Такидзиро - Семён Афанасьев

— Ты в себе? — мрачно поинтересовалась Хаяси-младшая. — Или врезать для прочистки мозгов? Не посмотрев ни на что?

— Любовь — очень эгоистичная штука, — неожиданно жёстко бросила айтишница подруге, явно присутствовал какой-то личный контекст. Хьюга даже начала предполагать, какой именно. — Каждый старается для себя! Разделяй и властвуй! Куй железо, пока горячо. Считай деньги, не отходя от кассира. Хонока-тян, ты согласна, что…

— НЕТ. — А теперь жёстким стал и Решетников. — ЗАМОЛЧИ. — Он обратился к Уэки таким тоном, что не возникло сомнений, а должен ли он так говорить. — Не время, не место. Если ты издашь ещё хоть звук на эту тему, я буду считать тебя не очень порядочным человеком.

Хаяси начала стрелять удивленными глазами, явно не успевая за предметом чужого разговора.

Моэко нахмурилась, вздохнула и постучала пальцем по лбу айтишницы.

У Хину уже сложились кое-какие личные впечатления на тему несказанного, но она была полностью солидарна с Такидзиро: не время, не место. Да и женская инициатива мужчин по большому счёту чаще отталкивает, это Хьюга понимала на уровне рефлекса.

— Да, — в такт её мыслям кивнул светловолосый ей, обнимая за талию и несказанно удивляя дальше. — Даже объяснение тому есть вполне логичное.

Вслед за лучшей подругой резко впала в задумчивость и Уэки. Обе девицы подозрительно уставились на Решетникова.

— Какое объяснение с твоей точки зрения научное? — не то чтоб Хину желала именно здесь продолжать скользкую тему, но было до колик интересно, реально ли кое-кто чувствует, о чём думают другие.

В зависимости от ответа будет ясно, да или нет.

Такидзиро ответил таким взглядом в переносицу, что стал неотличимо похож на старого школьного учителя напротив первоклассника.

— Отвечай! — потребовала пловчиха и стукнула его локтём в рёбра. — Интересно же! Всё равно лифт ждём.

— Эволюционные механизмы головного мозга человека. Гендерные роли, их привлекающая и отталкивающая атрибутика для противоположного пола в процессе эволюции.

Моэко весело заржала, даже не думая стесняться.

— Теперь понятным языком, — предложила Хину. — Пожалуйста. Я — простая физкультурница и слов таких не знаю.

Краем глаза она заметила, что Хаяси выпала из своего транса и прислушивается. Это хорошо, значит, нужно разговаривать дальше: чем больше финансистка придёт в себя, тем меньше она будет нервничать во время процессуальных действий с дедом.

Как говорится, любая вдумчивость — враг истерики, а от истерики Хонока была ох как недалека.

— Долго объяснять, как бы не полтора курса, — виновато захлопал глазами логист. — И начинать надо с физиологии.

— А ты на пальцах и в двух словах. Я в тебя верю, ты сможешь.

— Женская сексуальная инициатива автопилотом большинства мужиков вида «человек разумный» воспринимается как одна из форм агрессии. Автопилот — это подсознание, — пояснил он для вскинувшейся Хоноки. — А агрессия на рефлексе вызывает лишь два вида реакции — убежать или начать драться первым. И то, и другое для романтичного настроя не вариант.

Та внимательно слушала и ничего не говорила.

— Если пойти дальше, для самцов естественно самим выбирать, с кем спариться, мы сейчас говорим о естественной среде обитания. Прошивка винчестера, так устроены аппаратная и программная часть, — стажёр упёр указательный палец в висок.

— Какая-то абракадабра, — пренебрежительно фыркнула Уэки, делая шаг вперёд и выжимаясь в Такидзиро бедром.

Она решительно схватила его свободную руку, тряхнула чужой кистью в воздухе и с хлопком впечатала мужскую ладонь себе в левую ягодицу:

— Симметрия! — объяснила она переглянувшимся Хину и Моэко. — Той пятернёй он лапает тебя, этой — меня. Всё справедливо. Свободный рынок есть конкуренция Хьюга-сан, ты согласна?

— Я вроде не спорила и никак не комментировала, — улыбнулась пловчиха, отворачиваясь, чтоб видеть табло.

Минус всех лифтов в любом здании типа Йокогамы — ждёшь дольше, чем едешь.

— Агрессию никто не любит, Уэки-сан, — Такидзиро со вздохом высвободил кисть и решительно сунул её в карман. — Поскольку для нормального самца млекопитающих противоестественно травмировать любую самку детородного возраста (особенно если она так высока в иерархии сексуальной привлекательности, как ты), то от женской агрессии большинство мужчин банально старается сбежать. Не сильно сложно объяснил?

— Нормально объяснил. Просто биологию надо знать, хотя бы общую, на уровне старшей школы, — отстранённо заметила Миёси, которая в мыслях пребывала далеко — явно настраивалась на противостояние с уже знакомым чином полиции. — Потом наедине расскажешь, где ты так на моём третьем курсе прокачался. На котором тебя отродясь не было, как и вообще на факультете. Ты ж формально без университетского диплома?

— Рядом с вами я себя чувствую то инопланетянкой, то неполноценной. — Неожиданно прорезалась Хаяси, от которой никто не ждал, что она сейчас что-то скажет. — Вроде текст на родном языке, все слова по отдельности понятны, а в сумме…

— Ты молодец, ты сильная. Не бойся ничего, мы справимся. — Хину приобняла финансистку и соприкоснулась с ней бёдрами.

Она оценила, как Хонока изо всех сил старается не паниковать, пытается остаться нормальной и не дать даже тени эмоций всплыть в мимике.

— Спасибо.

— Я обязательно закончу с тобой этот разговор, Такидзиро-кун, — пообещала Уэки, отпуская щелбан по заду лучшей подруги (Хаяси на это удивлённо оглянулась, но промолчала). — Ты мне ещё разъяснишь все детали и нюансы, Такидзиро-кун.

— Детали и нюансы чего?

— Эволюционных механизмов! У млекопитающих и биологического вида «человек разумный»!

— Даже неловко отвечать то, что сейчас хочется сказать, — пробормотал Решетников еле слышно, кроме Хину его никто не услышал.

* * *

— Не волнуйтесь, Хаяси-сан. — Хонока даже вздрогнула, когда хафу первым обратился к ней в лифте. — Всё в итоге будет хорошо. Просто, успокойтесь и не нервничайте.

— Ты знал, куда дед уходит, — заключила она. — Когда не хотел его выпускать из кабинета Йошиды. Откуда? Он же ничего не говорил, никак не намекнул, даже опосредованно?

Рядом многозначительно хмыкнула якудза, финансистку это предсказуемо задело.

Ставшая неожиданно чуткой Хьюга откуда-то чужой настрой почувствовала и ещё крепче притянула за плечо к себе:

— Не заводись! Всё действительно будет хорошо, вот увидишь.

Отчего-то стало теплее. Странно, вот я уже и от объятий пловчихи млею, угрюмо подумала Хонока. Какого чёрта со мной происходит.

— Ты знал, куда идёт дедушка? — требовательно повторила она.

— Только что тобой было сказано, что Хаяси Юто ни словом, ни полусловом не обмолвился, — пожал плечами логист. — Скажем, если я догадывался, в протокол подобное не подшивается — мысли пока никто читать не умеет.

Борёкудан снова фыркнула. Финансистка бы не сдержалась и как-то на это обязательно бы ответила (грубо), если б якудза, по большому счёту, сейчас не занималась благотворительностью. В их пользу.

Хонока была хорошим финансистом и отлично понимала