшинам семьи Ли… К тому, как он опишет произошедшее… Как аккуратно подчеркнёт свою решительность и заботу о чести рода… Но постепенно что-то начало его беспокоить. И это было именно то, что… Всё это слишком затянулось…

Спустя некоторое время, Фен Ли нахмурился и выпрямился, отставив чашу в сторону. Он бросил взгляд на положение солнца, затем – снова в сторону ущелья. По его расчётам, первые спустившиеся в ущелье уже должны были подать условный знак. Даже если всё прошло неудачно. Должны были бы прозвучать какие-то крики… Сигналы… Движение… Да, что угодно… Но оттуда не доносилось ничего.

Туман оставался таким же неподвижным. Верёвки не дёргались. Ни один человек не появился на краю, уже выбираясь из этого проклятого места. Удовлетворённое спокойствие молодого благородного постепенно сменилось лёгким раздражением. Фен Ли сжал губы.

– Долго… – Холодно произнёс он, ни к кому конкретно не обращаясь. В его голове начали появляться неприятные мысли. Он уже вспомнил рассказы об этом ущелье… О каких-то странных существах… И даже о легендарной силе Инь, которая искажает всё живое, и которую вроде бы здесь когда-то обнаружили… Вспомнил он и о то, как даже опытные охотники предпочитали держаться от этого места подальше. Он не чувствовал страха. Страх был недостоин наследника семьи Ли. Но напряжение медленно нарастало, словно тонкая трещина в идеально гладком камне.

Фен Ли снова посмотрел вниз. Теперь ожидание уже не казалось таким приятным. И где-то глубоко внутри, там, где он не любил копаться, возникла мысль, которая ему очень не понравилась. А что, если ущелье решило не ограничиваться одним только бастардом? И раздражение, до этого лишь тлеющее где-то на краю сознания Фен Ли, постепенно оформилось в холодную, неприятную мысль. Он не любил, когда что-то выходило из-под контроля. Особенно – когда это происходило на глазах у десятков слуг и воинов, которые должны были видеть в нём не капризного подростка, а наследника рода Ли.

Тяжело выдохнув, он резко поднялся. Движение было быстрым, резким, и сразу нарушило ленивую, почти праздничную атмосферу лагеря. Разговоры стихли, слуги инстинктивно опустили головы. Фен Ли оглядел ущелье ещё раз – пристально, зло, словно пытался прожечь взглядом туман, скрывающий всё происходящее внизу.

– Вы! – Он ткнул пальцем в сторону двух стражников, стоявших ближе остальных. – Подойдите сюда.

Оба немедленно шагнули вперёд и опустились на одно колено. По их лицам было видно – приказ им не понравился ещё до того, как он был озвучен. Они тоже смотрели в сторону ущелья, и в их взглядах не было ни любопытства, ни азарта. Только настороженность и плохо скрываемое нежелание приближаться к этому месту. И молодой благородный это сразу заметил. И именно это его разозлило его ещё сильнее.

– Проверьте, – произнёс он холодно. – Куда подевались все, кто отправился вниз. Егеря, загонщики. Все.

Он сделал паузу, давая словам впитаться.

– Мне не нравится это молчание. Есть вероятность, что кто-то из них решил переждать, спрятаться, – и его полные губы резко скривились в презрительной усмешке. – Подумали, что я не стану проверять.

Стражники слегка растерянно переглянулись. Один из них всё же рискнул заговорить:

– Молодой господин… Но… Это ущелье…

Фен Ли медленно повернул к нему голову. И его взгляд в этот момент был ледяным.

– Ты хочешь сказать, что боишься? – Негромко спросил он.

Стражник побледнел и тут же склонил голову ниже.

– Нет, господин. Мы выполним приказ.

– Вот и отлично! – Срезу же отрезал Фен Ли. – Идите. Осмотрите край. Позовите тех, кто должен был уже вернуться. Если кто-то прячется – вытащите. Если кто-то… – он на мгновение запнулся, подбирая формулировку, – задержался… То я хочу знать – почему.

Когда стражники поднялись и, стараясь не показывать спешки, направились к краю ущелья, Фен Ли остался стоять, скрестив руки за спиной. Теперь его мысли приняли совсем другой оборот. Если с простыми егерями что-то случится – это не проблема. Их можно купить, их можно запугать, их исчезновение легко списать на опасности охоты. Но те двое… представители пусть и не самых богатых, но всё же благородных семейств.

Подумав об этом, Фен Ли буквально до скрипа стиснул зубы. Если они погибли – то их семьи обязательно будут искать виновного. И кто окажется ближе всего? Он. Тот, кто отдал приказ. Тот, по чьей воле все они оказались здесь. И никакие разговоры о бастарде, чести рода и необходимости очистить имя семьи могут не спасти от неприятных вопросов. Особенно в том случае, если дело дойдёт до старейшин.

Именно поэтому, он уже мысленно прокручивал возможные оправдания, объяснения, формулировки. Как аккуратно сместить ответственность. Как подчеркнуть, что решение спускаться в ущелье было их собственным, и что он никого не заставлял. Но тревога всё же не отпускала его разум.

Он снова посмотрел на своих стражников. Те шли медленно, явно не желая приближаться к краю слишком близко. Даже отсюда было заметно, как они напряжены, как часто оглядываются, будто ожидая, что из тумана в любой момент вынырнет что-то чуждое и опасное. Фен Ли это видел. И впервые за всё это время его кольнула мысль, которую он тут же попытался отогнать. А что, если это ущелье действительно не прощает ошибок?

Тихо хмыкнув, он выпрямился ещё сильнее, словно пытаясь физически задавить это сомнение. Нет. Он – наследник семьи Ли! А ущелье – всего лишь место. Но почему тогда даже его собственные стражники смотрят туда с таким страхом?

Стражники, приблизившись к самому краю ущелья, почти сразу утратили ту показную собранность, с которой уходили из лагеря. Теперь они двигались рывками, неровно, словно каждый шаг давался