Рыцарь Резервации. Том III - Александр Артемов

— Хорошо, секретничай. Найти бы его для начала…

Восстановив силы, мы направились еще выше. Через десяток пролетов стук усилился — тук-тук-тук-тук — словно где-то стучал метроном. А не о нем ли говорила Свиридова?

Скоро металлический пол начал легонько дребезжать.

— Тут работает какой-то механизм? — спросил я в пустоту, но ни Аки, ни Метта не смогли мне ответить.

Только тук-тук… тук-тук… тук-тук… — и ничего вдали.

Мы прошли еще пролет, и вдруг…

— Тупик⁈ — охнула Аки, когда сверху выросла глухая стена. — Мы добрались до вершины? УРА!

И она с огромным удовольствием растянулась на ступеньках. Я же не был столь оптимистичен.

— Наверное, эта лестница кончилась, — сказал я, прикидывая сколько этажей мы прошли, и сколько еще осталось до «темной» зоны.

— В смысле⁈ — напряглась Аки. — В смысле «эта лестница»?

— Да ладно, — улыбнулся я и помог ей подняться. — Воспринимай это как очередное испытание Комнаты. Мы все равно сегодняшнюю тренировку прогуляли в Амерзонии.

— Зато ноги загрузили на сто лет вперед! — хихикнула Метта. Это да, мышцы завтра будут гореть огнем.

Теперь что, искать новую лестницу? Вот этого я и боялся. По ступенькам бегать тяжеловато, но лестница хотя бы прямая, а вот местные коридоры… или лучше сказать, металлическая кишка, от которой у меня мурашки по коже, — не слишком.

Взявшись за руки, мы с Аки пошагали вперед. Извилистый коридор сменялся другим, таким же, и скоро звук метронома стал приближаться:

— Илья…

— Знаю, — кивнул я и сжал руку Аки. — Что-то мне от него не по себе.

Мы шли вперед, а… тук-тук… тук-тук… тук-тук… все громче отдавалось в тишине в такт нашим шагам.

* * *

Перевернув очередную котлетку, Тома прикрыла сковородку крышкой и скосила глаза на часы. Уже темнеет, что-то Илья Тимофеевич задерживается!

— Пу-пу-пу, — вдруг прозвучало сверху и в панель на потолке отошла. Там показались волосатые уши, а за ними и весь Механик. — Еще не готово?

При виде гремлина Тома едва-едва сдержалась, чтобы не швырнуть в него чем-нибудь, но вовремя вспомнила, что нет — как бы это не было дико, но этот свой. Она все хотела принести ему свою сушилку для волос и фен, но как-то… необычно!

— Нет, — покачала головой Тома. — Да и какое тебе дело до котлет? Ты же только сгущенкой да селедкой балуешься?

— Ага. Но котлетки можно в сгущенке зажарить! Или так окунуть! А потом… с селедочкой…

И раскрыв рот, Механик закапал слюной.

— Р-р-р-р-р… селедочка…

Плита зашипела. У Томы же чуть глаза на лоб не полезли. Котлеты? Со сгущенкой⁈

— Эй ты, — ткнули фокс в спину. — Заканчивай со своими котлетами и давай на задний двор.

— Куда? — скосила глаза Тома. Сен, легка на помине. — Уже вечер!

— Неважно. Раз хозяин хочет, чтобы тебя научили стрелять, значит, не будем терять времени.

— Давай лучше утром, сейчас мне не до… Ай!

И подскочив, Тома едва не перевернула сковородку.

— Ненормальная! Зачем щипаешься?

— Пошли, говорю! И ежу понятно, что Илья сегодня не вернется. Полюбому опять по Комнате своей гоняет до седьмого пота, а потом в общагу и спать в обнимку с Аки.

У Томы аж сердце замерло. В обнимку? С Аки?..

— Давай булочка, — кивнула Сен, — жду тебя во дворе!

И покачивая металлическими бедрами, Сен удалилась. Тома фыркнула. А вот револьверы, бьющие автомат-бабищу по бокам при каждом шаге, были высший класс — блестящие тяжелые магнумы. Как ты ни плюнь, но подержать их в руках страсть как хотелось.

Быстро закончив готовку, Тома вытерла руки, погрозила пальцем Механику, который с загадочным выражением мордочки пялился на котлетки, сбросила передник и выскочила на улицу.

— Итак… — сказала Сен, встретив ее рядом с беседкой. — Начнем!

Хвать! Бах! — и сверкнув, револьвер снова оказался у нее в кобуре. В дереве неподалеку задымилась дырочка. Вокруг было вычерчено сердечко с надписью — «Мио и Сен подружки!»

— Ух ты… — открыла рот Тома. Кажется, она моргнула.

— До такой техники тебе далековато, но хотя бы научишься выхватывать его из кобуры…

— Эй, я могу за себя постоять!

— Угум, оно и видно. Вернее слышно было всему Таврино, когда ты попала в сети к Рен!

И противная автомат-бабища нагло расхохоталась. Тома насупилась.

— Ладно, шутки в сторону, — кивнула Сен и, закрутив револьвер на пальце, протянула револьвер фокс. — Держи и покажи, на что ты способна, рыжая булочка.

— Я тебе не булочка, — буркнула она и потянулась за пушкой.

Вжух! — и, завертевшись, револьвер снова улетел в кобуру.

— Слишком медленно, — хихикнула автомат-бабища. — Попробуешь еще раз?

Щелк! — и пушка снова оказалась у нее в руке. Тома еще раз попыталась забрать пушку, но та мигом прыгнула к Сен на бедро.

— Эй, не паясничай!

— Я не паясничаю. Это ты все мнешься!

Выхватив пушку, она сунула ее Томе под нос.

— Ну? Долго ждать⁈

Фокс подняла руки. Поглядела на Сен. Та молча держала револьвер в десяти сантиметрах от Томы. Мол, хватай, но…

Пауза длилась секунд пять, а потом… Вжух!

— Зараза!

— И как ты такая медля собралась справиться с наемниками и этими… как их там? Воровайкиными? Ворошиловыми?

— Воронцовыми! Да ну тебя!

И развернувшись, Тома пошлепала обратно к дому.

Подумаешь тоже, училка! И надо ей особо учиться стрелять у этого обнаглевшего тостера на ногах! Она поди их только напоказ носит.

— Ну хорошо! — зазвучал довольный голосок Сен у Томы за спиной. — Значит, скажу Илье Тимофеевичу, что ты отказалась помогать нам оборонять дом. Иди тогда кашеварь, на кухне такой как ты….

— Дай сюда пушку! — зарычала Тома и бросилась на автомат-бабищу с кулаками.

Хвать! Хвать! Хвать! — и всякий раз рука Томы хватала лишь воздух. Сен вертелась как юла и со скоростью молнии избегала любого касания.

— Эй, только без рук! — вскрикнула она, когда фокс попыталась схватить ее за ноги. — Хватай не меня, а пушку, бестолочь!

— Ну ты! Так не честно!

— Хорошо! Хорошо! Давай булочка, я же не буду тут весь день тебя ждать!

Скрипнув зубами, Тома скакнула на Сен как озверевшая волчица. Прыг в сторону! — и, оступившись, Тома покатилась