Фелина Напёрсточек и волшебная посылка - Катя Хемкентокракс

Послышался ликующий крик, и девочка застыла как вкопанная. Она не сводила глаз с трёхметровой вышки, где наверху подпрыгивал какой-то человек в плавках. Но это же…

– Папа!

Сделав последний мах руками, Бернд Напёрсточек прыгнул ввысь и с громким «плюх» прижелился на середине бассейна. Брызги пудинга разлетелись во все стороны. Приличная порция шлёпнулась Фелине в лицо, и девочка покатилась со смеху. Прохладная зелёная масса застряла в волосах и стекала по затылку.

– Забирайся сюда, золотце, здесь чудесно! – крикнул отец и бросил в неё ещё одну пригоршню желе. На этот раз он попал в резиновые сапоги.

– Посторонись! – раздался мамин голос.

Оглянувшись в замешательстве, Фелина успела увидеть, как на другом конце бассейна Марта Напёрсточек летит с горки на ватрушке. С визгами и ликованием она шлёпнулась в пудинг. Вновь раздалось громкое «плюх», и по желеобразной массе прошла волна.

Родители Фелины смеялись и махали дочери руками. Но Фелина не помахала в ответ. Вместо этого она шепнула шляпе:

– Хороший же ты компас: привёл меня к родителям из снов наяву. Я думала, ты справишься лучше, чем дурацкая булавка Сахары.

Шляпа поникла.

– Послушай, – вздохнула Фелина, – мои родители хотя и похожи на тех двоих в желе, но это не они. – Она задумалась, как лучше всего объяснить разницу. – Мои родители не такие нелепые и радостные. По крайней мере, этим летом. Они не хотят заниматься со мной ничем классным. Им интереснее читать в газете объявления о работе.

Верхушка шляпы вздрогнула и указала вправо. Туда Фелина и побежала. Родители что-то кричали вслед, но она не обращала внимания. Ещё раз на эту уловку её не поймать.

– Раньше мама с папой любили устраивать на летних каникулах что-нибудь безумное. Но им не хватало времени, потому что у них был ресторан, – растолковывала она шляпе. – Теперь он, правда, сгорел, и времени навалом. Но они вдруг расхотели чем-то со мной заниматься. Только играть в дурацкие настольные игры…

Фелина умолкла.

Шляпа привела её к пещере. Снаружи та казалась громадным вафельным рожком, какие начиняют мороженым, внутри же было темным-темно.

Почти.

Фелина достала из кармана велосипедный фонарик. Он освещал путь на два шага вперёд, но всё равно было страшно.

– Ты уверена, что нам сюда?

Шляпа однозначно указывала в глубь пещеры.

– Ну ладно, – Фелина, собравшись с духом, вошла.

Все звуки, запахи и краски мира снов наяву исчезли. Здесь царили гробовая тишина и кромешная тьма. Только свет фонарика окружал девочку защитным пузырём.

Чем дальше она шла, тем хуже ориентировалась в пространстве. Вскоре стало уже непонятно, где верх, а где низ, бродит ли она по кругу или, возможно, парит в воздухе. По-прежнему ли у неё под ногами твёрдая почва? Или она вновь очутилась в мирах Вселенной?

Какой-то звук заставил Фелину вздрогнуть. Это походило на шелестящий шёпот. Тихое потрескивание. Едва слышный шорох. Судорожно сглотнув, она заставила себя идти дальше.

Звук слышался всё ближе, и к нему прибавились другие. Булькающее бормотание. Скрипучий скрежет. Хлюпающее дыхание. Теперь они раздавались со всех сторон. То громче, то тише. У девочки по коже бежали мурашки. Даже шляпа пугливо съёжилась. Что-то треснуло у самого уха, и Фелина резко обернулась. Но ничего не увидела. Сердце колотилось прямо в горле.

Рядом раздался вздох отчаяния, и она отпрянула в сторону. Фонарик в её руке дрожал. Бормотание приблизилось вплотную. Фелина напряжённо всматривалась в темноту. Никого.

Девочка расправила плечи. «Я не устрашилась древних ведьм, гигантской паучихи и лешака, – сказала она себе. – Если кто и отважится освободить маму с папой, то это я. Ведьмы не сдаются!»

И, сжав зубы, она двинулась дальше. Теперь призрачные звуки окутывали её, словно клубы тумана, но она просто проходила сквозь них. И вскоре во тьме проступил силуэт.

Фелина задохнулась от испуга. Двухголовый монстр! Со множеством тонких ног и шуршащими крыльями.

Она вновь вспомнила о своём друге Оскаре Подипроче. Не все чудища злые. Разумеется, осторожность не помешает. Не следует подходить слишком близко. В конце концов, её цель не напугать или разозлить его, а всего лишь поговорить. Вдруг чудище видело её родителей? Или… сожрало их? Не додумав эту мысль до конца, Фелина заставила себя шагнуть вперёд и кашлянула.

– Простите! – Тоненький писк отозвался в пещере слабым, неуверенным эхом. – Простите за беспокойство. Я ищу…

Луч фонарика добрался до чудища, и Фелина утратила дар речи. Двухголовый монстр со множеством тонких ножек и шуршащими крыльями оказался вовсе не монстром, а столом с двумя стульями. А на этих двух стульях сидели Напёрсточки, шурша большими газетами.

– Мама! Папа! Что это вы тут делаете?

Фелина бросилась к родителям, чтобы обнять их. Однако оба, похоже, вообще не замечали дочь. Теперь, стоя совсем близко, она разбирала их бормотание.

– Во-первых, освобождается место садовника по уходу за лакричными деревьями…

– Я могла бы подать резюме в контактный зоопарк…

– Здесь написано, что им всегда нужны статисты для костюмированных парадов…

– Смотрителю в бассейне с пудингом, к сожалению, мало платят…

– Ах, если бы наш ресторан не сгорел!

– Работая сборщиками глазированных драже, мы бы едва сводили концы с концами. Только если в две смены подряд…

– Насколько ещё хватит денег от страховки?

– Бедная Фелина! Она так хотела, чтобы мы полетели куда-нибудь в отпуск…

Фелину душили слёзы. Родители оказались в самом ярком и полном развлечений месте в целом мире. И даже здесь они занимались только поиском работы!

Она робко накрыла ладонью руку отца.

– Да ладно. Не обязательно ехать в отпуск. Главное, чтобы вы опять были дома.

Взглянув на неё, папа заморгал, будто только сейчас пробудился ото сна, и в растерянности стал озираться вокруг.

– Работа по совместительству, работа по совместительству, работа по совместительству… – Марта Напёрсточек листала газету и вздыхала. – Почему нигде не предлагают полной занятости? Когда у нас ещё был ресторан…

Фелина положила ладонь и ей на руку.

– Прости, мама. Я совсем не думала о том, как грустно было вам потерять ресторан. Вы очень любили свою работу.

– Не так сильно, как тебя, – сказала мама. Она протёрла глаза, встала и обняла дочку. – Прости, что не смогли организовать тебе впечатляющие летние каникулы.

Фелина, засмеявшись, зарылась лицом в мамину блузку. Как же это было здорово!

– Ох, знаешь, – пробормотала она, – мне уже достаточно впечатлений.

– Значит, ты больше не огорчаешься? – спросил папа, присоединяясь к семейным объятиям.

– За последние дни я пережила столько приключений, что хватит на все каникулы, – всхлипнула Фелина. Она заплакала – на этот раз от счастья и облегчения. – Я не против, чтобы мы с этих пор