Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

к вам уважением и искренне считает вас выше себя. Сильнее. Умнее. На основании каких фактов — непонятно, да вот только перед ней теперь показать свою слабость — значит не просто разочаровать ее, уж с этим бы я справился. Нет, это как тот случай с первым белым человеком, который попал в племя людоедов, и все сперва считали, что он бог и поклонялись ему, а в один прекрасный день он порезался во время бритья и туземцы поняли — что он просто человек. И съели его.

Так что, находясь рядом с такой вот тварью вы поневоле напряжетесь. Потому что не дай бог показать слабость — схарчит с ботинками. Тут только блефовать, выводить на мелководье и желательно — оздоравливать психику путем интервенций и прочим мероприятий. Но и шанс в процессе быть сожранным или покалеченным — немаленький. В общем ситуация как с Жароптицевым пером… и уж сексом с Бьянкой в ближайшее время ну никак нельзя заниматься. У женщин после секса привязанность начинает глубже становиться, формируются эмоциональные связи, а на горячечную и неустойчивую психику юной гениальности только такого вот не хватало. Она ж потом… даже думать не хочу. Эх… кому сказать — не поверят, но да, придется себя в узде держать. И ее тоже.

— Ты тему переводишь — прищуривается Косум: — ну да и ладно, не хочешь говорить — не говори. Так ты только сильнее меня заинтригуешь… а заинтригованная я — это мотивированная я. А когда я мотивированная…

— Все, понял. — поднимаю руки я: — Все расскажу. Но, уже если ты мне не поверишь — это уже не ко мне. Нет тут никакой мистики, просто… эээ… совпадение.

— Совпадение? С Бьянкой? Не думаю… — Косум достает свернутый в трубочку плакат и разворачивает его. На плакате — Бьянка с той самой невинной улыбкой уголками рта, которую в прессе прозвали «улыбкой, способной соблазнить Будду». Поперек плаката размашистым почерком — «Моей самой любимой поклоннице от Бьянки». Чуть ниже — «PS: Сомчай — бака!» и пририсованная рожица с высунутым языком и прищуренным глазом.

— Сомчай с ума сойдет — удовлетворенно кивает Косум: — так ему и надо! Дела у него, видите ли. Как косячить на ринге — так сам, а как должок отработать — так в кусты. Ничего, увидит, что я принесла — охренеет. Десять тысяч иен! А за такую подпись так все пятьдесят не жалко!

— Ты ж вроде ничего не платила? — хмурюсь я. Не помню, чтобы она кошелек доставала или купюрами шуршала, или там с телефона переводила деньги.

— Не, мы с ней договорились — услуга за услугу — машет она рукой: — я ей взамен тебя подержу, как она начнет с тебя трусы стягивать.

— … — я смотрю на нее с укоризной и качаю головой.

— А что?

— Вроде взрослая девушка… как не стыдно… — бормочу я: — детей пугать…

— Да я просто от тебя в восторге, Кента-кун. Пожалуй как поднимешься, а ты поднимешься, я уверена — вот как поднимешься и сможешь себе позволить такую девушку как я — напиши, что-нибудь придумаем… — прищуривается Косум: — с тобой интересно. Еще и часу дня нет, а у меня уже плакат с автографом Бьянки-сан, а еще я успела врезать Биму и Бому, всегда мечтала отмудохать легавых… должны же у девушки быть мечты… ты просто Джинн какой-то!

— Легавых? Это же люди Широ и…

— Это Бим и Бом на подработке. — поясняет Косум: — Или в отставке. Я легавых за версту чую. Нюх у меня на них.

— Хм. — мы выходим из ее кислотно-зеленого автомобильчика и направляется к зданию.

— Кстати, а ты знаешь, что у тебя на бампере написано вообще? — уточняю я на всякий случай.

— Конечно — отвечает Косум: — «тачка клевой девчонки».

— Вот как… — уточнять, какой именно самоубийца перевел ей «PUSSYWAGON» как «тачка клевой девчонки» я не стал. Многие знания — многие печали. Уверен, что это Сомчай, который заслуживает гордого звания «Бака Года».

— Это хорошо только на бумаге! — горячится Тэтсуо и промокает вспотевший лоб бумажной салфеткой: — Да ты пойми, Кента-кун, мы же разоримся на всем этом! Сколько денег, сколько денег!

— Нет в тебе веры в светлое дело — вздыхаю я, глядя на суетящегося Тэтсуо: — вот совершенно.

— Вера есть. У меня веры — во! — он перечеркивает себе гордо красноречивым жестом: — У меня денег нет! Вот что ты предлагаешь! Ты же предлагаешь всем начинающим …

— Всем желающим… — поднимаю палец вверх я: — не только начинающим, а всем, кто желает сотрудничать с нашим профсоюзом…

— Это еще хуже! Всем желающим, кто вступил в профсоюз — бесплатное жилье! Да ты знаешь, сколько аренда однокомнатной квартиры стоит?! И как мы будем договариваться?! У меня сейчас пять девушек, которые профессионалы и где-то двадцать — так, иногда приходят на съемки, подработать. Да ты представляешь, во сколько нам тридцать квартир в месяц обойдутся?! Ты сумасшедший, Кента-кун! А я еще связался с тобой на свою голову! Горе мне горе! — Тэтсуо заламывает руки: — А я так и не отдал кредит за мою новую «Кресту»!

— Хорошо, я понял. Аренда тебя смущает. Дальше что?

— Что? А то, что твоя идея насчет стриминга и абонентской подписки требует кучу оборудования! Где я тебе тридцать компьютеров достану? Это утопия! Мы можем начать с одной квартиры и…

— Значит так — перебиваю его я: — жилье у нас будет бесплатно. Ну… почти бесплатно. Я договорился за небольшой процент, да и оплачивать его надо будет только когда и если пойдет прибыль. Процент с прибыли — вот так. Заодно эти ребята и охрану обеспечат и какой-никакой ремонт сделают. Конечно, материалы и некоторые инструменты все-таки придется купить, но это выйдет намного дешевле даже месячной аренды одной квартиры.

— Но… тридцать квартир бесплатно?

— Нет. Это будет скорее что-то вроде общежития. — говорю я: — Тут неподалеку есть бывший склад. Он пустой внутри и здорово рыбой воняет, но я думаю с этим можно что-то сделать. Большой и теплый, я смотрел. Там два этажа, полуподвал и наверху ангар. Если внизу комнат не хватит — можем и наверху отгородить… понимаешь, тут вся идея не в том, что мы бесплатные удобные апартаменты класса люкс предоставляем, тут скорее в другом дело. Мы предоставляем убежище. Да, жить в общежитии может быть не совсем удобно, но этим мы решаем сразу две проблемы. Первое — большая часть заработка у девушек уходит за жилье, согласен?

— Ну… да. Аренда жилья