Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

– Эй, москаль, – услышал я грубый голос. – Пшёл к параше.

– Не разумею, – буркнул я в ответ, обращались явно ко мне. Где я?

Куда я попал, кажется начинаю догадываться. Один из сидельцев в камере был в военной форме. На рукаве шеврон с трезубцем. На груди полевой погон с знаками различия сержанта. С пиндосов слизали. Тот на корточках сидел. Никто «защитнику родины» и не думал место уступать на нарах. А судя по тому амбре перегара, что шёл от всушника, становилось ясно, что тот что-то явно хорошо отмечал. А если дебоширил, то не удивительно что в камере оказался. В основном в гражданское все одеты, и главное тепло, у многих свитера, брюки с начёсом, зимние ботинки. У меня у самого модный пиджак был. Да и костюм явно стоил несколько тысяч долларов. Я в этом разбираюсь. Впрочем, тот требовал стирки. В грязи и крови был. Много факторов, но если связать всё что видел, то сейчас зима. И встаёт вопрос, спецоперация началась или нет? Пока же, на мои слова, с нар сполз тот бугай, что голос про «москаля» подавал, и разминая руки направился ко мне с явно недобрыми намерениями. Два удара, и тот присел, хрипло едва слышно дыша, пытаясь восстановить дыхание, и парализованную правую ударную руку, коей замахнулся. Пока же зажав тому на затылке две точки, это не мешало нам говорить, тихо на ухо спросил того:

– Сегодня какое число?

– Двадцать четверте лютого…

– Ты мне на русском, а не на своём обезьяньем.

– Ночь, с двадцать четвёртого на двадцать пятое января, – прохрипел тот на чистом русском, когда я надавил на болевую точку второй рукой.

– Двадцать второй год?

– Да.

– Любопытно. Ну допустим. Почему меня москалём назвал?

– Так ты москаль. В Киеве был, когда война началась. Тебя сразу и арестовали как шпиона.

– Даже так? Ещё что-то про меня знаешь?

– Не. Опер попросил с тобой пожёстче и всё. Избитого тебя уже принесли, без сознания.

– Что за опер?

– Светлый такой, с шрамом на брови. Капитан. Бузов вроде.

Дальше тихо спрашивал, мы вообще голоса не повышали, где отдел находиться, какие улицы рядом, магазины, определяя пути бегства. Потому как долго я тут не просижу, факт. При этом продолжал сжимать пальцами две вены на шее, что питали мозг. Получаса хватило, чтобы мозг начал умирать. Не в первый раз такой способ на хохлах использую. Он будет жить, но станет овощем, что лежит на кровати и пускает слюни. Очень мне этот самостийный бандеровец не понравился. Так что оставил того лежать на полу. Занял его место, на которое никто не покушался, и вскоре уже спал. А чего беспокоится, пока к побегу я не готов. Выяснил что попал в русского, что случайно оказался в Киеве на момент начала спецоперации. Думаю, всех россиян сейчас хватают по хохляндии, и в камеры. Скорее всего в ближайшие время их по-тихому ликвидируют. Вполне в духе бандеровцев. Я вот не помню, чтобы кто-то вернулся домой из тех, кого вот так похватали. И по обмену не передавали. Да о них вообще информация не проскальзывала. А ведь бывший хозяин тела не один такой. Тут должны тысячи россиян быть. Ну вряд ли сотни, но пару тысяч, вполне реально. После начала войны на Донбассе наши к хохлам мало ездили, плохо их там встречают. Кто-то рванул к нашим, понимая ситуацию, кто-то прячется, а кто-то вот так в застенках. Чёрт, я даже имени своего не знаю. Ну буду играть амнезию, выясню. Значит, капитан-блондин, с шрамом на правой брови? Ясно, вот и язык есть, с кем стоит вплотную и хорошо пообщаться. Почему бы и нет? Я лишь за. Поэтому сейчас на прорыв и не иду. С моими навыками это не сложно. А тут кроме дежурных нет никого. Вот днём, уже можно напроситься к следователю, желательно к тому самому капитану, а там уже всё в моих руках. Люблю импровизировать.

Разбудил шум, стучались в дверь. Чуть позже полицейские, осмотрев тело здоровяка, вынесли его. Причём не сами, а задействовав шестерых сидельцев. Чуть позже те вернулись, унесли наружу, там «скорая» приехала, как один дожился сидельцу на нарах, ну и дальше спать, новый день наступал. А разбор, что со здоровяком случилось, оставили на завтра. Сто процентов сдадут. Хохлы на это известны, стукачи каждый первый. А так в принципе просыпался часто, настороженно осматриваясь, стараясь держать всё под контролем. И снова засыпал. В большинстве тут случайные люди сидели, сбитых групп не имелось, тогда было бы хуже. За пахана похоже здоровяк был, взял на себя эту должность, а пока тут власти нет, большинство спокойно спали.

Утром подъём, раздача пищи, выдавали печенье и меленький тетрапакет с соком. Мне персиковый достался. Ну хоть так. А вызвали меня в десять утра, часов ни у кого нет, я по солнцу определил. Видел в маленькое оконце. Конвойный вывел, его второй страховал. Руки за спину, причём застегнули наручники, и повели наверх. А там в кабинет, я чуть улыбнулся, обнаружив за столом капитана-блондина, с шрамом на брови. Всё в цвет. Кстати, оба конвойных зашли следом. Один усадил на табурет, и встал за спиной, второй чуть сбоку. Капитан взял какие-то бумаги, заметил, что скрепкой российский паспорт там вставлен, и сказал:

– Ну что, Дмитриев, вот и закончиться тут твоя никчёмная жизнь.

– Это как?

– А умрёшь ты, забьём. Сейчас всё спишется с рук. Ты же су*а у меня невесту увёл. Я на Вику давно поглядываю, как заневестилась. А тут раз, в Москву уехала. Актрисой хочет стать, учиться. Приезжает через год с тобой, замуж вышла. Это вообще как? У нас с её отцом уже на мази всё было, соседи всё-таки. Столько на него литров потратил.

– А-а-а, вот в чём дело?

– Как будто ты не знал. Мы же уже говорили. Куда ты меня послал, золотой мальчик? Помнишь, как тебя тут в кабинете отделали для начала? Повезло что начальник на вызов срочный направил. Мы бы сейчас уже не разговаривали. Ты бы чертям на нас жаловался.

– А сколько между вами лет разницы? – я продолжал собирать информацию.

– Ну, одиннадцать лет.

– А на вид вам…

– Тридцать мне. Ладно, зубы мне не заговаривай. Кстати, спасибо за