"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

— Смогу, — прозвучало в моей голове. — Но у нас проблемы. Взгляни-ка наверх!

Задрав голову, я увидел здоровенную тварь, покрытую белыми костяными доспехами, на манер паука спускавшуюся вниз головой по колодцу. Из спины торчали кожистые крылья, сейчас сложенные и в колодце бесполезные.

Ого! Никак сам эмиссар пожаловал!

Видать, я подобрался совсем близко, раз он решил лично мне помешать.

Что ж, сейчас посмотрим, как ты справишься с моей паутиной!

Это будет даже забавно: эмиссар походил как раз на паука, устремившегося к пойманной мухе, но на деле он спешил в мою ловушку. Да и не было в нём торжества победителя. Галодом владело отчаяние, и он был готов погибнуть, но не дать мне вскрыть ячейки с нужной информацией.

Наблюдая за его приближением, я начал плести паутину из Нити Ариадны, пронизывая ею разделяющее нас пространство. И вот эмиссар некродов уже двигался не вниз, как секунду назад, а влево, затем — вверх, вниз, и вправо. Колодец, в котором мы находились, превратился в замкнутый на себя лабиринт из коридоров, комнат с несколькими дверями, ведущих в разные стороны лестниц. Эмиссар заметался, понимая, что не может добраться до меня! Куда бы он ни двинулся, путь уводил его прочь. Даже когда он проносился рядом со мной, это не приближало его к цели, и в следующий миг он оказывался уже совсем в другом месте.

Раздалось пронзительное злобное шипение.

Вопли тебе не помогут. Я владею этим пространством на девяносто процентов. Ты ещё можешь немного влиять на него, но не настолько, чтобы разорвать паутину и освободиться из ловушки. Можешь видеть меня, но не сумеешь дотянуться. Даже если я окажусь в метре от тебя, останусь так же далеко, как если бы находился на другом конце вселенной.

— Можешь приступать, — сказал я Чупе. — Больше он нам не помешает. По крайней мере, в ближайшее время.

— Следи за ним, — отозвался фамильяр. — Эта тварь ещё не поняла, что и как ты сделал, но она не беспомощна. Энергия менгира никуда не делась, знаешь ли.

— Ты давай не отвлекайся, — посоветовал я, отлично понимая, что Чупакабра прав: моё преимущество в том, что галод пока не сообразил, как вырваться из паутины.

Но это не значит, что он не найдёт способ, если разберётся. Просто сейчас ему мешают злость и страх, что я доберусь до его «картотеки».

В общем, я понятия не имел, сколько у нас времени, чтобы порыться в закромах памяти посланника расы одержимых смертью.

Зато было более-менее ясно, зачем некроды присылают эмиссаров. Как я и думал, это разведчики. И появляются они в мирах, которые галоды планируют захватить. Но они не умеют создавать порталы. Поэтому их разведчикам и приходится проникать сквозь барьеры через мир духов, теряя физическую оболочку, и вселяться в местных обитателей. Значит, эмиссары должны найти способ открыть путь армии некродов с другой стороны? Например, вселившись в тех, кто открывать порталы умеет.

Хм… То есть, способности псионика сохраняются после трансформации? Нет, вряд ли. Тогда портал был бы уже открыт, и сюда давно хлынули войска некрокиборгов, которые я видел во время последнего посещения подсознания эмиссара. Видимо, дела обстоят несколько сложнее. И как именно — то, что я должен выяснить. Узнать, какую цель преследуют в иных мирах посланники галодов.

— Ну, как там успехи? — спросил я Чупу.

— Терпение, только терпение, — отозвался тот. — Я почти закончил классификацию. Видишь, метки на дверцах изменили цвет? Я объединил их по содержанию в паттерны. Получается немало, но это лучше, чем заглядывать во все камеры подряд. Можешь пока начинать искать, в какой группе нужные тебе воспоминания.

Хороший совет. Незачем время терять.

Подойдя к стене, я взялся за ручку дверцы, на которой мерцала красная метка, и потянул на себя. Заперто.

— Эй, а ты взломать Печать не хочешь? — окликнул я Чупу.

— Мне некогда! — буркнул тот. — Я занят. Давай сам.

Чёрт! Вот же ленивая тварь…

Ладно, буду снимать блок своими силами. Пришлось поднапрячься, чтобы уловить структуру, использованную эмиссаром, расчленить её на составляющие, понять, как они связаны, и уничтожить. Чем-то этот процесс напоминает работу слесаря с хитроумным замком. Надо быть Гудини в своём деле, чтобы справляться с подобными блоками.

Наконец, мне удалось снять Печать. Отлично! Открыв дверцу, я вытянул продолговатый ящик, внутри которого медленно вращалась и мерцала сфера, похожая на маленькое солнце, заключённое в стеклянный шар.

— Осторожно! — раздался голос фамильяра. — Эта тварь что-то делает с твоей паутиной.

— Что именно? — быстро спросил я.

— Думаю, пытается её разрушить.

«Прислушавшись», я понял, что эмиссар взял себя в руки. Он остановился на одной из лестниц ловушки и пытался нащупать Нить Ариадны, из которой я сплёл ментальную паутину, пронизывающую пространство вокруг него. Ясно ощущались его поползновения.

Схватив стеклянную сферу, я бросил её на пол. Брызнули осколки, искры закружились в бешеном вихре, а затем колодец начал меняться, превращаясь в образ сидящего за столом галода. Я стоял перед ним, глядя на шевелящиеся бледные губы. Но слов слышно не было. Поначалу. Прошло секунд двадцать, и звуки начали появляться. Они словно пробивались сквозь толщу воды. Я старался прислушаться, но, кажется, от моих усилий ничего не зависело.

И вдруг понял, что вижу огромное кладбище. Вернее — я знал, что это захоронение. Причудливые каменные плиты, покрытые незнакомыми символами, не очень-то походили на надгробия. Тем не менее, это были именно они.

Я шёл между гранитными выступами по широкой аллее. В небе парили громоздкие корабли, похожие на уродливых насекомых. Их окутывало густое зелёное сияние.

Не то! Нужно искать дальше.

Выйдя из воспоминания усилием воли, я перешёл к другой ячейке, помеченной синим, и принялся её взламывать. Энергия менгира текла в меня через Чупу, слившегося с моей рукой. Разрушив пси-блоки, я вытянул ящик и достал сферу. Как только она разлетелась вдребезги, я снова погрузился в густую муть. Но ненадолго.

Постепенно начали проявляться образы: какая-то лаборатория, потолок, облицованный белыми плитками, склонившиеся надо мной бледные лица, изуродованные грубо вставленными имплантами.

Со мной что-то делали. Я чувствовал боль, но она была притуплена прошедшими с тех пор годами. Давно это было… Кажется, я прожил куда больше, чем длится человеческая жизнь.

Один из галодов поднял надо мной тонкий костяной кинжал и сильным ударом вонзил в меня!

Что это за ритуал такой⁈