"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Пока вызывали начальство, я подошел к пропускному пункту.

— Я глава рода Кузнецовых, Михаил Викторович Кузнецов, и это мои люди, — обратился я к солдату.

Он окинул меня взглядом, и как-то странно посмотрел на Машу, словно узнав ее.

— Простите, могу увидеть ваши документы?

После тщательной проверки он пропустил нас с Машей, передав по рации, кто я такой.

Нас встретил мужчина средних лет с сединой на висках и седой бородкой:

— А, Михаил Викторович, быстро вы прибыли.

— С кем имею честь? — поинтересовался я.

— Командир третьей охранной бригады восточного пропускного пункта досмотра, капитан Полозов Виктор Сергеевич, — отчеканил он и козырнул. — Мария Сергеевна, доброе утро.

— Потрудитесь объяснить, по какому праву вы арестовали моих людей? — потребовал я. — И попрошу проводить меня к ним немедленно.

— Разумеется, следуйте за мной, ваше благородие, — кивнул капитан.

Пока мы шли, Болванчик обследовал здание на наличие неизвестных врагов и иных странных личностей.

— Что скажешь? — обратился я к Лоре.

— Все чисто, никаких подвохов.

Я поднес детальку Болванчика ко рту.

— Это Михаил. Надя, объясни остальным, особенно девушкам, Емеле и Даниле, как правильно себя вести при допросе и в камере. Никаких сюрпризов, прошу вас.

Мы с Машей и капитаном Полозовым прошли в комнату охраны. Небольшое помещение с диваном, столом, кулером и шкафом с документами.

— Присаживайтесь, — указал капитан на диван, а сам прошел за стол.

— Приведите Надежду Измайлову, она мой юрист и помощник, — потребовал я.

— Да, мы в курсе, одну минуту, — кивнул капитан.

Через Болванчика я видел, как солдаты вывели Надю из изолятора, и они пошли к нам. Слава богу, хоть кто-то не превышает полномочий. Но и не факт.

Когда привели Надю, она потребовала объяснений.

— У нас появились сведения, что вашему роду служит особо опасный преступник, который уничтожил целый род десять лет назад и скрылся, — сказал Полозов. — Также у нас есть подозрения, что вы были в курсе его прошлого и не выдали негодяя жандармерии!

Вот тут я немного занервничал. По сути таковыми могли оказаться вообще все члены моего необычного семейства: от Насти до Трофима. Разве что Настю отметаем.

Этот факт ничуть меня не удивил, хотя я напоказ крайне перепугался. Мой названый отец был тем еще любителем собирать вокруг себя людей с необычными способностями.

— Что за… — открыл я рот, но Надя подняла палец.

— Я твой юридический представитель, — жестко сказала она, и я замолчал. Пусть работает профессионал.

— У вас есть, что на это ответить? — продолжил капитан.

— У моего начальника пока не будет комментариев, — сказала Надя. — Лучше скажите, кого вы называете преступником?

Капитан вытащил лист бумаги и прочитал:

— Маркус Милас. У вас же он числится под именем Емельян Устинов.

— Емеля? — удивился я, и поймал на себе серьезный взгляд Нади.

— Какие доказательства, что это он? — спросила она.

Капитан молча передал ей папку, которую девушка принялась изучать. Прошло около тридцати минут, пока она не положила документы на стол.

— Вы же понимаете, что это необоснованные обвинения? Показания свидетелей устарели. Половина оформлена не по регламенту, — она повернулась к нам с Машей. — Ваше благородие, если вы не против, не могли бы вы выйти. Можете попить чаю и отдохнуть. Мы тут побеседуем.

Мы с Машей переглянулись и вышли. А Болванчик остался с Надей.

Ох, как же она закидывала капитана законами, положениями, вычеркивая каждый пункт в документах. Даже пригрозила ему статьей и вызовом канцелярского аппарата, чтобы они разобрались, каким образом к ним попала эта сомнительная информация, и почему они не удосужились тщательно проверить каждую букву, прежде чем арестовывать уважаемых людей.

Ну и напоследок Надя достала телефон и набрала Николая Романовича, рассказав тому, всех членов рода задержали без оснований и достаточных доказательств.

Через Болванчика я видел, как Полозов начинает теряться и потеть. Судя по всему, он не рассчитывал на такой исход, а надеялся провести все тихо, заслужить похвалу начальства и довольно почивать на лаврах.

Но теперь, похоже, у него проблемы.

Надя выдала еще один «вот это поворот». Распрощавшись с Островским, она спросила, кто представил им документы, ибо работой имперских служб в них явно не пахло. Еще через десять минут моих людей отпустили, принесли кучу извинений и провели на территорию Широкова, выдав нужные бумаги практически моментально. Ну и конечно, шепнули имя того, кто сдал Емелю.

Трубецкой — ничуть не удивлен! Как-то слишком часто он мешается у меня под ногами в последнее время.

Как он умудрился подкопаться под нас — другой вопрос. Мы обязательно найдем ответ, но пока надо доехать до нового дома.

Надя и тут не подкачала. Оказывается, усадьба Дирижера располагался в частном районе, недалеко от КИИМа. Рукой подать. Отличное трехэтажное здание. Надя успела сделать небольшой ремонт с помощью компании Ковальского, который любезно сохранил все в секрете.

Когда мы ступили во внутренний двор, девушки, наконец, кинулись обниматься. Данила пожал руку, Трофим с Емелей тоже. И Маруся с Настей обняли меня.

Маша смотрела на нас со стороны, пока и ее не затянули в семейные объятия. Все же и она родня.

Пока народ расселялся, почти забыв про утренний инцидент, мы с Машей решили посидеть в столовой. Тут нас и поймали Надя с Емелей.

— Нам надо поговорить, — сказала она, усаживая на стул конюха с видом набедокурившего ребенка. Сама Надя присела рядом и достала свой ежедневник.

— Я думал, все улажено? — спросил я, когда она начала что-то черкать.

— Пойду пока к девчонкам, — кивнула Маша и вышла.

Мы остались втроем. Лора появилась рядом с Емелей и села на стол в наряде сексуальной секретарши.

— Значит, это правда? — вздохнул я. Еще скелетов в шкафу мне не хватало.

— Документы, которые показал капитан, были настоящими, — ответила Надя. — Просто оформлены небрежно, с ошибками. Но это не снимает с нас ответственность. Если они немного попотеют, то у нас могут возникнуть серьезные проблемы, — она посмотрела на конюха. — Думаю, пора рассказать правду.

— Ты действительно уничтожил целый род? — удивился я.

Емеля молча кивнул. Лора тоже, отметив, что Емеля страшно боится признаться.

— Они заслужили это? — спросил я.

Еще один кивок сначала Емели, потом Лоры. Да, похоже, его это сильно гложет.

— Не переживай, тебя никто в обиду не даст, и уж точно не отправит в тюрьму, — сказал я. — Просто расскажи подробнее, чтобы мы смогли защитить тебя.

У меня не было сомнений в том, что передо мной хороший человек. По крайней мере потому, что его нанимал Трофим, а уж он умеет подкопаться под кого угодно. Без досье и тщательной проверки от пола до потолка, никто бы Емелю на службу не взял. Значит, если тот и впрямь уничтожил род, они и впрямь пострадали за дело.

— Хорошо, — вздохнул он. —