Имя мне Месть - Евгений Фронтикович Гаглоев

– Все решаемо, дурачок. Если дашь мне хоть один шанс, я смогу тебе доказать… Погоди! – Алина сделала большой глоток и ошалело уставилась на улыбающегося Степана. – Кажется, я только что проглотила свою контактную линзу.

Бузулуцкий прекратил улыбаться. Алина неловко заморгала одним глазом.

– И, кажется, она сейчас выйдет обратно… – Девушка громко сглотнула. – Мама. Где здесь туалет?

Вскочив на ноги, расталкивая столпившихся у лестницы студентов, она ринулась на поиски туалета. Но, быстро поняв, что не добежит, пулей вылетела во двор. Степан вздохнул и пошел за ней.

В это время Даша искала в толпе Егора, но почему-то никак не могла его найти. Вечеринка продолжала набирать обороты, и респектабельный особняк Вишняковых постепенно превращался в руины. Разлитое спиртное впитывалось в дорогие ковры, часть штор была сорвана, в них кутались пьяные студенты, уснувшие в разгар праздника. Но где же Егор?

Даша двинулась по дому, пытаясь увидеть Кукушкина среди танцующих людей. В этот момент кто-то громко присвистнул, все доставали телефоны, послышались громкий хохот и неприличные шуточки.

– Ничего себе! Вы только гляньте! – донеслось до Даши.

– Вот это дают!

– Сазонова устроила очередное порношоу в прямом эфире!

– А это точно она? Что-то не похожа.

– Канал-то ее, глаза разуй!

– Давненько она себе такого не позволяла!

Даша похолодела, почувствовав неладное. Она выхватила телефон из рук ближайшей девчонки. На экране Вика в странном черном парике извивалась в постели с каким-то голым парнем, снимая все происходящее на камеру телефона. Она довольно улыбалась, призывно глядя на своих зрителей, а в углу экрана мелькали, не переставая, сердечки. Лайки сыпались десятками и сотнями, чат трещал от количества сообщений с восторженными смайликами.

Господи… Даша едва не уронила телефон. Вика совсем с ума сошла?

Зачем она это делает?!

Парень покрывал поцелуями ее шею, она впилась пальцами в его взлохмаченные кудрявые волосы. Тут он повернулся лицом к камере, и Даша узнала Егора. Она перестала дышать. Возмущенная девица вырвала из ее онемевших пальцев свой телефон и снова принялась наслаждаться прямым эфиром Сазоновой, а Даша больше ничего не видела. Слезы застилали ее глаза.

Что происходит? Она ничего не понимала. Егор и Вика? Вместе?!

Обида и разочарование поглотили ее с головой, сердце болезненно сжалось в груди. Пересохшее горло отчаянно напряглось, Даша с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Несколько десятков человек в разгромленной гостиной особняка смотрели, как ее парень ласкает Викторию, а она подначивала его, при этом успевая посылать воздушные поцелуи на камеру.

Не зная, что делать, Даша бросилась прочь из гостиной и оказалась в просторной кухне. Глаза нестерпимо жгло от слез, руки предательски дрожали.

Какой позор! Что теперь будут о ней говорить? Ведь многие знали, что Даша раньше встречалась с Егором. А некоторые были в курсе, что они тайно встречаются до сих пор.

Почему-то это беспокоило Дашу, но совершенно не беспокоило Вику, которая решилась на такое в прямом эфире своего проклятого блога.

Желудок сжало сильным спазмом. Даша едва успела добежать до раковины, как ее вырвало. Сзади послышались чьи-то издевательские смешки. Кто-то из собравшихся решил, что она перебрала спиртного. Открыв холодную воду, Даша наскоро умыла лицо, а затем бросилась к выходу, расталкивая тех, кто попадался на пути.

– Народ, а что происходит? – крикнула Галина Вишнякова, оторвавшись от объятий Олега Свиридова.

– Кое-что поинтереснее твоей вечеринки! – насмешливо ответил ей кто-то из толпы.

Подбежав к входной двери особняка, Даша распахнула ее и выбежала в душную ночь. Сейчас она никого больше не хотела ни видеть, ни слышать.

Глава 25

Ничего хорошего

Следующим утром Егор проснулся с сильнейшей головной болью. Какое-то время он лежал, не шевелясь, пытаясь собраться с мыслями, а затем вдруг понял, что события последних нескольких часов совершенно стерлись из его памяти. Егор даже не помнил, как добрался домой от Вишняковых. Ладно хоть проснулся в своей комнате, в собственной постели, а не в какой-нибудь подворотне. Только это и радовало.

Кукушкин кое-как слез с кровати и, покачиваясь, отправился в туалет. Из кухни пахло яичницей и свежесваренным кофе. Обычно Егору нравился этот запах, но сейчас его едва не стошнило. Проковыляв в ванную комнату, он напился холодной воды прямо из-под крана, затем сунул под струю голову. Немного отпустило.

Взглянув на себя в зеркало, Кукушкин поморщился:

– Ну и рожа…

Глаза были красные и слезящиеся, а правую щеку пересекали следы от подушки. Он будто всю ночь лежал лицом вниз и вообще не шевелился. И как в таком виде показаться на глаза отцу?

И главное, почему ему так плохо? Он же вчера даже не пил!

Егор тихонько приоткрыл дверь ванной и выглянул в коридор. Может, отец ничего не заподозрит? Но в это слабо верилось. Обмануть Романа Кукушкина, бывшего следователя, а ныне лучшего частного детектива агентства «Домино»? Егору это никогда не удавалось, так что не стоило и пытаться.

Он на цыпочках прокрался по коридору и осторожно заглянул на кухню, залитую солнечным светом. У плиты стоял Степан и жарил яичницу, ловко орудуя деревянной лопаткой. Он выглядел таким свежим и бодрым, что Егору захотелось его пристукнуть.

– Явился не запылился, – прокомментировал Степан появление взъерошенного Кукушкина.

– А ты что тут делаешь? – удивленно спросил Егор, щурясь от яркого солнечного света.

– Я сегодня ночевал здесь после того, как приволок твою тушу домой.

– А, так вот как я здесь очутился… – протянул Егор. – А где отец?

– Он уже уехал в детективное агентство.

– Слава богу, – выдохнул Егор и уже гораздо смелее прошлепал босиком в кухню.

– Наказал мне о тебе позаботиться и проследить, чтобы ты не опоздал на практику.

– Я совершенно ничего не помню!

– Ну вы и дали вчера, – укоризненно покачал головой Степан. – На пару с Алиной. Хорошо, что я практически не пил. Пришлось мне сначала ее домой оттащить, а потом тебя. Время уже было позднее, и дядя Роман предложил мне тут заночевать.

– Так он меня все-таки видел? – расстроился Егор, усаживаясь за стол.

– Я честно постарался поскорее швырнуть тебя на кровать и накрыть одеялом, но он успел тебя рассмотреть.

– Давай выкладывай, что он сказал? Можешь меня не щадить.

– Поблагодарил меня. Сказал, что рад, что ты дома, а не в какой-нибудь конюшне с трусами на голове.

– Он шутил? Это хорошо, – удовлетворенно кивнул Егор.

– Ничего хорошего, – серьезно проговорил Степан. – Ты и правда ничего не помнишь?

– А что-то случилось?

– Ничего… За исключением того, что ты вчера оказался в