Твари из Рая - Сергей Юрьевич Михайлов

– Елена Владимировна, я действительно ни в чем не виновата, и я не понимаю, что на самом деле происходит. Генерал Волошин и ваш коллега, Крейтер, они в один голос заявляют, что я спасение человечества. И как я поняла, очень хотят, чтобы таких стало больше.

– Они идиоты! – перебила медсестра. Глаза её опять загорелись, и она попыталась вскочить, но Ольга придержала её за плечо.

– Успокойтесь, Елена Владимировна.

– Я не права, – гостья присела обратно. – Идиот только наш Абрамыч. У него только наука в голове. А генерал тот совсем не идиот, он просто сумасшедший!

– Тише, Елена Сергеевна. Нас, наверняка, наблюдают и слушают.

– Я теперь ничего не боюсь! – женщина опять сверкнула глазами, но голос все-таки понизила. – После того как этот зверь убил мою внучку, я не хочу больше участвовать в этом.

Ольга почувствовала, что еще немного и тоненькая нить установившегося контакта оборвется. Она опять постаралась успокоить Елену Сергеевну.

– Я поняла, что произошло что-то ужасное. Но поверьте, что я не имею к этому ни малейшего отношения. Вы все-таки расскажите мне, что знаете, и я как смогу помогу вам.

– Да что ты сможешь помочь? – горько усмехнулась женщина. – Ты даже себе теперь ничем не поможешь.

Она вдруг остановилась и посмотрела на Ольгу другим взглядом. В глазах впервые появилась заинтересованность.

– Слушай, а ведь ты можешь добраться до этой твари.

Она сделала паузу, что-то обдумывая, и вполголоса добавила:

– Если, конечно, в тебе осталось что-нибудь человеческое.

– Елена Сергеевна, вот видите – я вам могу помочь, но и вы помогите мне – расскажите всю правду, что здесь происходит.

Ольга теперь тоже старалась говорить вполголоса и не поворачиваться так, чтобы камера видела её лицо.

Женщина вздохнула.

– Хорошо. Только поклянись мне, что отомстишь Борису за мою дочь и внучку.

– Да. Клянусь, если этот человек виноват, и, если это будет в моих силах, я сделаю это.

Взгляд медсестры смягчился.

– Похоже, ты еще не совсем переродилась. Я расскажу тебе, и ты сама поймешь, что правильно.

Вдруг Ольга замерла, в голове, словно что-то щелкнуло.

– А этот Борис, он кто?

– Ты его прекрасно знаешь. Вас на программу запускали вместе. Черный такой, нос горбинкой. Как восточник.

– Танасийчук?

– Да. Его фамилию не перепутаешь.

«Блин! Значит Волк жив. Что же это с ним произошло? Если, конечно, все правда, что она сказала». Однако вслух она только попросила:

– Продолжайте, Елена Владимировна. Я слушаю.

Та хотела начать, но видимо, воспоминания опять нахлынули на нее. Она схватила полотенце и закрыла лицо. Ольга не стала торопить женщину – еще спугнешь – опять разозлится и ничего не станет рассказывать. Через полминуты Елена Сергеевна справилась с собой, она опустила полотенце на колени, судорожно вздохнула и заговорила.

– Если честно, то тут и рассказывать нечего. Я местная, но работала в Центральной Клинической Больнице в Городе. Конечно, давно, еще до всего этого. Оттуда и попала на работу, на Базу. Когда все началось, я была в отпуске и сумела вывезти семью дочери к маме в деревню. Разуваево знаешь?

– Да, я патрулировала когда-то там.

– Вот. Все мои и живут там. Жили…

Её голос опять задрожал, но она удержалась. Похоже, возможность выговориться помогала ей.

– Я так радовалась, что моя семья успела добраться сюда. Вершинин пообещал, что все окрестные деревни будут охранять, и слово свое держит. Да, что я говорю – ты сама знаешь. Но я никогда не думала, что мои девочки пострадают от своих защитников. От патруля.

Ольге хотелось вступиться за своих – не мог патруль сделать что-то плохое своим, тем, кого он призван защищать. Но она побоялась перебивать женщину – вдруг опять закроется, и тогда ничего не узнаешь.

– Две недели назад на нашу деревню ночью напали. Тварей вокруг давно не было, все уже и забывать начали, эти, похоже, какие-то пришлые. Но все было нормально, пока они в дома ломились, староста вызвал патруль – те оказались совсем рядом и приехали быстро. Перестреляли уродов, кого успели, а остальные сбежали в лес. Все бы хорошо, но ты знаешь же, что твари в таких случаях стараются спрятаться.

Ольга кивнула – она это прекрасно знала. После любой схватки нужна зачистка.

– И мы, в общем-то знали, но дети есть дети. У внучки в сарае был свой домик, не настоящий, а для кукол. Ну как у всех детей, знаешь?

Ольга опять кивнула.

– Не знаю, как мои не уследили, ведь все там были: и дочка, и зять, и мама с папой. Утром Иришечка успела первой в сарай убежать, а там тварь пряталась. У нас ведь и собака есть, но ты знаешь, что они на тварей не лают, боятся. А тут Байкал, как только выпустили сразу сорвался и в тоже в сарай. Мои очнулись, когда там рев и крики услышали.

Кинулись, а там тварь небольшая, с Байкалом дерется. Хороший был пес – как не боялся тварей, а за внучку вступился. Мои забегали, зять с дедом были за домом, в ограде только дочка была, она и кинулась туда – в сарай. Рядом оказались ваши – патрульные, они как раз по улице мимо дома шли. На счастье, думали, а оно оказалось на беду…

Женщина замолчала, её взгляд затуманился – похоже, опять переживала случившееся.

– Что произошло? – тихо спросила Ольга.

Елена Владимировна очнулась и заговорила:

– Там как раз и оказался этот ваш Волк. Прозвище-то какое, как раз к нему подходит. Он всех остановил, а сам без оружия в сарай пошел. Дочка, говорит, что он вроде как даже обрадовался такой возможности. Откуда ей знать, что он сам хуже всякой твари…

Я хоть сама и не видела, но представляю, как все было – нагляделась я на вас в лаборатории. Короче, он там, в сарае убил тварь. Потом говорили, что не просто убил, а на куски разорвал.

Ольга вздохнула, она верила в это – если Борис изменился также как она или Гном, в горячке он мог натворить все что угодно. Она знала это по себе.

– Когда они драться начали, внучка из сарая выскочила, а Байкал остался там. Иришка его очень любила. Она и полезла на глазах у дочки обратно в сарай. Дочка кинулась за ней, да не успела. В общем, потом нашли в домике изорванную тварь, Байкала и внучку растерзанную.

Этот гад из сарая выскочил – весь в крови, совсем не человек и на дочку бросился. В это время уже и