Алхимик 1-9 - Роман Романович

С Канисом никогда нельзя быть уверенным хоть в чем-то. Всегда его планы имели второе и третье дно. Всегда они сопровождались насилием и безумием.

Стоя вдвоем, они наблюдали за тем, как разворачивается беседа.

А потом камера отключилась. Канис не шелохнулся, но от него отчетливо повеяло напряжением. Выругавшись, Коршунов бросился на помощь к сестре.

* * *

Канис стоял, продолжая наблюдать через камеры за происходящим. Коршунов убежал, но это было не важно. Как-то ситуация вышла из под контроля. Пока в пределах допустимого, но возникло стойкое ощущение, что это только начало.

Связь с местом задержания Эдгарда Соколова исчезла. Канис подошёл к пульту возле экранов и потянул за рычаг. Ничего не произошло. Хотя звук от подрыва должен был донестись и сюда.

— Группа зачистки, — сказал он в рацию, — Спустись вниз и зачистите всех, кого там обнаружите.

Парень, безусловно, попался им любопытный, но слишком уж странные способности, предположительно не поддающиеся внешнему контролю. Для его сдерживания приняли меры исходя из той информации, которую удалось достать, но этого, очевидно, оказалось мало.

А значит игры кончились и пора бить на поражение. Только вот ударить не получалось.

Канис рискнул щёлкнуть другим переключатеоем и включить единственный черный экран. Изображение показало камеру с Екатериной Майер-Медведевой. Истощенная девушка висела на цепях, рядом с ней стоял помолодевший Первый, к чему-то прислушиваясь. Миг и он исчез.

Сбежал, — подумал Канис.

В чутье существа, которое прожило несколько столетий, мужчина не сомневался, поэтому и сам задумался о том, чтобы покинуть базу. Но то, что мог позволить себе старик, не мог позволить себе Канис. Именно он отвечал за операцию. Потерять пленников и базу — это провал, после которого карьера и жизненный путь мужчины закончатся.

Поэтому он и стоял, поджав губы, наблюдал за разворачивающимися событиями. Отметил, как Коршунов пронесся по коридорам и как его остановили у лифтов. Парень орал и возмущался, но напасть не рискнул. Смотрел на то, как боевой отряд отправился вниз.

В этот момент в другой темнице, где содержали Софию Медведеву осыпалась стена и Канис увидел вбегающего Соколова.

— Любопытно, — пробормотал мужчина недовольно.

И снова камеры отключились. Что-то такое этот Эдгард сотворил, что нарушил сигнал. Потом камеры выключились и в коридоре.

— Они во втором блоке, — передал он по рации.

— Переговорщик и охранница уничтожены, — раздался ответ, — Объект ушёл через туннель. Преследование невозможно, земля осыпалась.

Канис припомнил, сколько метров разделяли два помещения. Слишком много, чтобы вручную их прорыть. А значит Соколов сделал что-то такое, что смогло разрушить толщу земли.

— Группа два, — сказал Канис в рацию, — Спуститесь в темницу. Опасность высокая. Будьте готовы к противостоянию.

— Принято. Бить наповал?

— Да. Женщин оставить по возможности в живых.

— Принято.

Пока первый отряд поднимался обратно наверх, второй спускался вниз.

Рация осталась включена. Канис слышал, что там происходило. Выстрелы, крики боли, стоны умирающих, противные, чавкающие звуки.

— Может газ? — спросил сам себя мужчина, когда группа зачистки была уничтожена и активировал следующий шаг в обороне.

Место, где содержались пленники, было рассчитано не на уничтожение любой ценой, а на подавление. Выпущенный газ был способен вырубить и высшего беса. Но снова что-то пошло не так и вскоре София Медведева расстреляла камеры наверху. Как она преодолела столь быстро шахту лифта — осталось загадкой.

По протоколу, в случае прорыва периметра сдерживания, требовалось начать эвакуацию. Что Канис и сделал. Давненько таких провалов не было в организации.

— Кто же ты такой, Эдгард Соколов…

Канис обдумывал увиденное и не мог понять, в чем его сила. Не ходок. Не высший бес. При этом силы столько, что уничтожает всё на своём пути. Хотя из того, что успел увидеть Канис, пока София Медведева не расстреляла камеры, парень в битве играл второстепенную роль. Но как-то же он смог освободить пленницу.

Попробовав переместиться, Канис с удивлением обнаружил, что не может. Дело приняло дурный оборот. Не то, чтобы он боялся после возвышения, но… Оказаться без привычных способностей нервировало.

Надо было что-то предпринять и Канис отправился наружу, чтобы лично разобраться с проблемой.

* * *

Когда Роман добрался до камеры допроса, то увидел лишь смерть. Тело Камилы было прибито к стене. Чудовищным, металлическим штырем, который пробил голову.

Из неё словно вытащили всю кровь, кожа на руках высохла и пошла трещинами. Она выглядела, как мумия, бледная, как мел.

— Нет, — шептал парень, — Этого не может быть, нет. Камила…

Он выдернул штырь, подхватил тело, снял маску… Лицо когда-то юной девушки было искажено мукой. Глаза лопнули. Роман увидел темные провалы. Кожа потрескалась, губа была прокушена.

— Нет, — продолжал шептать он, баюкая на руках мертвую сестру.

* * *

Когда мои невольные спутницы исчезли, я выдохнул с облегчением. Как минимум, они выживут, а значит все старания были не зря. Не то, чтобы я готовился умирать, но если это вдруг случится, сильно горевать не буду.

Прожил две жизни, пусть и коротких. А это на одну больше, чем мне было отмерено.

Отогнав разрушительные мысли, продолжил готовиться.

Усилил печать блокировки, сделал амулет от пуль и гранат. Схемы давно известны, оставалось взять подходящий носитель и вложить печать. Минимально подходящий — того, что следует использовать для долгосрочной работы здесь нет. А если и есть, то искать слишком долго.

Ко мне никто не спешил врываться. Я отслеживал, как по ту сторону стягиваются войска, но и сам не торопился нападать. Здесь больше нет Софии, чтобы прикрыть в случае чего. Малейшая ошибка и задавят.

Надо рассчитать так, чтобы противник не смылся, не убил меня и чтобы подмога успела подойти. При этом я не собирался отказывать себе в удовольствие самому покрошить тех, кто посмел похитить близких мне людей.

Я не я, если не заставлю их заплатить.

Когда приготовления были закончены, я последний раз отследил, кто и где находится. Один из ходоков спустился вниз, в мою камеру и завис там. Второй стоял за рядами собравшихся сил. Уверен, именно этот тип самый опасный на всей базе. И, кажется, он собирается посмотреть, что я буду делать. Ещё и вступит в бой в последний момент.

Когда высшие бесы заняли позицию по ту сторону и наконец-то решились открыть дверь, я пустил в ход закладки. Швырнул металлическую шайбу, в которую была заложена печать на основе закона подобия.

Успел изучить, как были вооружены местные бойцы. На каждом завались металла. Оружие, крепления, броня. Хватает того, что схоже между собой.

Этим и воспользовался. Судя по тому, как расположены бесы, впереди, за дверью, не коридор поджидает,