Проклятие на всю драконью голову - Юлианна Винсент

твои новые знакомства? — с этими словами Вальтер движением фокусника достал из кармана брюк небольшой плоский камень фиолетового цвета и, не увидев понимания на моем лице, пояснил: — Артефакт блокирующий поисковую магию драконов.

Глава 38

Глава 38

Алиса

“С одной стороны, артефакт — это хорошо, — рассуждала я про себя, глядя на фиолетовый камень в руках Вальтера. —Это значит, что Эйдан не использует свой последний оборот, чтобы полететь меня спасать. А с другой стороны — это плохо, потому что есть риск, что живой я отсюда не выберусь”.

— У меня к тебе есть вопрос, мышка, — нарушил молчание маньяк. — Что такого с тобой произошло в этом проклятом Лесу, что после возвращения оттуда ты перестала быть послушной и резко отказалась от осуществления нашей с тобой мечты?

“А вот это уже вопрос с подвохом! — возмутилась я про себя. —Я понятия не имею, о чем вы там мечтали на пару”.

Я стала прокручивать в голове события, произошедшие в лесу и после, и тут в моей голове возник гениальный план.

— Я не помню, — подняв на Юнггера полные надежды глаза, ответила я.

— Что значит, ты не помнишь? — нервно дернувшись, спросил он.

“Ну, Алиса, давай! — подбодрила я себя мысленно. —Нам сейчас нужно, чтобы Станиславский нам поверил!”

— Я очнулась, меня в лапах куда-то нес дракон, — всхлипнула я. — Представляешь, как я испугалась? Я не помнила, ни кто я, ни зачем была в том лесу, ни что там со мной случилось. Только когда дракон принес меня в академию, я начала что-то вспоминать отрывками. Но так и не вспомнила всего до конца. Знаешь, как мне было страшно, когда на меня нападали все эти, — я мотнула головой в сторону двоих бандитов, что стояли у двери, — головорезы, а я понятия не имела, что им от меня нужно?

Снова всхлипнула и спрятала лицо в руки, создавая вид, что плачу.

Я делала ставку на его извращенную склонность к спасательству и очень надеялась на то, что изобразив жертву, я не прогадала.

Раздался дверной хлопок и я догадалась, что Юнггер отправил бугаев погулять, но обрадоваться этому не успела, потому что Вальтер подошел ко мне и резко подняв мою голову вверх, схватил меня за шею. Благо, я успела выдавить из себя пару больших слезинок.

— Хватит мне врать, мышка! — зло прошипел он мне в лицо. — Если бы ты потеряла память, ты бы понятия не имела, кто я и про наши ласковые имена тоже бы не помнила.

— В моей голове все это время пульсировало имя “Вальтер Юнггер” и слово “котик”, но я не помнила лица, — продолжала сочинять я, глядя в глаза маньяку честным взглядом, полным слез. — Я не могла избавиться от этой навязчивой мысли. Я даже попросила списки студентов и преподавателей, чтобы найти человека с таким именем. Но мои поиски были неудачными. А когда сейчас увидела тебя, почувствовала внутри тепло и непреодолимую тягу к тебе — у меня все сошлось. Я поняла, что Вальтер Юнггер — это ты. Тот, кто оберегал меня всю мою жизнь. Мой котик.

Меня саму жутко воротило от сказанных слов, но я максимально старалась сдерживать тошнотворные позывы и изображать влюбленную невинность.

Подозрительный взгляд карих глаз маньяка пронизывал меня насквозь, а я молилась всем богам, лишь бы он мне поверил.

— В памяти всплывают какие-то отрывки воспоминаний, — решила продолжить я. — Но они очень хаотичные и больше похожи на ощущения. Поэтому я не помню, о чем мы с тобой мечтали. Я помню только то, что с тобой мне было всегда тепло и безопасно.

“Пожалуйста, поверь мне! — продолжая жалостливо смотреть в самую глубину его черных, как и его душа, глаз, умоляла я про себя. —Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!”

Еще раз опасно прищурившись, Вальтер все-таки отпустил мое лицо и отодвинулся.

“Фух! — чуть выдохнула я про себя. —Вроде, повелся! Но расслабляться рано… Этот псих может выкинуть все, что угодно!”

Юнггер схватил меня за руку, поднял с кресла и повел в сторону дивана. Сел сам, усадил меня к себе на коленки и стал слегка покачивать, приговаривая:

— Маленькая моя, мышка! Одна против всего мира. Как сейчас помню твои огромные голубые глаза, которые умоляюще смотрели на меня из окна приюта.

Казалось, что он вошел в какой-то транс и разговаривал сам с собой.

— Тогда мне еще было жаль безмагов. Я сочувствовал своей младшей сестре, потому что она была безмагом. Несмотря на то, что отец всегда считал их гнилью, болезнью этого мира. Его тоже можно было понять: его младшая дочь родилась без магии. Опозорила его на всю страну. Где это видано, чтобы у главы одной из самых богатых и магически сильных фамилий родился ребенок-безмаг?

“Что? — возмутилась я про себя, но внешне старалась даже не шевелиться, чтобы не спугнуть порыв откровенности. —Он сейчас серьезно? Дочь опозорила отца тем, что родилась без магии? Больной ублюдок!”

— Он сделал все, чтобы скрыть этот позор, — продолжал свою исповедь Вальтер и в его голосе стало появляться раздражение. — Пристроил ее преподавать в академию, выдавал магические капсулы из родового источника, хотя мог и этого не делать. Но ей оказалось мало и она снюхалась с прежним ректором. Власти захотела, признательности. Неблагодарная потаскуха! Потом еще и замуж выскочила за этого урода! Что только он нашел в этой пустышке?

“Так значит, жена прошлого ректора — младшая сестра этого маньяка? — сопоставила я факты в своей голове. —У меня же есть какая-то информация на этот счет. Точно! Джас говорил, что девушка, которая была первой попаданкой в этом мире — жена прежнего ректора. Так вот, что тут произошло!”

— Я же тоже пустышка, — вклинилась я в его монолог. — Что ты нашел во мне?

Юнггер остановился и внимательно посмотрел на меня. Поднял руку и убрал мне за ухо выбившуюся из косы прядку. Это движение было таким нежным, таким невесомым, что не будь я тут в заложниках, даже бы поверила в искренность чувств этого маньяка.

— Какая же ты пустышка, девочка моя? — с укором в голосе спросил Вальтер. — Ты наполнена жаждой жизни и ненавистью к безмагам, так же как и я. Вот что я нашел в тебе — себя! Желание избавить этот мир