Пробуждение ярости - Мелина Боярова

— Как же, чушь? — фыркнул Власий. — Скуратов так просто не заинтересовался бы дикаркой. Ее способности странные, разве вы этого еще не поняли? Учителя опасаются ее чему-то учить, чтобы не навлечь беду на себя или школу. Никому из новичков не назначали столько отработок, как Гаяне. А ей, как с гуся вода. Приходит и творит чудеса на занятиях. Вот как она умудрилась держать три потока? А этот выплеск силы? Хорошо, что он на кинжал пришелся, а если бы по человеку попал?

— Ну, я бы тоже долбанул со всей дури, если бы в меня таким ножичком стали тыкать! — возразил Мелех. — А насчет остального — согласен. Вы бы видели, как Гаяна всех усыпила в подвале с гневами. Полада хоть и нос дерет, а едва не сорвалась тогда — дикарка удержала. Ничем ее не расшевелить. Вон, боярич сколько сил тратит, чтобы ее достать, а она хоть бы поморщилась. Это либо непроходимая тупость, либо… — парень замолчал, явно не желая признавать за мной новых заслуг.

Потрепавшись еще о всякой ерунде, вроде приближающихся промежуточных испытаний, парни ушли, оставив мне пищу для размышлений. Выходит, неспроста ко мне такое отношение? Учителя боятся, что я и есть дитя из пророчества? Смешно же! Ни князь, ни его поклоны мне не нужны, а с гневами я справляюсь так, как меня обучил дед.

В школе до всего приходится доходить собственным умом. Будь я прежней Гаяной без земного прошлого, вряд ли бы добилась столь значимых результатов. Привычка учиться и воспринимать большие потоки информации не раз меня выручали. Не хватало, конечно, интернета. Ответы приходилась искать среди сотен свитков, а в них иной раз попадалось что-нибудь интересное, отвлекающее от основной задачи. В любом случае стоит удвоить усилия и не рассчитывать, что мне дадут время научиться чему-то стоящему. Если в словах парней содержалась хотя бы десятая часть правды, то меня ожидала незавидная участь.

На следующий день Стояна Власовна в перерыве между занятиями вызвала меня к себе в кабинет. Я ни разу еще здесь не бывала, поэтому с интересом рассматривала аскетичную обстановку из серого книжного шкафа с запыленными стеклами, письменного стола и пары стульев. Сесть мне не предложили, поэтому я вошла и замерла, уставившись в пол. Учительница сидела за столом, сцепив тонкие пальцы в замок, и разглядывала меня пристальным взглядом.

— Гаяна, — произнесла она непривычно мягким голосом, — я обеспокоена твоим поведением. И тем, что произошло вчера.

Я промолчала, ожидая очередных несправедливых обвинений. Пусть говорит, что хочет, но я всего лишь защищалась как могла. Однако разговор свернул в другое русло.

— Твои способности необычные. Ты должна понимать, что в Городище любое отклонение от нормы будет истолковано превратно. — Я невольно вскинула голову и посмотрела на женщину. — Тебе следует быть осторожнее.

— Понимаю, — я вздохнула, кусая нижнюю губу с внутренней стороны. Слишком фальшивой выглядела неожиданная забота. Стояна наверняка что-то задумала. — Буду стараться.

— Не выделяйся, контролируй гнев и веди себя почтительно, как другие ученики. Иначе твое своеволие приведет к нежелательным последствиям. Скоро будет ночная тренировка на выносливость. За пределами школьных стен. Это отличный шанс показать себя обычной ученицей, Гаяна.

Если бы не тонкая усмешка на губах и аура, полыхнувшая торжеством, я бы, наверное, поверила в искреннюю заботу — так искусно Стояна играла роль. Но ее слова и участливый тон резко контрастировали с другими сигналами, которые говорили о лжи и коварстве.

Вторая половина суток пролетела, как обычно, если не считать шепотков в спину и любопытных взглядов. Инцидент с «клинком чар» многих переполошил. Я подмечала в аурах недоумение, зависть и даже легкий ужас. Андреас, как обычно, излучал неприкрытую злобу. Кажется, я скоро начну к этому привыкать. Обычный школьный день, который ничем не отличался от других.

Я даже успела позаниматься с Ирией и до отбоя посетить тренировочную площадку. Однако беспокойство после предупреждения Стояны только усиливалось. Грудную клетку сжимало от непонятной тревоги, что непременно попадусь в ловко расставленную ловушку. Мне следовало быть предельно собранной и осторожной.

А вот новое утро началось с практики, о которой Стояна не