"Фантастика 2026-42". Компиляция. Книги 1-13 - Соня Марей

– Они уже ничего и никому не скажут, потому что их растерзали… скажем… жуткие ёкаи. Как и тебя, соблазнённую ёкаем и решившую совершить государственный переворот. Красивая история, сказители…

Демон оказался возле Такаюки в мгновение ока и раздавил его голову в кулаке быстрее, чем Ханзо и Шинокаге успели глазом моргнуть. Сацуки окатило кровью. Шинокаге бросились было в бой, но тени разорвали их на куски с такой же лёгкостью, с какой рвалась рисовая бумага.

У Ханзо внутри всё похолодело. Кого же они выпустили из клетки?..

– Ты что… – едва слышно пробормотала Сацуки, глядя на кровавое месиво под ногами.

– Я обещал обеспечить вам защиту. – Демон поднял с пола чьё-то сердце и надкусил, будто яблоко. – Я её обеспечил. Всё согласно договору.

Сдавленно пискнув, Сацуки перегнулась пополам, и её вывернуло. Макото сочувственно похлопал её по спине. Сацуки распрямилась, окинула взглядом трупы и тут же обмякла у него на руках, потеряв сознание.

Что они натворили?

Ханзо нёс Сацуки на руках, радуясь, что она всё ещё не пришла в себя. Нижние этажи храма были усыпаны трупами монахов и мико – Шинокаге не пощадили никого. На лестнице верхнего этажа лежало растерзанное тело Цугио. Во дворе, среди трупов прихожан, распласталась мико, что встретила их у дома каннуси. На её белом кимоно расцвело алое пятно, сердце было вырвано из груди.

Демон присвистнул.

– А ещё меня называют злодеем. Да её братец был больным на всю голову.

– Хватит болтать, – огрызнулся Макото. – Лучше придумай, как спрятать свои рога и красную кожу.

– Ах это! Прошу прощения, мой господин, – последнее слово демон произнёс с издёвкой, а потом щёлкнул пальцами и обратился в нагого юношу лет двадцати. Совершенно обыкновенного, если не считать маленьких аккуратных рожек на лбу. Расправив плечи и прощеголяв к ближайшему трупу, он принялся стягивать с него одежду.

– Ты об этом пожалеешь, – тихо сказал Ханзо, глядя на Макото.

Тот ухмыльнулся.

– Разберусь со своими чувствами, когда добуду металл. А вам вовсе необязательно со мной идти. Принцессе больше ничего не угрожает, пусть возвращается во дворец.

– Я не могу, – слабо подала голос Сацуки. Она пришла в себя и теперь дрожала, всем телом прижимаясь к Ханзо. – Я не могу вернуться домой. Не сейчас.

– Тогда в Небесный город.

– Нет. Нет, я пойду с тобой. Я хочу пойти с тобой.

Макото пожал плечами и посмотрел на демона, который уже подпоясывал чужое кимоно.

– Ну, как знаешь, принцесса, но дороги назад не будет.

Сацуки вытерла слёзы, смешанные с кровью брата.

– Её уже нет.

Глава 26. Потерянные

Госпожа Рэй поднялась на гору Хого и остановилась перед дворцом, наслаждаясь видом. Никто не вышел, чтобы её встретить. Никто не вышел, чтобы её остановить. За госпожой Рэй следовали бушизару и люди, склонившие головы перед её мощью.

Она прошла в пустой зал, в котором уже сотни лет не стоял трон, потому что Хранители, поклонившись народу, сказали, что не будут ставить себя выше тех, кого пришли защищать. Лицемерные крысы. Она не будет лгать своим подданным, не будет притворяться. Она сильна, а сила требует поклонения.

Она больше не позволит сковать ни своё тело, ни свои силы, не позволит снова запереть себя в прогнившем рёкане. Она почти тысячу лет, а может, и больше, спала среди гор, когда монахи застали её врасплох, сковали своими мерзкими чарами по рукам и ногам, забросили на остров – слабую и никчёмную, напуганную и потерянную. Глупые лысые обезьяны, получившие в руки крупицы магии, использовали её Хаос, чтобы запечатать остров. Как она узнала позже, с её братом, Рэндзи, они сделали то же самое – как и её, лишили возможности перевоплощаться и заперли в проклятом ущелье. Сначала глупый бог выдернул их из родного мира и захотел подчинить себе, и тогда они ушли, спрятались, не желая ни прислуживать, ни воевать. Но двуногие не знают отказа, а потому – не оставили их в покое, нашли способ связать и заставить служить себе. Нашли способ убить и Рэйто, вытянув из него всю силу до последней капли.

Что ж, теперь, когда печати с острова сняты, а они с братом наконец свободны, Рэй не будет с ними церемониться. Теперь они будут служить ей.

– Где Рэндзи?

«Рэндзи», «Рэй», «Рэйто» – эти жалкие имена им тоже дали лысые обезьяны, потому что были не в состоянии понять их язык, не в состоянии даже выговорить имена, подаренные им матерью.

Бушизару внесли в зал юношу, в котором Рэй с трудом узнавала своего – когда-то сильного и смелого – брата. Рэндзи испугался, когда она пришла в ущелье Ивата и прикосновением набросила на него человеческий облик. Тощий и слабый, Рэндзи не говорил, не мог ни ходить, ни стоять, взгляд был пустой, потерявший всякое содержание мысли. Прежде Рэй была готова говорить с людьми, была готова заключить союз, разделить с ними чужой ей мир, позволив людям жить в Хиношиме, а самой править землями Истока. Она была готова закрыть глаза на прошлое. Но потом увидела Рэндзи. Рэй долго плакала, сидя рядом с ним, горюя о том, что двуногие сотворили с её братом. Они заперли его среди скал, отняли возможность перевоплощаться – даже возможность питаться! Эти мерзавцы сотворили в глотке её брата прокля́тую брешь! Рэй стоило больших усилий стянуть её, чтобы Рэндзи снова смог есть. Они морили его голодом тысячу лет, и теперь он будет пировать на их землях сколько пожелает. И она будет пировать вместе с ним. Люди, ёкаи, боги – плевать. Рэй с братом поглотят весь этот прокля́тый мир, если того потребует поселившиеся в них голод и гнев.

Рэндзи внесли в зал и уложили на пол, туда, где Рэй хотела поставить два трона, когда те будут готовы. Она села рядом с Рэндзи и погладила его по белоснежным волосам, заглянула в бездумные голубые глаза, казавшиеся удивительно большими из-за длинных прозрачных ресниц. Рэндзи скользнул по Рэй взглядом, открыл рот и что-то замычал, роняя слюни на пол. Похоже, он был голоден. Рэй махнула рукой, и бушизару тут же принесли ей клетку, полную живых крыс.

Рэй выловила за хвост ту, что пожирнее, и протянула Рэндзи, тот бросился, впился зубами в плоть и, разбрызгивая кровь, принялся раздирать вопящую от ужаса и боли крысу. Рэй вытерла руки о платок и вернула ладонь на голову любимого брата.

– Всё будет хорошо, Рэндзи, – прошептала Рэй, роняя поцелуй на