Старый Грешник - Данил Чернов

Макс обнял её за плечи, чувствуя, как расслабляется гибкое тело, из которого навсегда ушёл биомеханический зажим.

— Иди к себе, переоденься, — тихо проговорил Макс. — Вера готовит ужин на первой палубе. Райна и Варра тоже там. Пора показать команде, что Тень теперь умеет говорить.

Над титановым столом горел жёлтый свет утреннего спектра. Воздух пах озоном, выпеченным из синтетической муки хлебом и свежей зеленью — Эля принесла из агроблока первые побеги кресс-салата. В центре стола стояла кастрюля с тушёным белком, приготовленным Верой, и чайник с отваром из сушёных трав вейлорнов.

Экипаж сидел по обе стороны стола.

Тим о чём-то спорил с Элей, показывая на планшете схемы автоматического полива. Денис и Аня уплетали сухари, запивая их концентратом. Крак сидела на табурете, зажимая кружку с пятьюдесятью граммами спирта, и довольным треском жвал комментировала работу реактора.

У противоположного края стола расположились Райна и Варра. Обе химеры были в чистых комбезах, их уши чутко реагировали на каждый звук, а золотистые глаза отслеживали движения присутствующих.

Дверь кают-компании ушла в стену.

Вошла Лилит. Она сменила чешуйчатый бронекомбез биоассасина на тёмно-серую флотскую тунику и прямые штаны. Смоляные волосы убраны в простой хвост. Но главным изменением стали её осанка и шаг: она больше не передвигалась как немая тень. Её движения обрели гибкую человеческую плавность.

В кают-компании на мгновение установилась тишина. Тим замер с занесённой ложкой, Крак прекратила трещать жвалами.

Лилит прошла к столу, остановилась напротив Веры и коротко склонила голову:

— Добрый вечер, Вера. Пахнет отлично. Можно мне чашку отвара?

Голос прозвучал спокойно — без малейшего намёка на прошлую синтетическую сухость.

Тим едва не выронил планшет в кастрюлю.

— Т-мать… — выдохнул связист. — Она… разговаривает?! Полными предложениями?!

— Тим, не паясничай, — строго проговорила Эля, хотя сама смотрела на Лилит с затаённым изумлением и тёплой улыбкой. — Садись на свободное место.

— Спасибо, Элен, — ответила Лилит, опустившись на скамью рядом с Райной.

Химера повернула к ней голову. Её уши прижались, а зрачки расширились, улавливая запахи. Райна сразу заметила: от Лилит больше не веяло мёртвым запахом биоблока и химических гормонов. Перед ней сидела сильная, живая женщина, осознающая каждую секунду своего бытия.

Райна подтолкнула к Лилит миску с тушёным белком:

— Ты изменилась, Тень. Твой запах стал другим. В нём больше нет трупного холода.

— Моё имя Лилит, Райна, — спокойно отозвалась бывший биоассасин, приняв миску. — И химический блок в моей голове больше не существует.

— Значит, ты теперь видишь мир своими глазами, а не через прицел кланов? — спросила Варра, подаваясь вперёд.

— Именно так, — Лилит сделала глоток отвара. — И если кто-то попытается угрожать этому кораблю или капитану — я буду резать их с пониманием того, за что проливаю кровь.

Райна замерла, затем из её груди вырвался низкий звук, похожий на львиный рык. Она протянула когтистую ладонь через стол и коротко сжала пальцы Лилит.

— Уважаю, — лаконично произнесла химера. — У нашей стаи хороший вожак. И теперь у него есть правая рука, которая не дрогнет.

В кают-компанию вошёл Макс. На нём были простые брюки и чёрная майка. Дробовик «Вепрь» остался в каюте, на поясе висел армейский нож в потёртых ножнах.

Он обвёл взглядом кают-компанию. Во главе стола висела голограмма Евы. У стены сидела Нира, пившая мелкими глотками вейлорнский бальзам. За столом сидели люди и ксеносы — бывший офицер стерилизаторов, восстановившая разум биоассасин, нирианка-медик, две химеры, связист, юная девушка-техник, инсектоид-инженер, завхоз и двое детей. А двумя палубами ниже, в ангаре, спал пятидесятитонный Дредноут Игнациус.

Этот отряд, собранный из обломков распавшейся гегемонии, стал единым целым. На «Старом Грешнике II» больше не было рабов, кукол или биоинвентаря. Здесь были люди и ксеносы, готовые стоять друг за друга до последнего патрона.

Макс сел во главе стола. Вера поставила перед ним горячую миску и кружку с крепким чаем.

— Капитан, — подал голос Тим, отрываясь от вычислителя. — Ева завершила сканирование сектора. Мы идём в глубокой тени. Никаких радарных засечек на тридцать астрономических единиц вокруг.

— Отлично, — ответил Макс, намазывая кусок хлеба маслом. — Сохранять малый ход. Реактор держать на половине мощности. Дадим людям отдохнуть, а кораблю — пройти профилактику.

— Есть, капитан, — отозвалась Ева. — Курс проложен. Скользим сквозь вакуум, как сытая акула.

Ужин проходил спокойно. Лилит впервые свободно разговаривала с Верой, расспрашивая о детях, Райна и Варра обсуждали с Крак устройство тяжёлых станковых пулемётов, а Тим тихо рассказывал Эле о звёздах.

Позже, когда кают-компания опустела, Макс вернулся в каюту на первой палубе.

Дверь осталась незапертой. Через несколько минут в комнату вошли Лилит, Райна и Варра. Без лишних вопросов. Райна и Варра заняли место на широкой койке, отдавая капитанскому телу плотное тепло химер, но в этот раз оставляя пространство. Лилит легла рядом с Максом, положив голову ему на плечо и обняв за талию.

Её тело больше не было холодным. Восстановленный метаболизм и вернувшаяся человеческая матрица наполняли кожу ровным живым теплом.

Макс обнял её за плечи, ощущая, как за тяжёлой титановой бронёй бесшумно скользит бесконечный тёмный космос.

Глава 23. Номерная станция «Стигма-9»

Шестислойная титановая обшивка «Старого Грешника II» глухо вздрагивала: фрегат на малом ходу входил в астероидный пояс сектора «Красный Разрыв». Носовые маневровые турели периодически давали короткие отсечки, отбивая от корпуса мелкие ледяные осколки и кремниевую пыль.

На мостике первой палубы царил полумрак. Из динамиков рубки связи, где за пультом РЭБ сидел Тим, пробивался аномальный шум. Это не был стандартный цифровой код Гегемонии или шифрованный импульс Инквизиции. В эфир шел аналоговый радиосигнал на старых коротких волнах.

— Семь… Двенадцать… Сорок четыре… Девять… Назови пароль, товарищ… — хрипел оцифрованный женский голос сквозь треск статики. Следом звучал скрипучий мотив механической музыкальной шкатулки, наигрывающей докосмическую детскую считалочку.

— Капитан, я пробовал заглушить канал пять раз, — Тим почесал затылок, не отрывая взгляда от осциллографа. — Сигнал пробивает фильтры за счет бешеной мощности передатчика. Работают вакуумные лампы на триодах. В современном космосе так не вещают уже лет двести.

Рядом с ходовым креслом Макса материализовалась синяя голограмма ИИ. Ева затянулась виртуальной сигаретой и выпустила полупрозрачное кольцо дыма.

— Это номерная радиостанция типа «Жужжалка», — произнесла она. — Автоматический маяк мертвой руки. Источник — в трех тысячах километров прямо по курсу, внутри плотного астероидного кластера. Объект зарегистрирован в реестрах Старого Доминиона под индексом «Стигма-9».

Макс сидел в кресле, проверяя ход затвора тяжелого «Вепря». Патрон с вольфрамовым сердечником с четким кликом встал в приемник. На капитане был полный комплект брони, шлем покоился на подлокотнике.

— Что за база,