Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

старательно соблюдая все правила дорожного движения, ну… как я их помнил. Пока не выехал из города меня остановили пять раз. Полицейские проверяли автомобиль, а что там проверять-то — кузов девственно чист, документы на авто в порядке, права есть, а то, что они фальшивые, так… кто об этом знает-то. Путь мой лежал на Юг. Потом, из крупных городов, были Портланд, Редвод, Сакраменто и Сан-Франциско, Монтерей, Лос-Анджелес и Сан-Диего. И во всех городах я покупал такой же автомобиль, в Сан-Франциско купил три новеньких Харлея, в Лос-Анджелесе, два, так же, новеньких джипа, почему-то, в армейской раскраске. И везде, в каждом городе я проходил частой гребёнкой по магазинам, в основном хозяйственным, магазинам одежды и обуви. Нет, никаких костюмов, кашемировых пальто и такого прочего я не брал — в деревне оно и на хрен не нужно. Брал добротную рабочую одежду и обувь, конечно, брал и простые платья — для женщин, рубашки и брюки — для мужчин, детскую одежду и обувь всех размеров, ну и всё по списку от Ильича и много сверх него. Недалеко от Сан-Диего вновь пересел на флайер и перелетел в Аргентину. А путешествие по США заняло у меня двенадцать дней.

А вот на счёт Аргентины я немного ошибся. Нет, мяса тут было завались, а вот русских мало, зато немцев… до черта и больше. А русские, оказывается, в своё время предпочли Парагвай. Ну да ладно, главное, что закупился по полной, спустив немало долларов. Хватит и мне, и колхозу, да ещё и останется. Как и собирался, помимо свежего мяса, почти пятнадцать тонн, купил и телят местных мясных и молочных пород, всего взял по пять голов нужных пород, да и то даже при том, что покупал по пять-десять т елят за раз, привлёк к себе внимание. Телята, они же живые, их в хранилище не отправишь, вот и возил их на флайеру на низкую орбиту, где завис грузо-пассажирский глайдер.

В Аргентине тоже потратил больше недели — девять дней. Я ведь не только закупками занимался, но и опрашивал местных животноводов как правильно ухаживать за той или иной породой, как и чем лечить, а потом ещё и лекарства закупал и в немаленьких количествах, чтобы надолго хватило. В общем, без дела не сидел, а собирал информацию. На десятый день перелетел в Перу, ночью приземлился недалеко от Лимы, на берегу реки Лурин, тут до центра города километров двадцать, но мне туда не надо, мне надо в Куско — древнюю столицу инков, а если быть совсем уж точным, то к Радужной горе, или горе Семи цветов, или к вершине Виникунка, кому как приятней и удобней, именно там, как мне сказали, находится самый большой рынок лам и альпак в Перу. До Куско я добрался на поезде, а дальше на одном из джипов, что заняло у меня почти три часа.

На месте меня поджидал первый сюрприз — местным, а это не европейцы, а потомки коренных жителей Анд, оказывается, не нужны бумажные деньги, да и на золото они смотрят абсолютно спокойно, хотя лам и альпак продать готовы, точнее, поменять на что-нибудь нужное им. Пришлось поломать голову, что им предложить. Вот тут-то и пригодились сделанные мной в США покупки. Но, я допустил огромную ошибку, посчитал местных дикарями и не стал сильно шифроваться, а просто достал из хранилища пару своих сумок, ну и начал «раскладывать товар» перед покупателями. Не прошло и десяти минут, как глазеющие на меня аборигены расступались и ко мне вышло три, нет не старых, а древних аборигена. Я бы назвал их шаманами, и, наверное, оказался бы не далёк от истины. Да что там «бы», именно шаманами они и оказались, я даже, непроизвольно, глянул на них в истинном зрении, но ничего не увидел. Нет, вы не поняли, я вообще ничего не увидел, пустое место, пустота! Нечто похожее я видел, когда смотрел на старшую Дроу, но там было лишь слабое подобие, здесь же — Первородная Тьма!

А потом шаманы заговорили, заговорили, словно они один человек, ну или словно они трое составляют одно существо, дополняя друг друга. Мне даже кажется, что умри один из них и двое оставшихся не проживут и минуты. Я вслушивался в незнакомый, певучий язык, не имеющий ничего общего ни с одним языком Земли и… отчасти их понимал. Нет, не смысл, а только некоторые слова, но и те звучали как-то… незнакомо, непривычно. Я пытался вспомнить, где я мог слышать этот язык и не мог. Означать это может только одно — я не знаю этот язык, но я его слышал, может быть мельком, может быть совершенно случайно, но слышал. И мне кажется, что шаманы это тоже поняли, не знаю как, не знаю почему, но поняли и… обрадовались, что-то выкрикнув обступившим нас аборигенам. Около сотни аборигенов тут же рухнули на колени и воздев руки к небу затянули какой-то… нет, не мотив, а самый настоящий Гимн.

Едва стихли последние звуки этого необычного пения, как возле меня, словно материализовались, возникло двое крепких мужчин, крепко ухватив меня под локти. Нет, без малейшей угрозы, а… словно хрустальную вазу или древнего старика и, повинуясь командам шаманов, куда-то повели. Страха у меня не было, да и что мне могут сделать несколько десятков, скажем честно, дикарей, а вот интерес был. Через несколько сот метров, убедившись, что я не собираюсь убегать, не паникую, и не возмущаюсь, меня отпустили и дальше я уже шёл вполне самостоятельно, активно крутя головой. А путь наш лежал куда-то в горы, по узкой, едва заметной тропинке. Огорчало меня только одно, что свой «товар» я так и не прибрал, всё мной выложенное из сумок так и осталось лежать посреди рынка — растащат, тут и сомнений нет.

Больше шести часов мы поднимались в горы, по моим прикидкам, да и нейросеть подсказывает, мы уже поднялись километра на полтора, дышать стало тяжело, но я держался, да и нейросеть с амулетами помогают. Конечная точка нашего путешествия открылась как-то сразу, стоило только повернуть за очередной камень, как передо мной, во всей красе предстала ОНА — арка межмирового перехода. Почему я так решил? Ну а чем может быть до блеска отполированная скала, на которой, ещё вполне отчётливо, видно изображение арки в обрамлении, таких знакомых, рун.

— Иллапа васита. — благоговейно сказал один из шаманов.

— Кхипа вай васику! — сказал второй.

— Нуканчик ри нку. —