"Фантастика 2026-47". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Анатольевич Евтушенко

– Приехали, – сказал Механик и выключил двигатель. – Устал я что-то. Поспать бы.

– В «Пахаре» отоспимся, – зевнул сидящий рядом Капитан. – Начало операции назначено на сегодняшний вечер, а сейчас утро. Весь день впереди.

– Да, – откликнулся откуда-то сзади Доктор. – Странно устроена человеческая психика. То рвались наружу из корабля и готовы были заложить душу кому угодно за полчаса на травке и под солнышком, а теперь хотим домой, на родной корабль.

– Так он и есть наш дом, – буркнул проснувшийся Штурман. – Лично у меня другого вроде как и нет.

– Лично мой дом – Земля, – не преминул вступить в разговор Оружейник. – Травка – это, конечно, хорошо. И солнышко тоже. Да только уж больно опасно гулять по этой травке и под этим солнышком.

– Так было не всегда, – заступился за родную планету Охотник. – Вот уничтожим жахов – и гуляйте на здоровье.

– А вам разве не хочется на Землю, Охотник? – неожиданно спросила Вишня. – К людям?

– Я думал об этом.

– И что? – заинтересовался Доктор.

– Пока не знаю. С одной стороны очень хочется, а с другой…

– Я понимаю Охотника, – кивнул Механик. – Лично я бы на его месте избрал следующий вариант. Посетил бы Землю в познавательных, так сказать, целях, а потом вернулся бы на Тайгу вместе с колонистами. И даже, возможно, во главе их.

– Как хозяин, – подсказал Оружейник.

– Вот именно.

– Размечтались… – пробурчал Капитан, неловко ворочаясь в кресле. – Фу ты, черт, всё тело затекло…. С колонистами… на Землю… Мы в Слепом Мешке, забыли? И мой долг, как вашего Капитана, напомнить вам о реальной окружающей действительности. Так что отставить мечты и грёзы. Умник!

– Я! – бодро отозвался робот.

– На разведку. Лезь в дыру и посмотри, что там и как. По исполнении – доложить. Главное, чтобы жахов там не оказалось. Если они там есть, то в бой не вступай, а тихонько возвращайся назад, к нам. Всё ясно?

– Да.

– Ну, вперёд.

Механик открыл верхний люк, Умник ловко выбрался на броню, скатился на землю и осторожно двинулся к провалу.

Жахов у подземного озера не оказалось.

– Оставайся на месте, – приказал Капитан Умнику по радио. – Мы идём к тебе, – и, повернувшись к Механику, добавил. – Тронулись.

Засада обнаружила себя, когда «Мураш» осторожно прополз большую часть недлинного пути до провала.

– Стойте, – тихо, но очень внятно сказал Охотник за спинами Механика и Капитана. – Что-то не так.

– Остановись, – кивнул Механику Капитан. – Что не так?

– Не знаю. Но мне что-то не нравится. Слишком тихо вокруг.

– На рассвете всегда тихо, – заметил Штурман.

– Вишня, – обратился к лируллийке Капитан. – Вы что-нибудь необычное чувствуете?

– Н-не знаю. Вроде бы всё в порядке. Но теперь, после слов Охотника….

– Птицы, – звенящим шёпотом сказал Охотник. – Птицы не поют. Назад!!

– Вперёд!! – заорал Капитан.

Но они не успели. Ни назад, ни вперёд.

Засада навалилась на «Мураш», будто толпа защитников на одного нападающего в американском футболе.

Не убежать. Не вырваться. И передать мяч некому.

Стая жахов, количеством не меньше шести-семи десятков, взметнувшись над уже тронутым первыми лучами солнца лесом, со всех сторон ринулась на вездеход. Бесшумно, страшно и без единого выстрела.

Штурман и Доктор охнули, Оружейник, коротко выругавшись, бросился к плазменной пушке, Механик дал по газам.

«Мураш» прыгнул вперёд и в сторону, словно застигнутый врасплох олень у водопоя. Оружейник потерял равновесие и грохнулся на пол, и тут жахи, снизившись, одновременно нанесли по людям парализирующий удар.

Капитан, Механик, Штурман, Доктор и Оружейник потеряли сознание сразу. И только Охотник, который хорошо запомнил действия Оружейника в битве на побережье, сумел на остатках воли дотянуться до гашетки плазменной пушки и вслепую (перед глазами медленно колыхалась грязно-багровая пелена) открыл круговой огонь. Жахи, было, отпрянули в стороны, и за эти несколько секунд Вишня успела, преодолевая тошноту, выбраться из вездехода через нижний люк…

Умнику хватило ума не лезть в безнадёжную драку.

Конечно, если бы в момент нападения жахов, он находился рядом, на открытом пространстве, то, скорее всего, подчинился бы Первому закону роботехники и немедленно кинулся бы на помощь людям.

И пропал бы ни за грош.

Но Умник в этот момент как раз висел над озером и обозревал окрестности в поисках врагов. Поэтому, когда Капитан в условленное время не вышел на связь, робот, подчиняясь, скорее, не программе, а инстинкту пополам со здравым смыслом, аккуратненько выкарабкался из дыры и успел заметить, как стая жахов удаляется по небу в сторону реки. И ещё он увидел, что шестеро жахов уносят в своих лапах-отростках тела Капитана, Штурмана, Механика, Доктора, Оружейника и Охотника.

Повинуясь Первому закону, Умник бросился вдогонку, но, углубившись в лес на пару километров, остановился. Он понял сразу две вещи. Первое, что врага немедленно догнать не получится, и второе, что даже, если бы и получилось, он, Умник, ничем хозяевам помочь не сможет. Один и без оружия (имеющийся у него лазерный резак назвать оружием было трудновато) – он был бессилен против жахов.

Кто может знать мысли робота? И вообще, есть ли у него мысли? У обычных роботов, конечно, никаких мыслей нет и быть не может. Но это у обычных. Умник же, как неоднократно было замечено, обычным роботом не являлся. А являлся он, прямо скажем, роботом совершенно необычным. Земные учёные, инженеры и технологи дорого бы дали за возможность покопаться в его кристаллических мозгах. Потому что задача создания искусственного интеллекта вот уже почти три сотни лет так и оставалась задачей без решения. Да, учёные, инженеры и технологи дали бы дорого.

Только никто бы у них ничего не взял.

Экипаж «Пахаря» прекрасно понимал, что Умник давно превратился из просто серийного корабельного робота в практически разумное существо со своими мыслями (или, во всяком случае, зачатками мыслей) и даже чувствами (или, по крайней мере, зачатками чувств). Тому было немало доказательств и примеров. Достаточно было вспомнить случай на планете Загадка, когда Умник под воздействием непонятного излучения влюбился в женщину – инспектора по делам колоний. И не только влюбился, но даже пошёл на большую жертву, отказавшись, ради любви, от своего, только что обретённого «я». Механик тогда сделал роботу основательную профилактику. Но и Механик, и Капитан, и Штурман, и Доктор, и Оружейник были совершенно уверенны в том, что пребывание Умника на Загадке, а также все их предыдущие и последующие приключения не прошли для робота даром, и он уже давно стал практически равноправным членом экипажа. А разве товарища можно отдать на растерзание всякой там учёной братии? Человечество уж как-нибудь обойдётся в ближайшее время без искусственного интеллекта, тем