Война без правил - Антон Юрьевич Перунов

Так что Март, добравшись до места, просто достал из указанного ему заранее схрона лодку, упрятал там приметный горный мотоцикл (гонять на таком по равнинам просто не имело смысла, и с гарантией означало привлечь к себе много лишнего внимания) и, дождавшись ночи, переправился, работая веслами, на левый берег, где опять же спрятал лодку. А потом без суеты пошел по прохладце в сторону ближайшего города.

Вариант посещения родной Тары он изначально исключил. Да, Мартемьян повзрослел немного, даже щетина начала расти (он несколько дней специально не брился), на голову нацепил кепку, на нос — солнцезащитные очки. С недавних пор их на Пампе продавали повсюду, и носили почти все, защищая глаза от яростных лучей солнца и пыльных ветров, так что этим здесь никого нельзя было бы удивить. На шее у него был накручен платок — близкий аналог шемага, так что узнать в путнике Марта Вахрамеева было той еще задачкой, но кто его знает? Риск того, что его заметят и узнают, оставался.

Потому для внедрения в новую оккупационную реальность Пампы он выбрал совсем другой городок — Сретенск, в котором ни разу не бывал прежде. К тому же из Сретенска было куда ближе до Кайзерхафена — цели его путешествия.

Утром Март, дождавшись очередного каравана из телег, попросился подвезти его и, усевшись на борт сбоку, мирно вкатился через ворота. Никто даже не стал проверять его документы. Парочка полицаев, стоявших в теньке у открытого шлагбаума, явно пребывала в тяжелейшем похмелье и жадно пила огуречный рассол, и просто отмахнулась, мол, проезжай, не задерживай.

У Вахрамеева с документами был полный порядок, но такой сценарий устроил его еще больше. Потолкавшись на рыночной площади и расспросив водителей грузовиков, кто куда едет, Март договорился за скромную плату, что его докинут до ближайшего к главной базе имперцев городка — Эсперансы, почти половину первопоселенцев которого составляли когда-то латиносы.

— Я туда порожняком пойду, но в кабине места уже выкуплены. Если хочешь, забирайся в кузов, и поехали, но плата столько же. Оттуда уже настоящий автобус по три раза в день ходит до Марктштадта, по-нашему говоря — Торжка.

— Главное добраться. Так что по рукам.

Благо, долго по пыльному, изрядно разбитому большаку трястись не пришлось, два часа и они оказались на месте. На въезде в Эсперансу контроль провели уже четче. Но, как и ожидал Март, никто к его аусвайсу никаких претензий не предъявил. Оставалось купить место в автобусе, плотно пообедать в местной харчевне, на аргентинский лад называемой «Бодегон». Еда здесь самая простая, без изысков, зато свежая, порции огромные, и все очень сытное. Еще и музыку послушал в исполнении пары мариачи в старинных сомбреро.

В пути Март отмалчивался. Впрочем, соседи тоже не стремились к общению с незнакомцами. Видно было, что народ немного волнуется, ожидая проверки на блокпосту у Кайзерхафена. И каждый с недоверием посматривает вокруг себя, словно подозревая в других доносчиков и провокаторов.

На дороге их остановил мотопатруль местных коллаборантов-аскери на двух багги. Одна машина подкатила к автобусу, другая застыла на пригорке, нацелив на людей вороненый ствол пулемета.

— Всем выйти и построиться в линию по одному, — проорал одетый в светлый, пустынного окраса камуфляж, каску и легкий бронежилет щекастый унтеркапрал.

Пассажиры глухо зашумели.

— Заткнитесь! Начальство ввело усиленный режим безопасности! Рты открывать только по моему приказу! И быстрее, чего мнетесь, как беременные коровы! Шнелле! Бегом!

Один из карателей, заскочив в салон, принялся выталкивать пассажиров, лапая попутно женщин безо всякого стеснения, заодно проверяя, чтобы никто не спрятался. Другой стоял у открывшихся створок дверей автобусика и толкал спускающихся по ступенькам в спину. Развлекались так, заодно нагнетая на мирян ужас и ощущение беспомощности. Делали они это с довольными ухмылками, разя наповал многодневным перегаром.

Соло бравые шуцманы почему-то не тронули. Ничего специально он не делал, да и делать не собирался, задача была другая, но вот так.

Бегло проверив багаж, патрульные просмотрели документы, выцепив какого-то бородатого, чернявого мужичка, у которого срок выдачи аусвайса истек накануне, отвели его в сторонку, о чем-то переговорили. Март через Сферу отчетливо видел, как у того выдернули кошелек и ссыпали в свои карманы из него все деньги, выдав взамен какую-то справку, накарябанную от руки, затем дали пинка, мол, бегом назад. Наконец, еще раз окинув взглядом ряд смирно стоящих пассажиров, шуцманы нехотя дали отмашку.

— Проваливайте.

Остаток пути прошел без эксцессов. Блокпост на въезде в Торжок ничем не удивил. Все то же хамство набранных из местных аскери, но тут они себя вели поскромнее, — поблизости стояла парочка имперских вояк с унтер-офицером во главе. Те были подчеркнуто отстраненны и дисциплинированны.

— Цель посещения Марктштадта? — внимательно изучая документ, устало спросил Марта проверяющий. Видно, что поток людей шел почти непрерывно, выходит, миряне и сами охотно посещали Кайзерхафен с разными надобностями… Это неприятно кольнуло Марта.

— Еду в госпиталь немецкий. Хочу про родню договориться. Чтобы вылечили.

— Тогда тебе надо будет еще один блокопост пройти, уже на въезде в Зеленую Зону. Внял?

— Ага.

— Коли так, то иди уже, болезный, не задерживай очередь…

Соло шел по шумным, забитым куда-то спешащими людьми улицам Торжка и не мог избавиться от не слишком приятной мыслишки, что вот, они сражаются за свободу Мира, а всем вокруг нет до того никакого дела. Может, и зря все это затеяно? Сколько еще должно погибнуть и ради чего? Кому это нужно? Он тряхнул головой, избавляясь от морока, и ухмыльнулся. Какой только ерунды в голову не лезет временами…

Стоя в очереди на проход в «чистую зону» самой авиабазы имперцев, собственно, в Кайзерхафен, Март не без удивления заметил давнюю знакомую и даже любовницу на одну ночь — Лизавету Старогод, подъехавшую к шлагбауму на шикарном красном спортивном кабриолете. Соло тут же поправился мысленно: «Она ж теперь должна быть Шибаевой, если успела за Емельку выскочить замуж…».

На шее девицы был яркий шарф, глаза прикрывали дорогие темные очки, голову укрывала тончайшего шелка косынка. Тонкие руки в перчатках, настоящая амазонка. Ее пропустили без лишних слов и проверок. Рыкнув мощным мотором, машина сорвалась с места и укатила куда-то по своим делам, гукнув на прощание клаксоном.

«Вот и повидались, епта… Интересная у них тут жизнь, я смотрю…»

— Цель посещения?

— Госпиталь, хочу родню записать на лечение.

Проверяющий внимательно посмотрел на Марта, но никаких признаков обмана не углядел.