Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

За три десятка миль от госпиталя, в котором в данный момент Иван Лудильщиков обретался, по ту сторону фронта, в штабе первого корпуса армии царя Николая, Дэвид Медоуз, герцог Бэдфорд, получивший этот титул три года назад из рук Его Величества Эдуарда Седьмого раздраженно сломал карандаш. Связь между ним и созданным его руками сложнейшим комплектом артефактов, должных при их единовременной активации создать пелену мертвых, непроходимую ни для чего живого, прервалась. Что ж, придется, как говорится, по старинке: прорывать фронт, вводить в прорыв «кавалерийские» части и надеяться, что их высококлассные британские маги сумеют совладать с прибывшими к месту прорыва дружинниками этого очень опасного русского герцога Александра. Впрочем, неудавшаяся пелена мертвых — не последняя заготовка, ожидающая своего часа. Британские артефакторы за последнюю пару лет немало смертоносных новинок сумели изобрести. Реванш после неудачной для джентльменов войны на Дальнем Востоке так или иначе состоится.

Тишина на участке фронта, где находился Иван Лудильщиков со своей боевитой сестренкой и дружиной, продлилась до семи часов утра следующего дня. В это время как раз в начале осени в этой месте светать начинает. В тот момент, когда Иван Лудильщиков закончил исцелять очередного доставленного в госпиталь военнослужащего, вдруг словно отдаленный гул послышался, а вскоре вслед за ним уже гораздо ближе начали раздаваться звуки сильных взрывов.

— Странно, обстрел второй линии обороны идет, — поделился с Иваном своими сомнениями Рафик Наилевич. Он же не всегда командиром госпиталя был, большую часть своей весьма длительной карьеры провел в пехотных частях, не раз под подобные обстрелы попадал, потому и говорил так уверенно. — Почему-то первую линию не обстреливают совсем.

Иван быть может и мимо ушей пропустил бы житейскую мудрость начальника, да словно кольнуло его что-то. Очень скорым шагом выбежал из операционной палатки, благо с целительством пациента к тому времени уже закончил полностью. В Домене у него несколько малюток-дирижаблей, положенных туда Двойником на всякий случай, дожидались. Вроде, расстояние от госпиталя до второй линии обороны больше пяти верст, обычный путник и за час столько не преодолеет, тем более, что в лесостепной зоне и дорог то толком нет, одни направления. Но дирижаблям в воздухе дороги не нужны, а по прямой эти малютки пять верст от силы за четверть часа преодолевают. Иван сразу два дирижабля, оборудованных артефактами для разведки местности, по сторонам от их госпиталя в направлении фронта отправил, чтобы уж точно надвигающуюся опасность не пропустить.

Дорогущие артефактные камеры, передающие полученное изображение прямо в мозг оператора, все деньги, затраченные на их приобретение, отработали сполна, до последней копейки. Отряд вражеской конницы, скорой рысью передвигающийся от прорванной линии обороны в сторону практически беззащитного госпиталя, не обратил совершенно никакого внимания на зависшую над из головами маленькую конструкцию. Второй дирижабль показал, что на его участке рассейская оборона еще держится, но бой уже на самых подступах к окопам идет. Причем, именно ко второй линии. Первая к тому времени уже оказалась полностью захвачена.

Уже потом, много позднее, Лудильщиков узнал, что переход на сторону противника не единственным преступлением дружин двух князей, ведущих свою родословную от князя Гедемина, оказался. Перед тем, как защищаемые ими окопы покинуть, их маги заминировали те артефактами. Вот в это утро, перед самым вражеским наступлением, артефакты и сработали, разом погубив рассейских бойцов, обороняющих первую линию окопов, на довольно большом протяжении.

Благодаря деятельностьи высококлассного Целителя, не так уж много раненых и больных у них в палатках лежало, но экстренная эвакуация, да еще и с медперсоналом, оказалась очень суматошным и хлопотным занятием. Ещё и почти все телеги, приписанные к их госпиталю, находились в разгоне. Часть раненых поближе к передовой дожидалась, часть начальник госпиталя по каким-то необходимым хозяйственным делам отправил. Плюс, первоначально полковник Исмагилов неверно разобрался в ситуации, решив еще и вверенные ему материальные ценности хоть в какой-то мере спасти, а Иван, занявшись наблюдением за противником, на это и внимание не обратил. Лишь через полчаса, когда вражеские всадники совсем уж близко к расположению их госпиталя доскакали, граф заметил, что люди так еще и носятся по лагерю, стаскивая в имеющиеся телеги всякие вроде бы полезные нужности. Ну, типа стопок одежды, медикаментов, перевязочных материалов и прочего. На краю их расположения какой-то санитар даже палатку затеял разбирать.

— Господин полковник! Через десять — пятнадцать минут прорвавшийся передовой отряд противника окажется здесь! А прямо тут, соответственно, получится поле боя! — на повышенных тонах обратился Лудильщиков к начальнику госпиталя, пытаясь вложить тому хоть толику ума.

Очевидно, с добавлением ума все-таки что-то получилось, а может Исмагилов сам, наконец, пусть с опозданием, понял, что спасенные простыни и судна для тяжелораненых не стоят человеческих жизней, потому зычным голосом заорал:

— Отправляемся! Немедленно отправляемся! Враги на подходе! — И повернулся к Лудильщикову: — Иван Федорович, а почему вы и ваши люди не собираетесь?

— Так не уйдем мы от конницы, если все вместе побежим. Они ж вон за тем леском уже. Кто-то обязательно должен остаться прикрывать отход, — просто и наглядно пояснил Иван свои намерения, ткнув пальцем в группу деревьев, что с западной стороны их лагеря создавали видимость небольшого лесного массива.

— Останусь я, а вы уходите. — Полковник, словно разом постарев, грузно двинулся по направлению к указанному ему леску.

— Господин полковник, если останетесь вы, то просто погибнете, практически ничего своей смертью не достигнув. — Иван, без всякого соблюдения субординации ухватил за плечо своего командира, решившего, видимо, уйти из этой жизни героем. — Иное дело я! Я погибать и не подумаю. У меня тут вокруг лагеря из артефактов целый укрепрайон размещен. Тому эскадрону, что сейчас к нам на рысях поспешает, я смогу неплохо так всыпать, после чего отойду без всякого труда. А вы, напротив, должны всем этим стадом управлять, чтобы у них появился хотя бы шанс спастись.

Исмагилов пристально вгляделся в лицо своего странного подчиненного и, что-то там прочитав, молча вытянулся во фрунт, отдавая честь, после чего, так же молча, поспешил догнать отходящие телеги.

— Друзья, — обратился Лудильщиков к своим дружинникам, обступившим его и ожидающим дальнейших приказаний, — противник прорвал линию фронта. Нам надо задержать его хотя бы в течение двух часов. Вопросы есть?

Вопросы нашлись, но ответ на них много времени не занял. Скоро уже все два десятка готовых к бою бойцов, включая Ксению, обвешанную защитными артефактами словно новогодняя елка, и самого Ивана, заняли небольшой окоп, отрытый на краю их лагеря в качестве укрытия от возможного очередного налета дирижаблей. Кстати, насчет сестренки были у Лудильщикова мысли вместе со всем медицинским обозом ее в тыл отправить. Только он, взвесив возможные риски, рассудил, что возле него Ксюшке даже безопасней будет, чем в общей куче людей, внезапно оказавшихся практически в ничейной зоне. Тут и он сам ее защищать будет, раны излечит, а в случае совсем уж смертельной опасности, просто скрутит и в свой Домен засунет. Благо тот уже вроде как для людей пригоден стал.

Отряд всадников на странного вида инфернальных конях показался примерно минут через пять после того, как последняя из телег с ранеными бойцами, медицинским персоналом и имуществом госпиталя скрылась за ближайшим из высившихся восточнее этого небольшого равнинного участка холмов.

— Не спешите вступать в бой, — передал Иван свой приказ подчиненным при помощи небольшого первоуровнего заклинания, позволявшего передавать звуки на сотню сажен практически без искажений. — Сейчас я вам фокус покажу.

Фокус вышел, и в самом деле, знатный. Конники, увидев совершенно беззащитный лагерь с красными крестами на палатках, в очередной раз пришпорили своих скакунов.

— Первому, достигшему края госпиталя, самая симпатичная сестричка на всю ночь! — На чистейшем русском донесся до Лудильщикова возглас одного из вступивших в соревнование.

А потом словно гигантская коса беззвучно прошла сквозь первые ряды радостно скалящихся наездников. Не все оказались поражены телекинетическими бросками мелких камней, которых Иван определил в качестве боезапаса для одного из видов своих ловушек, у многих сработала защита, ну, так и разновидностей артефактов на этом