Аспект Системы - Алексей Губарев

Гости, видимо, столкнулись со стражем несколько секунд назад, и пока у них только завязался диалог. Забавно было наблюдать, как две женщины с автоматами за спиной, стоят, подняв руки, у забора, а над ними возвышается страж, удерживающий в руках штыковую лопату. Причём у меня не было никаких сомнений — дамы и пикнуть не успеют, как системный прислужник расправится с обеими.

— Страж, не навреди моим гостям! — крикнул я, останавливаясь в нескольких метрах от места, где были закопаны мины. Деактивировав их, проехал чуть дальше, и уже спокойно добавил, обращаясь уже к Людмиле и Афине: — Хорошо, что успел. Ожидал посетителей гораздо позже. И у меня сразу вопрос — Что здесь забыла она?

— Эм-м… — глава общины замялась, видимо не ожидала от меня такого вопроса.

— Хозяин, мне выгнать её? Убить? Связать? — поинтересовался у меня страж, ткнув пальцем в Афину. Сейчас, когда я оказался рядом, было видно, что прислужник стал значительно выше ростом, за два метра. Эк его разнесло от своей значимости.

— Это гости. Они переходят под мою ответственность. И в будущем вот её, — я указал пальцем на Людмилу, — можешь пускать в поселение без проблем. Но только одну. А вот эту гостью пускать в моё отсутствие нельзя. Запомнил?

— Всё понятно. — пробурчал страж. — Красотку Людмилу десятого уровня можно пускать, а худую Афину второго уровня нельзя. Сейчас ты за ними присмотришь, поэтому я могу и дальше следить за работниками.

— Эй, слышишь, неандерталец⁈ — возмутилась Афина. — Я не худая, а стройная!

— Вот я и говорю — кожа да кости. — усмехнулся страж. — Пойду я.

И исчез.

— Эт… Куда он делся? — выражение лица девушки с гневного сменилось на растерянное. — Что вообще происходит? Куда делись дачи?

— Да, Алексей, можешь объяснить нам, что случилось? — поддержала подругу Людмила. — Куда подевались Васильки? Откуда здесь системное поселение?

— Мр-рау! — напомнила о себе Кита, бесцеремонно вмешиваясь в разговор.

— Ох! Давай я тебя выпущу. — мне пришлось отвлечься от разговора, и заняться высвобождением кошки. Питомица, очутившись на воле, фыркнула, и принялась вылизывать свою шерсть.

— Где ваш транспорт? — поинтересовался я у Людмилы.

— Его нет. — как-то виновато улыбнулась женщина. — Арчи забрал.

— Не понял. — нахмурился я. — Это как?

— Он запер меня в подвале одного из домов, во время обыска села, и за время отсутствия успел настроить всю общину против меня. Я бы наверное так и сидела сейчас под замком, если бы не Афина.

— Он что, совсем страх потерял? Может ему напомнить, кому этот придурок обязан жизнью?

— Успокойся, Алексей. Ты думаешь, я расстроилась из-за случившегося? Наоборот, только рада. Думаешь, легко управлять теми, кто ничего не желает делать? Я же буквально заставляла это стадо работать.

— А как же дети? — мне по-прежнему было непонятно, почему Людмила так спокойна.

— Все против моего возвращения. Вон, Афина подтвердит. — печально улыбнулась уже бывшая глава общины. — Я её проверила с помощью своих умений — не врёт.

— А ты чем думала, когда сюда заявилась? — поинтересовался я у девушки.

— Лучше ты меня прикончишь, чем жить на побегушках у малолетки, который смотрит на меня, как насильник на жертву. — глухо произнесла Афина. — В город идти опасно, а в одиночку не выжить. Да и за Людмилу обидно было, Арчи ведь запретил всем приближаться к дому, где её запер. Сказал, что она подчиняет разум, но у него появился иммунитет.

— У меня не было в планах набирать жителей в своё поселение. — произнёс я, а сам в этот момент раздумывал, как поступить. Гнать женщин, даже при условии, что одна из них пыталась меня убить — разум корёжило только от одной мысли, что я вышвырну почти беззащитных в мир цветущего постапокалипсиса. Пойти и прикончить Арчи, разрешив сразу все проблемы? Пожалуй, это выход. Но лишь частичный — община останется без предводителя, и они все погибнут довольно быстро. Люди в массе своей вообще не способны отвечать даже за свои действия — я уже убедился в этом. Людмила точно не пожелает больше становиться главой. Чёрт! Получается, я не могу прогнать этих двух бедолаг. Оставить? Афине точно нет доверия, а вот Людмила показала, что она держит слово. Да и спасла меня, когда могла прикончить.

— Можете остаться, если будете соблюдать мои правила. — произнёс я, прервав собравшуюся что-то сказать девушку. — И первое из них — вы везде ходите вдвоём. Я не доверяю Афине. И это не обсуждается. Второе правило — вы будете работать на благо поселения, два дня в неделю. Остальное время развиваетесь, чтобы ваши уровни и возможности росли. Но! Десять процентов от того, что сумеете добыть, не важно какими способами, отдаёте на развитие посёлка. Профессии какие-нибудь у вас имеются?

— Имеются, как же без них. — с еле скрываемой улыбкой ответила Людмила. — Но сразу скажу — копатели из нас такие себе. Мы лучше что-нибудь посадим, вырастим, или убедим кого-нибудь, что нужно что-то сделать. Но в целом согласны на твои условия.

Ещё что-то сказать я не успел, так как перед глазами появилось оповещение от Системы:

'Аристорг, желаешь на своих условиях принять в своё поселение Афину и Людмилу?

Да.

Нет'

Я выбрал «Да», и стал ждать, когда свой выбор подтвердят девушки. Они не долго думали, и через секунду перед глазами высветилось оповещение

'Внимание! Аристорг, ты принял в своё поселение первых жителей. Текущий статус новых поселенцев — «Слуги». Желаешь изменить статус жителей?

Да.

Нет'

— Хорошо, что не рабыня. — с плохо скрываемой горечью произнесла Афина. Людмила, бросив на неё пристальный взгляд, хмыкнула:

— Что-то посерьёзнее заслужить надо.

— Верно. — произнёс я, и добавил: — Давайте теперь разберёмся, в какой дом вас заселить. Дело серьёзное. Да, выбирать можете из домов, максимально удалённых от моего. Например вот этот отлично подойдёт.

— Этот? — Людмила оценивающе окинула домик за спиной. — Какой-то он маленький для двоих. Другие имеются?

— Не наглей, там четыре комнаты. — ответил я. — Есть вода, электричество.

— Мы согласны. — прервала меня Афина. — Только.

— Успокойся. — нахмурился я. — Вам придется за свой счёт докупать посуду, бельё, мебель по вкусу. Там кроме кроватей, столов и стульев имеется лишь