"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 - Nicols Nicolson

-Поглядываю будто бы на часы, ожидая свою маршрутку – я ж нормальный, я должен соответствовать ситуации, сливаться с толпой населения, а сам смотрю не на замершую от предвкушения бесплатного развлечения секундную стрелку часов, а двухцветную – компасную. А там погрешность какая – представляете? Понял, что не совладаю с таким оборудованием. Пошел в спорт магазин, купил серьезный компас для кругосветных путешествий - с крышечкой зеркальной и прорезью, чтоб значит, в нее глядеть и определять – а куда ж мне дальше. Мне уже страх как хотелось пойти хоть куда – нибудь, но подальше. Но чувство долга, господа офицеры, и обязанность доложить вам этот передовой опыт, не позволили мне смалодушничать и позорно бежать с передовой незримого фронта, который мне устроил этот … где он, кстати? Хочу ему в глаза посмотреть.. И не стыдно тебе, без применения спецсредств вижу, глаза твои бесстыжие, а?! Встань, надежда отечественной разведки! Смирно стоять! Ять…переять…

Изложение сложного секретного материала, все более напоминавшее выступление известного артиста Задорнова, продолжалось. Мы, правда, сначала давились смехом, дальше – больше, стали открыто смеяться, а сейчас и вовсе некоторые аж хрюкали и утирали от дикого восхищения происходящим носовые выделения - проявления полного восторга от раскрывшегося перед нами действа.

- Так вот, продолжу, - сменил позу полковник. - Нет, как говорилось классиком, повести печальнее на свете. Я стал все более активно сверяться с прорезью, заглядывал внутрь нее по азимуту сначала левым, позже и правым глазом, один раз даже двумя пробовал, но узковата щелочка, узковата оказалась, зараза. Брал очередной камень, пытался его раскрыть. А не тут – то было, видите ли, уважаемые. Пойми его: тот это камень, но крепко-накрепко заклеен «Моментом» - раз – и все, навсегда, или не тот, а просто булыжник бесполезный для нашего правого дела, да и левого тоже – всякие дела бывают, но об этом позже, позже! Я, как последний дурак его туда-сюда кручу-верчу, на что-то бесполезно надеясь, бранясь абсолютно нецензурно, а русского перематерить вы же знаете, все равно, что перекусать акулу, но об акулах империализма - в другой раз. Так вот ругаюсь уже в присутствии малолетних детей, раскрывших рты от восхищения от новых, загадочных, но звучащих как песня, слов, и беременных женщин, стыдливо их, то есть рты, прикрывающих ладошками, чтобы ненароком не стать за мной повторять – это у них, беременных, как токсикоз, если кто еще не знает, да. Встал на колени и заработал еще активнее: приговаривая, как Чапай, уходя от белогвардейской пули, врешь – не возьмешь!

Я корячился там со всеми своими ревматическими суставами и остеохондрозами сначала под сочувствующими взглядами. Затем вокруг меня люди столпились в предельном возбуждении. Автобусы уже уходили полупустые, и это в час пик, прошу заметить, товарищи! Некоторые стали давать советы, какой камень, какой рукой брать, и где его надавить, чтоб открылся, гад, сволочь такая, но явно спутали точку отсчета азимута, перепутав север с востоком. Некоторые начали делать ставки, и меня подбадривали чуть было не пинками! Женщины громко шептали, что, возможно, я помешался, наевшись несвежих моллюсков-устриц каких-то и теперь вот результат: пытаюсь растворить воображаемые створки каменьев…

Кто–то возмущался, мол, интеллигентного вида, такой солидный мужчина и, видать, наширялся чем-то, надо ментов сюда вызывать срочно – только этого мне и не хватало! Маленькая девочка высказала предположение, что я потерял в россыпи камней последние (бедный дедушка - пенсионер) деньги на проезд и не могу поэтому доехать до своей любимой бабушки и предложила всем сочувствующим скинуться, первая протянув пятачок. Ах, крошка моя – умница – красавица, точь в точь как моя внучка! А сердобольная старушка всплакнула и стала мне желать скорейшего выздоровления. Но решительнее всех поступил какой-то подлый тип, вызвавший скорую из психушки и мне еще пришлось отбиваться от санитаров. Уйти-то я от них ушел, иначе я не был бы матерым ветераном службы внешней разведки, и не такие «хвосты» обрывал, ха!, Подумаешь какие-то амбалы-биндюжники, да я в былые времена, будучи как вы – лейтенантом, старшим, таких десятками на кукан…, ладно, опять увлекся…

- Одним словом, занимаясь вот с такими, - неприязненно кивнув на застывшего по стойке смирно перемудрившего офицера, - я досконально изучил в этом районе все проходные дворы и переходы по крышам – и там некоторые умники закладки делали зимой в сплошное обледенение. И не только там, но об этом чуть позже. Смешно вам. Вот пацаны, ек-макарек. Одно на уме - вам бы погоготать только, жеребцы…Ух, я вас! Ничего, наступит время «Ч» и вы мою науку вспомните и благодарны будете.

- Как только кто-нибудь из вас, из молодых людей, - как писал поэт-, жаждущих познаний, обо мне с благодарностью подумает – так сразу не забудьте сами или с какой оказией передать с той точки земного шара мне сувенир – бутылочку хорошую, да только не через тайник, а то продукт может пропасть, разве археологам светлого будущего повезет… И не «Столичную» - она к добру не приведет, проверено. Эх, молодежь… Садись, прощаю. Надеюсь, дошло до тебя…

Кто-то из курсантов, сидевших за мной, пытался уточнить:

- Товарищ полковник, а как же с санитарами-то….

Но после этого дурацкого вопроса перед нами предстал совсем иной полковник Толмачев. Он вдруг посерьезнел и жестко ответил:

- Если вам, товарищ курсант, интересна моя исключительно метода доведения важной практической информации до самых до ваших печенок, а не содержание занятия, то вы явно ошиблись адресом. Вам надо не разведке учиться, а сидеть на концертах этих дебильных «Дизель-шок» да придурков из «112-ого Квартала» с из гнусавым лидером - у них поучитесь пошлостям да кривляньям с дешевыми шуточками, может и згодятся в какой пивнушке за россказнями рыбацких баек с похожими на вас типами.

- Представьте, эти умники из квартала, эти «принципиальные» юмористы-разоблачители всех президентов и какой-то Юли, не находящие мужества использовать ежедневно в наши дни появляющиеся в Украине на государственном уровне анекдотические поводы для смеха сквозь слезы, провоцируемые и создаваемые бестолковыми и безграмотными действиями их бывшего коллеги со товарищи. Даже свой «знаменитый» номер игры будущего президента на фортепьяно воображаемым для зрителя его половым органом они не придумали сами, а грубо содрали с 50-летней давности номера артистов Лас-Вегаса. Можете легко проверить мои слова с помощью оперативного источника, работающего во всемирной паутине