Космическая сага: Проклятие древнего престола - Максим Шаравин

— Кто просил передать? — спросил Марсель.

— Мы не знаем. Нам заплатили и наняли, чтобы мы охраняли твой шаттл, пока ты не улетишь. У тебя пять часов. Этого хватит, чтобы полностью зарядить твой корабль для прыжка в следующую звёздную систему, — мужчина развернулся и подошёл к остальным.

Что‑то обсудив между собой, он снова повернулся к Марселю:

— Мы установим две переносные турели. И скоро прибудет подкрепление — ещё трое наших людей.

После этих слов мужчина потерял интерес к Марселю. Они стали заниматься работой. Пришли ещё трое штурмовиков с андроидом, который нёс переносные турели. Работа закипела. Марсель наблюдал за ними через голографический экран и понимал: это были профессиональные наёмники, а не какие‑то отбросы. Слаженные действия, чёткое распределение ролей и перекрытие турелями всего сектора возможного вторжения противника.

Марселя уже перестал мучить вопрос, кто этот доброжелатель. Выяснит потом. Сейчас ему надо было знать, куда лететь, время поджимало, а ответа от Глории всё ещё не было.

Глава 14

— Готовимся к переходу в звёздную систему «Звёздный Град Шуя», — приказал я, обведя всех взглядом. — Нанесём визит Шуйским, а потом решим, что делать с Волконскими. Возможно, это действительно единственное правильное решение в данной ситуации.

Все начали вставать из‑за стола.

— Может, нам с Каэлем смотаться туда? — спросила Милослава.

— Слишком долго, а действовать надо сейчас. Вы не успеете, — ответил я и посмотрел на Яра. — Яр, что с семьёй Ричарда?

— Они уже вернулись на планету, но у Ричарда в запасе ещё несколько часов, — сообщил Яр.

— Хорошо. Марк, заберите Ричарда, как я и говорил. Дальше, Яр, организуй отправку твоих людей Максу — надо, чтобы они улетели до нашего отправления к Шуйским, — начал я раздавать приказы.

— Уже отправляются, Ратибор. Я начал отправку сразу, как только поговорили с Георгием, — проинформировал Яр.

— Отлично. Георгий, свяжись с Максом. Пусть озадачит своего Жоржа и ускорит сбор информации об этой девушке, которая появилась возле флот‑адмирала Горо Танака. И надо проверить Жоржа: не служит ли он «Оракулу»? — Я внимательно посмотрел на Норда.

— Хорошо, князь, — кивнул Георгий. — Но с проверкой может возникнуть проблема.

— Я помогу, Георгий, — произнёс Яр. — Свяжусь с Максом, и мы всё сделаем.

— Тогда следует проинформировать Макса об «Оракуле», — вставил я.

— Согласен, — Яр посмотрел на меня. — Если ты не против, перешлю ему запись нашего разговора.

— Хорошо, но сделай так, чтобы её не стало, как только Макс с ней ознакомится, — попросил я.

— Конечно, это в наших интересах, — согласился Яр.

— Дальше, — я посмотрел на стоящих передо мной людей. — Женевьева, тебе следует вернуться к Тибо, пора очистить ваш Дом от андроидов «Оракула». Яр объяснит, каким образом вам выявить всех его человекоподобных андроидов.

— Как прикажете, император, — она склонилась в реверансе.

— Каэль, Милослава, отвезёте Женевьеву, — приказал я.

Они дружно кивнули и направились к выходу из зала совещаний вместе с Женевьевой.

— Что будем делать с Оболенскими? — спросил Фотис. — Им надо сообщить.

— Рано, — сказал Яр. — Слишком рано.

— Наоборот, — тут же возразил Фотис. — Если следовать логике Милославы, то сейчас самое время. Тем более в связи с нападениями. Они же не зря привезли к нам свои семьи.

Мы с Яром переглянулись.

— Яр, я так понимаю, все твои расчёты показывают, что этого делать категорически нельзя? — спросил я.

— Да, Ратибор. После того как Оболенские узнают правду, их действия станут непредсказуемы, — ответил Яр. — И, возможно, это действительно правильное решение. Чем больше будет непредсказуемых действий, тем больше будет ошибаться «Оракул». Ведь раньше он создавал ситуации, в которых мог предсказать развитие событий, а сейчас мы начинаем ломать его систему.

— Всё правильно, Яр. Ведь ты тоже «Оракул», — заговорил Фотис. — И если для тебя просчёт событий усложняется, то он усложнится и для первого «Оракула».

— Совершенно верно, но это будет лишь на первоначальном этапе, пока не будет собрана информация о поведении людей. Как только данные будут собраны, я снова смогу прогнозировать ситуации и поведение. Так же сможет делать и «Оракул», — пояснил Яр.

— Значит, в следующий раз надо сделать так, чтобы всё снова пошло наперекосяк, — заговорила Аурелия. — И это можно будет сделать, опираясь на твои расчёты.

Я задумался: выходит, надо делать всё совершенно по‑другому. Если все считают, что в яму мы не прыгнем, значит, надо прыгать.

— Хорошо, — согласился я с доводами Фотиса и Аурелии. — Себастьен, свяжись с Мстиславом. Отправь ему запись нашего разговора. Пусть посмотрит вместе с остальными князьями. Как только ознакомится, Яр уничтожит запись.

— Будет сделано, — кивнул Себастьен.

— На всё про всё — три часа. Потом забираем Ричарда и летим к Шуйским, — сказал я.

— Минуту, — Яр поднял руку, останавливая нас. — Только что перехватил сообщение для Глории от Марселя. Он пишет ей, что ему срочно надо попасть на «Северную Твердыню». Сейчас он в звёздной системе «Глубины Эриды».

Все посмотрели на меня.

— Яр, как далеко он от нас? — спросил я.

— В десяти звёздных системах, а от домашней системы Шуйских — ещё дальше, — сообщил Яр. — Он не доберётся до нас.

В зале повисла тишина. Все прекрасно знали, кто такой Марсель‑Жермен. И если он стремился попасть сюда, значит, дело было крайней важности. Я опустился в кресло, остальные последовали моему примеру. Удивительно, но всё пошло наперекосяк. На мгновение мне стало смешно, я не удержался и рассмеялся.

— После наших действий всё пошло наперекосяк, вам так не кажется? — спросил я остальных сквозь смех.

Судя по удивлённым лицам, они пока не понимали, к чему я веду.

— Ты хочешь сказать, что «Оракул», как и мы, тоже теряет контроль над ситуацией? — спросил Яр.

— Именно, Яр. Я считаю, что появились ещё два центра принятия решений, которые очень сильно стали влиять на развитие событий. И, возможно, появится третий. Смотри: первый и до последнего времени единственный, который строил историю, — это «Оракул». Потом появился ты, который стал противостоять ему. Дальше третьим центром стал я, когда узнал правду.

—