Консультант - Александра Торн

– Назад! – гаркнула Джен в ухо Бреннону и с нечеловеческой силой отшвырнула его к стене. Пес встал перед комиссаром, вздыбив шерсть и глухо рыча.

Пять тварей вырвались из темноты и, не сбавляя скорости, ринулись на добычу. Они мчались по потолку, как и первый вурдалак, с такой легкостью, словно направление или высота не имели для них никакого значения.

Двух кровососов встретил Лонгсдейл: в одного метнул искрящийся зеленоватый шар, похожий на шаровую молнию, с другим схватился врукопашную, орудуя кинжалом. Ведьма бросилась на третьего вурдалака, пес сцепился с четвертым, а комиссар внезапно обнаружил перед собой бледную, красноглазую, высокую и тощую нежить, которая тянула к нему когтистые лапы.

Бреннон без колебаний напал первым и взмахом топора отсек вурдалаку правую лапу. Нежить взвизгнула и отпрянула, а Натан, обрадованный остротой секиры, перешел в наступление. Лезвие, светящееся, как месяц в ночи, несколько раз сверкнуло прямо перед носом у вурдалака, но нежить ловко уворачивалась, отступая вглубь шахты. Бреннон быстро сообразил, к чему идет дело, и шагнул к стене, чтобы никто не атаковал его с тыла.

Вурдалак зашипел, широко раззявив бледную пасть с длинными клыками и острыми зубами. Несколько секунд они стояли друг против друга, но затем голод взял верх, и тварь прыгнула на Натана. Он ударом обуха вбил ей зубы в горло. Вурдалак поперхнулся, схватился лапой за челюсти и горестно завыл, после чего развернулся и бросился наутек. Бреннон посмотрел ему вслед с некоторым недоумением (а столько было разговоров об опасности…) и обернулся к своим.

Пес догрызал слабо дергающегося кровососа, ведьма уже искромсала своего, Лонгсдейл выпотрошил одну нежить и добивал вторую. Помощь никому не требовалась, и комиссар вернулся к наблюдению за шахтой, в которой скрылся вурдалак. Издалека как будто доносилось слабое поскуливание, но Натан не был так уверен в своем слухе: эхо в шахтах могло творить странные вещи.

– Ну, с первой партией покончено! – бодро заявила Джен и подошла к комиссару, чуть сощурилась, глядя в темноту. – Пойдем за второй?

– Видишь, сколько их там?

– Шесть штук. Можете подождать тут, мы быстро.

– Нет уж, спасибо. Что они там делают?

– Совещаются.

– Они умеют разговаривать? – удивился Бреннон.

– Ну, не то чтобы это настоящая речь, но кое-как они друг друга понимают.

Комиссар оглянулся на Лонгсдейла и пса. Консультант провел над каждым вурдалаком тот же странный ритуал, что и над первой убитой нежитью, поманил за собой пса и, бросив короткий взгляд в глубь шахты, снова пошел первым.

Если у Бреннона и возникли некие опасения насчет того, что нежить успеет составить план атаки, то они полностью развеялись уже через несколько минут. Предупрежденные своим товарищем, вурдалаки додумались только до того, чтобы с воем и шипением броситься на охотников сверху. Джен опять толкнула комиссара за спину Лонгсдейла и прикрыла справа, а пес – слева, так что в первые секунды драки Бреннон стоял со своей секирой, как дурак с лыжами посреди майского луга, – пока однолапый и беззубый кровосос не перескочил через голову пса и не ринулся мстить.

Тварь все еще была проворна и очень сильна, поэтому удар башкой в грудь отбросил комиссара к стене. Натан повалился на пол, сдавленно охнул от боли в ребрах и едва успел вскинуть над собой секиру. Вурдалак вцепился в ее древко единственной лапой и злобно зашипел, капая слюной из распахнутой пасти на сюртук комиссара. Между бледных десен с несколькими уцелевшими зубами трепетал длинный узкий язык, а уж как из этой пасти воняло!

Бреннона затошнило больше от запаха, чем от вида, однако вурдалак был силен и наседал так, что комиссар никак не мог отпихнуть его ни ногами, ни секирой. Сверкающее длинное лезвие не давало нежити приблизиться на расстояние укуса, но она так давила на древко оружия, что руки Натана уже начинали дрожать.

Бреннон перестал пинать тварь, уперся ногами и локтями в пол и оттолкнулся изо всех сил. Ему удалось повалить кровососа на бок. На миг комиссар сошелся с ним лицом к лицу и прохрипел:

– Риада превыше всего!

В красных глазах нежити на долю секунду появилось нечто осмысленное, словно это задело какие-то остатки воспоминаний в мозге. Вурдалак выпустил секиру и отпрянул. Но долго просветление не продлилось: нежить яростно взвизгнула и снова кинулась на добычу. Натан врезал ей концом древка в колено. Широкий металлический шип пробил сустав, нога твари подломилась, и Бреннон снес вурдалачью морду ударом секиры, а потом, вспомнив слова Лонгсдейла, срубил остаток башки и напоследок всадил лезвие в грудь монстра.

Натан спихнул ногой тело вурдалака с секиры, перевел дух и осмотрел поле битвы, выискивая, кому бы помочь. Посреди шахты валялся растерзанный труп кровососа, а рядом в партерной борьбе катались пес и еще один вурдалак. Лонгсдейл и Джен сошлись с тремя вурдалаками, которые теперь проявляли намного больше осторожности в схватке. Бреннон перехватил секиру поудобнее и ринулся в бой.

«Наверное, на нежить можно нападать с тыла», – решил комиссар и от души всадил секиру в спину нежити, которая наседала на Лонгсдейла. Вурдалак взвыл, резко повернулся, чуть не выдернув оружие из рук Натана, и прыгнул. Комиссар едва успел увернуться и попятился к стене. Следующий прыжок нежити чуть не стал для Бреннона фатальным. Вурдалак напоролся животом на выставленную вперед секиру, но это его ничуть не смутило – когтистые лапы замелькали прямо перед лицом Натана.

Комиссар отвесил твари пинка и столкнул с лезвия. От нескольких взмахов секиры вурдалак уклонился, а затем на него с глухим рычанием обрушился пес. Огромная пылающая зверюга распластала кровопийцу по полу, как коврик, и вгрызлась ему в горло. Миг – и верещание вурдалака стихло. И вообще все стихло.

Бреннон утер со лба трудовой пот и окинул взглядом штрек. Выглядел он как морг после прямого попадания гранаты. Шесть трупов в более или менее разрозненном состоянии валились тут и там, посреди этого всего с довольным видом стояла ведьма, а Лонгсдейл, присев на корточки над одним из тел, неспешно бормотал свои заклинания, обращающие нежить в прах.

Пес поднялся с убитого вурдалака, отряхнул лапы и перестал пылать. Он подошел к Бреннону, потыкался башкой ему в руку, как обычная собака, и вопросительно посмотрел в лицо.

– Порядок, – просипел комиссар; пить хотелось просто зверски. – Жив, здоров, и даже ни разу не цапнули.

Пес придирчиво изучил Натана, обойдя по кругу, и сел у его ног. Джен подошла к ним и поинтересовалась:

– Ну как? Страшно было?

Тут Бреннон и вспомнил, что нежить следовало