Фантастика 2026-42 - Соня Марей

– Как печально… – протянула Мико.

– Да, ужасно грустно, – равнодушно выдохнул Акира. – Но это сейчас неважно. Я коснулся твоей души, поэтому, возможно, мы смогли бы провернуть что-то подобное.

Мико вскинула брови, едва не подавившись собственным вдохом.

– Ты хочешь нам помочь?

– Не хочу. Но чем быстрее вы разберётесь со своими делами, тем скорее мы вернёмся с Шином домой.

Мико повернулась к Шину.

– Ты знаешь что-то про эту историю?

Тот покачал головой.

– Я знаю, – в библиотеку зашёл Такая с новой порцией горячего чая. – Но ещё все ёкаи знают, что это просто старая сказка.

– Это не сказка, – покачал головой Акира и покосился на Шина. – Когда ты «умер», я перевернул вверх дном весь остров и нашёл этого ёкая. И умолял его открыть для меня врата в Ёми.

Шин вздрогнул и стыдливо опустил ресницы, не зная, что ответить. На лице Акиры отразилась тень боли, на мгновение пробившись сквозь маску равнодушия, и он вернул взгляд Мико.

– Он отказал мне. Не ответил ни на мольбы, ни на угрозы. Но вдруг ты сможешь его уговорить. Хотя кто знает, может, он отказал, потому что вся история враньё и он попросту не знает…

– Где его искать?

Мико воспряла духом, выпрямилась, натягиваясь струной, и едва сдерживалась, чтобы в порыве чувств не схватить Акиру за руку. Сердце радостно забилось. Но мигом оборвалось, болезненно ухнув вниз, когда Акира ответил:

– В рёкане госпожи Рэй.

Глава 27. Фиалка в реке

Мико сразу попросила Акиру отнести её в рёкан. Кёко порывалась пойти с ними, но Мико её успокоила – вдвоём на крыльях Акиры они доберутся в разы быстрее, а время и без того стремительно утекало сквозь пальцы. Пятна на теле Райдэна уже переползли на грудь и шею. Мико слишком боялась не успеть.

Когда Акира подхватил её на руки, почти так же осторожно, как прежде, и легко взмыл в небо, у Мико на мгновение перехватило дыхание. Непрошеные воспоминания обрушились на неё запахами жасмина и мёда, почти утихшей болью и звоном сожалений. Старые шрамы заныли – время ещё не успело стереть их, а может быть, не сотрёт никогда. Возможно, эти шрамы тоже окрасятся золотом, станут напоминанием о её пути, как и тот, что сиял теперь на её лице.

Они приземлились в саду – в том самом, где Мико впервые встретила Акиру. Сливы больше не цвели, пахло влажной после дождя землёй, и стрекотала где-то вдалеке припозднившаяся цикада, не успевшая понять, что вечное лето этих мест подошло к концу. Рёкан бросал на сад длинную тёмную тень, стоял тихий, расколотый на две неровные части – левое крыло дома почернело и обуглилось, напоминая о пожаре, который устроил Райдэн, помогая Мико сбежать. Верхние этажи обрушились, обнажив кости обломанных балок. Правая половина осталась целой и светлой.

– Где все? – тихо спросила Мико, вслушиваясь в тишину и оглядываясь в поисках жутких жаб-стражей, которые прежде охраняли сад.

Акира пожал плечами, тоже прислушиваясь.

– Если кто-то и есть, то глубоко – отсюда не слышно.

Переглянувшись, они зашли в рёкан через распахнутые сёдзи. Внутри всё ещё пахло гарью. На полу и стенах Мико увидела потемневшие следы собственной крови. Похоже, госпожа Рэй не стремилась возвращать рёкану прежний вид. Не могла или не хотела. Но куда же все делись? Мико шла по пустым коридорам, заглядывала в комнаты, никого не встречая на пути. Похоже, все обитатели покинули это место, и в сердце закралась тревога – что, если они не найдут того, кого ищут?

Мико остановилась перед дверью в кухню, собираясь с духом. Но тут дверь распахнулась.

– Ты чего тут забыла? – На пороге стояла Ни. В засаленном кимоно, грязная, похожая на дикого зверя, только вылезшего из норы. К груди она прижимала деревянную куклу – одну из её любимиц.

– А где все? – ляпнула Мико, оглядывая обычно всегда опрятную и причёсанную Ни. Та взглянула на неё снизу вверх из-под густой чёлки.

– Когда печати сняли, госпожа Рэй ушла, и остальные тоже ушли. Кто-то с ней, кто-то… куда-то.

– А ты?

– А я не хотела уходить. Я осталась. Ты решила вернуться? Это хорошо. Будем жить вместе.

– Нет, мы с… – Мико оглянулась, но Акиры за спиной не оказалось. Она растерянно огляделась по сторонам. Куда он запропастился? Мико вернула взгляд Ни – та на корточках сидела у печки и выскребала деревянной ложкой рис со дна чана. – Я ищу дедушку Кио. Ты не знаешь, куда он ушёл?

Ни склонила голову набок, сделавшись похожей на любопытную птицу.

– На рыбалку.

– То есть он здесь?.. – Мико не была уверена, что правильно понимала слова Ни.

– На рыбалке, – в голосе Ни появилось раздражение. Ей явно не нравилось, что приходится повторять. – Где-то. Он возвращается вечером. С рыбой. Я не люблю рыбу, но мяса он никогда не приносит. Приходится выковыривать кости, и руки потом ужасно пахнут…

Ни ещё долго ворчала и даже не услышала слов благодарности Мико, не услышала, кажется, и как та покинула кухню. Поняв, что нужных подробностей из Ни не вытянуть, Мико пошла к главному входу в рёкан, к единственной реке, которую помнила в этих краях. Вода тёмной лентой разворачивалась перед рёканом, переливаясь от света десятков фонариков. Мико шла по красному мосту через эту речку, когда впервые поднялась на холм и пришла в рёкан из Сумеречного леса.

Дедушка Кио, ещё более сгорбленный и старый, чем помнила Мико, сидел на мосту, свесив ноги. В двух руках он держал удочку, тремя поддерживал себя, чтобы сидеть было легче, а шестой рукой почёсывал затылок. Рядом стоял Акира и смотрел на воду, ожидая, пока поплавок нырнёт.

Дедушка Кио вытянул удочку. На крючке трепыхалась мелкая рыбёшка. Пока одни руки закидывали её в ведро, другие – нанизывали на крючок жирного червя.

– А-а, девочка-сорняк, – протянул дедушка Кио, когда Мико подошла ближе. Забросил удочку. – Я думал, что лист ветреного клёна и храбрый тэнгу унесли тебя достаточно далеко от этих мест, чтобы не было нужды возвращаться. Но я рад видеть тебя в добром здравии.

Мико глубоко поклонилась.

– Давно не виделись, дедушка.

– Твой друг, юный цуру, говорит, что тебе понадобилась моя помощь.

– Я всё ещё Хранитель этих земель, господин Кио, прошу обращаться ко мне подобающе.

Дедушка Кио ухмыльнулся и покачал головой.

– Я слышал, что землями Истока теперь правит чёрная змея, и белая змея лежит у её трона. Слышал я, что и ёкаи, и люди склоняются