"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

что некто, путешествующий по стенке «вмятины», будет, таким образом, перемещаться по оси времени. А, как ты понимаешь, по всем законам, мы сейчас падаем к центру черной дыры.

– Но так можно заглянуть в будущее!

– Наверное, можно, – последовал спокойный ответ.

Американец еще раз оглядел экраны внешнего обзора:

– Если это загородная резиденция, то каков должен быть центральный офис?!

Соединенные Штаты Америки. Нью-Йорк.

31 августа 2192 года. Суббота. 20.15 по местному времени.

День Веселья, единственный день в году, когда отключаются «надсмотрщики», пульсировал фейерверками, карнавалами, музыкой и веселыми криками людей. В пустынном кафе сидели двое. Двое стариков.

– Ты как? Оклемался? Как рука?

– Кое-как. Эскулапы особенно и не старались. Зачем? Через неделю все равно читать «Быть или не быть». А потом мне уже совершенно будут не нужны старая сломанная рука вкупе с захламленной печенкой, прохудившимся сердцем и прочими проржавевшими органами.

– Ну, проржавевшей твою голову назвать трудно.

– Голова уже тоже туго соображает.

– Ничего себе туго. Такое придумала, что даже Главного Компа обманула. – Сказав это, Игорь Николаевич спокойно сделал глоток кофе.

За окнами кафе гремел салют, и сполохи разноцветных огней попеременно надевали на беседующих людей красные, синие, зеленые маски.

– Что-то я тебя не понимаю, – жестко сказал бывший программист.

– Ваня, спокойно. Я твой друг – это раз. Сегодня День Веселья. У всех чипы отключены. Так что о нашем разговоре никто никогда не узнает. Это два. И в-третьих. Это я убедил Совет Развития утвердить вердикт Главного Компьютера.

– А что, Совет был против?

– Некоторые говорили, что этот случай с сосной и экспрессом подозрителен и необходима тщательная проверка.

– А ты?

– Я сказал, что если Совет проголосует против решения Главного Компьютера, сказавшего «да», то это бросит большущую тень на Совет. И так очень многие недовольны тем, что Совет говорит «да» для некоторых знаменитостей, когда Машина говорит «нет». А тут обыкновенный гражданин, и ему Совет говорит «нет». Все скажут, что приберегли место для какой-нибудь отвергнутой звезды. А выборы в Совет, между прочим, не за горами. А ты, вместо того чтобы благодарить, кулаки на меня сжимаешь.

– Игорь, прости, нервы. Даже не знаю, как тебя отблагодарить.

– Действительно, это трудная задача. Особенно если учесть, что я сделал так, что тебя и Бориса будут обновлять в один день!

– Игорь! Все, в следующей жизни я твой должник!

– Гм… я бы предпочел начать еще в этой.

– Согласен! А как ты понял, что я все это подстроил?

– В молодости мы оба занимались тяжелой атлетикой, – начал объяснять Переверзев.

– Ну и?

– Ванечка, ты единственный из всей нашей секции не орал, когда выталкивал груду железа наверх. А тут под сосной закричал.

– Это не доказательство. Мало ли что было в молодости, – горячо стал возражать Ковзан.

– Ваня, я не Главный Компьютер и расследования не провожу. Я очень рад, что ты прошел. Меня просто мучает обычное любопытство – как ты сумел перехитрить этого Большого Засранца?

– Да все элементарно, Игорь. Все, что видели мои глаза и слышали мои уши там, на гряде, – это добротная компьютерная игра. За то время, что я был вне контроля, я все это и подготовил. Спроектировал специальный шлем виртуальной реальности со встроенной видеокамерой и маленьким ракетным движком.

Написал программу, которая могла бы на реальность, что снимала видеокамера, накладывать в реальном времени элементы псевдокатастрофы. Спроектировал специальную курточку со вшитыми пластинами с приводами, которые в нужный момент имитировали давление на спину «падающей» сосны. В сосну поместил бактерии Xylophyllus sp., которые очень любят древесину. Кстати, мое открытие очень пригодилось.

– Какое открытие?

– Ты же знаешь, Игорь, что у меня хобби довольно своеобразное – я развожу всякие микроорганизмы.

– И что из этого? – не понял Переверзев.

– Год назад, возясь у себя в лаборатории с этими крохотульками Xylophyllus sp., большими любителями древесины, я в лабораторную чашку с ними случайно пролил пару капель своего любимого пивка.

– «Оболони»?

– Да. Чашку эту я по своей лени не помыл, а назавтра обнаружил, что культура этих Xylophyllus sp. размножилась неимоверно и от древесных опилок не осталось и следа. Прямо не Xylophyllus sp., а пираньи настоящие.

– Ты прямо как Флеминг. Тот тоже чашку поленился помыть после опытов. В результате открыл пенициллин и обессмертил свое имя.

– Он имя, а я тело. Мне кажется, второй вариант лучше, а?

– Ты, Ваня, я смотрю, стал циником.

– Лучше иметь здоровый цинизм, чем не иметь ничего и себя, в итоге, тоже.

– Наверное, ты прав.

– Кстати, я еще с ними пару месяцев экспериментировал. Оказалось, что у этих безмозглых крошек отличный вкус.

– И, как ни странно, совпадающий с твоим. – Игорь Николаевич улыбнулся.

– Ты сомневаешься в моем аристократическом вкусе?

– Ни секунды!

– Кстати, – продолжил Иван Антонович, – эти Xylophyllus sp. наиболее комфортно чувствовали себя в среде «Оболони». Так вот, поместив их в древесину сосны, я каждый день приходил туда. Полюбуюсь восходом солнца, помечтаю, пофилософствую, попью своего любимого пивка – и глоточек им. Пусть полакомятся за мое здоровье!

– А если бы сосна упала раньше времени?

– Я в нее загнал метровый штырь из уранита, три десятых миллиметра в диаметре, с маленькой ракеткой на конце, замаскированной под сучок. Такой стержень не то что сосну, железнодорожный состав выдержит. Далее все просто. На гряде я на ощупь вытащил шлем, надел его на голову, и тут же автоматически включилась программа. Пока я «смотрел» вдаль, экспресс проехал. Я тут же «посмотрел» на часы. Они показали, что до «прибытия» экспресса осталась минута. Программа послала радиосигнал на ракету, укрепленную на уранитовом стержне. Ракета этот стержень выдернула, как гнилой зуб, и забросила за пару десятков километров в лес. Ну, а сосне, основательно подъеденной бактериями, ничего другого не оставалось, как упасть с двадцати метров на дорогу. Меня же там, наверху, начали основательно терзать пластинки. А в самом конце спектакля, под занавес, ракетный движок на шлеме основательно саданул меня об валун. Так что даже руку подпортил. За правдоподобие пришлось заплатить реальной кровью. Потом специальные зажимы на курточке и шлеме отстегнулись, и тот же движок унес датчики и шлем в тот же лес. Оборванная после «препирательств» с сосной курточка осталась на мне. Ну, а «надсмотрщик», после того как меня ударило об валун, послал вызов спасателям. Вот, в принципе, и все: окровавленное тело под валуном, сосна на дороге и сотни спасенных жизней в экспрессе. И Большой Бэби штампует: «Ол райт. Достоин».

– Действительно просто. Теперь посмотрим, как к этому отнесется Всевышний.

Иван Антонович недоуменно посмотрел на друга.

– Иван, ты, естественно, читал