АД: Агент Джокер - Василий Головачёв

– Твоя беда в том, что ты считаешь своё мнение единственно правильным, а это не так.

– Ну, я редко бываю неправ. Точнее, прав всегда!

– Вот-вот, совершенно идеальная чайка. Иди готовься.

Левкович-младший пружинисто вскочил, картинно кинул ладонь к виску и, насвистывая мотивчик из песни Инстасамки «За деньги – да», скрылся за дверью кабинета.

Левкович-старший с сомнением смотрел ему вслед, размышляя, не ошибся ли он с отправкой сына решать проблему, способную изменить обстановку вокруг Байкала.

Глава 19

На сей раз машину в Пожары не пропустили. Территория микропосёлка была обнесена проволочным забором высотой в три метра со спиралями Бруно по верху, и водитель невольно пошутил:

– Чистый концлагерь, прости господи! Осталось только ток подвести.

«Хонки» остановилась у сетчатых ворот, охраняемых видеокамерой на штанге.

Пахом вышел, осмотрел ворота, снабжённые электронным замком, на предмет того, сможет ли китайский автомобиль пробить их на случай бегства, помахал рукой перед камерой.

Водитель посигналил.

Из крайнего синего домика вышли трое парней в зелёном камуфляже, вооружённые помповиками.

Сергей присвистнул.

– Ого! Серьёзная охрана! Вряд ли нас пропустят.

– Увидим.

– Чего надо? – хмуро осведомился один из охранников, носивших кепи с длинными козырьками. У него были круглые совиные глаза и расплющенный нос боксёра.

Пахом раскрыл удостоверение инспектора Минприроды.

– Инспектор Шумский. Приказано проверить экологическое состояние объекта.

Охранники обменялись одинаково тупыми взглядами.

– Нас не предупреждали, – буркнул боксёр.

– Вас и не должны были предупреждать, – веско проговорил Пахом. – Это внеплановая проверка на коррупционную составляющую.

– Нас не предупреждали.

– Позови начальника, – приказным тоном бросил Пахом.

– Я тута начальник, – сказал боксёр.

– В таком случае я царь Иван Грозный, – усмехнулся капитан. – Если не сделаешь, что прошу, через полчаса здесь будет ОМОН. Тебе это надо, долбон?

Охранник оглянулся на своих коллег.

– Сарский уехал, – пробурчал бледнолицый молодой человек с узким подбородком.

– Кто это – Сарский? Ваш начальник?

– Ну? – зыркнул водянистыми глазами охранник с расплющенным носом.

– Звони ему!

– Он приказал его не беспокоить до утра.

Пахом подошёл к воротам ближе.

– Как тебя звать?

– Зачем тебе?

– Хочу знать, кто не пропускает инспектора эконадзора. Вылетишь отсюда к чёртовой матери!

Нахрап подействовал. Умом боксёр не блистал, просто выполнял данные ему инструкции, за что его можно было даже похвалить, но заниматься психологической обработкой мужика с помповым ружьём было недосуг.

– Ну, Верзин Вова… Владимир.

– А твоих подчинённых?

Словечко «подчинённых» добавило гордости в тон боксёра по имени Вова Верзин, и он произнёс:

– Лызик… Петро.

Бледнолицый сморщился.

– Савельев Фома.

Третий охранник, низкорослый, единственный небритый из всей компании, мотнул головой.

– Где живёшь?

– Тута, в Култуке, на Свечина.

– Сколько тебе лет?

– Тридцать три…

– Надо же, возраст Христа. Что кончал?

– Технический колледж в Перми.

– Обалдеть! Как тебя занесло сюда из Перми?

– Друг предложил поработать на китайцев, сказал, хорошо платят.

– Какой друг?

– Череп… Гришка Черепанов.

– Давно ты здесь?

– Второй год.

– Ну и как китайцы платят, хорошо?

Верзин скривил губы.

– Ага, щас, разбежались. Суки они… – Он нервно оглянулся на спутников, и до него наконец дошло, что инспектор задаёт странные вопросы. Он нахмурился. – Какого хрена…

Не говоря больше ни слова, Пахом отступил в прошлое на почти две минуты и увидел, как к воротам подходят три охранника, Верзин впереди. Капитан широко улыбнулся, проговорил с преувеличенной радостью:

– Вовка Верзин? Ты?!

Боксёр выпучил глаза.

– Ну… я… а ты хто?

– Я Серёга Шумский, мы вместе учились в колледже в Перми, не помнишь?

– Не помню.

– Череп про тебя рассказывал, дружбан твой, Гришка Черепанов, но я тебя здесь встретить на ожидал. Давай, открывай.

Охранник ошеломлённо уставился на Пахома, оглянулся на спутников, и Пахом добил его восклицанием:

– А это никак Петька Лызик? И Фомка Савельев?

– Оне…

– Открывай, проведёшь меня на объект. Кстати, сюда никто не приезжал из ваших? Девчонку не привозили, она тут у вас была два дня назад.

– Мы только заступили, при нас никого.

– Ладно, включай мотор.

Боксёр достал смартфон, ткнул пальцем в экранчик.

Створки ворот начали раздвигаться.

– Мы подъедем. – Пахом сел в машину.

«Хонки» заехал на территорию посёлка.

– Откуда вы их знаете? – спросил водитель, искоса посмотрев на пассажира.

– Я и не знаю, – улыбнулся Пахом. – Они сами себя назвали.

Подошли охранники.

В глазах Верзина плавало сомнение, потому что он так и не вспомнил, кто такой Серёга Шумский, но уверенные действия и тон «бывшего однокашника» продолжали держать тридцатитрёхлетнего мужика в напряжении. Не давая ему времени опомниться, Пахом поведал историю, как он стал инспектором природоохранной системы, потом спросил, пока они шагали к обрыву с будкой лифта:

– А этот ваш начальник, Сарский, кому подчиняется?

– Свиблову.

– Начальнику водокачки?

– Ну…

– А Свиблов кому?

– Муршикову.

– А это кто?

– Ты же должен был получить у него разрешение. Он глава СБ губернатора, командует всеми частными компаниями охраны на побережье.

– Я решил сначала посмотреть на объекты без вашего начальства, в Иркутск поеду позже.

– Вообще-то Сарский не разрешает никого…

– Покажу ему ксиву, он поймёт.

Из второго домика вышли двое мужчин в одинаковых сине-оранжевых комбинезонах. В одном из них Пахом узнал инженера, с которым встречался два дня назад в столовой гостиницы. Дружески кивнул ему, получил смущённый ответный кивок.

– Вы его знаете? – хмыкнул Верзин.

– Я многих тут знаю, – уверенно сказал Пахом.

Неизвестно, как отнёсся к его словам охранник, но подозрений в его глазах поубавилось.

Лифт был заперт.

Верзин приставил к двери чип-ключ, открыл дверь, пригласил гостя войти.

– Лызик, останься.

Бледнолицый парень молча направился к домикам.

В принципе можно было и не опускаться к берегу Байкала, так как Пахом узнал главное: Анфису сюда, скорее всего, не привезли, но проверить водокачку не мешало, а ещё лучше – заснять её интерьеры на смарт. Снимки послужили бы прекрасным доказательством присутствия на берегу озера секретных станций.

Подъехал лифт, Пахом и его сопровождающие сели в кабину, стенки которой заменяли металлические сетки. Кабина пошла вниз, опустилась, по расчётам Пахома, метров на двадцать. Верзин отодвинул входную сетку, и они вышли в слабо освещённый зал, заставленный оборудованием водонасосной станции. Механические насосы станции работали, и по залу растекался характерный гул турбин, от которого вибрировал пол зала.

Народу здесь было мало. У двух резервуаров возились рабочие станции в сине-оранжевых робах, ещё двое постукивали ключами у агрегатов вдоль стен, и в окне, выходящем на озеро и выпускающем метрового диаметра трубу, занимались измерениями двое мужчин в чёрном. Пахом обратил внимание, что тот самый инженер отошёл от трубы, свернул к нему.

– Привет, Михаил Потапович. – Пахом подал руку. – Вы что же, бессменно работаете?

– Напарник