По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– Извините, вы же Геннадий, да?

– Да, – блондин чуть сдвинул брови, явно пытаясь сообразить, откуда эта девушка могла узнать его имя – они явно не знакомы.

– Вам просили передать, – Варя вручила изумлённому блондину сложенный лист бумаги и развернулась, чтобы уйти.

– Кто вручил? – напряжённым тоном уточнил Геннадий.

– Один человек, очень похожий на вас, – пожала плечами Варя – поручение она выполнила, больше её ничего не касалось.

Она ушла к себе с приятным ощущением, что сделала что-то хорошее, а Геннадий так и застыл у края лестницы с бумажным листком, который казался ему опаснее змеи.

– Похожий на меня? – пробормотал он, сжимая лист в широкой ладони. – И кто же это такой?

Он спрятал бумагу в карман и спустился в свою комнату, которая теперь стала значительно комфортабельнее – в стене появилась дверь, ведущая в его личную ванную и туалет, мебель была вполне удобной, короче, здесь он себя чувствовал… в безопасности. И пусть ему ночами всё виделось то страшное болото и давящий на плечи ошейник с цепью, но он быстро просыпался и с радостью ощущал, что это только сон – он улетел и не может сделать ему плохого.

Письмо он прочёл, как только зашёл к себе и закрыл дверь.

– Фридрих… он вернулся, – разница в возрасте у братьев была небольшая – всего пара месяцев, они были похожи, как родные, и Геннадий с ним действительно крепко дружил, когда они учились в школе, а потом… потом, когда на обоих подействовало семейное проклятие, родители Фрида нашли ему очень удачную невесту – красивую девушку с чудесным характером.

В общем и целом, в лягушачьей шкурке Фрид провёл всего несколько дней, а потом женился и отправился учиться в престижный вуз. Нет, он не забывал кузена, даже несколько раз приезжал его навестить в том лягушачьем болоте, но после окончания вуза устроился на работу в Питер, а после, через пару лет, уехал вместе с женой в Китай.

– Он вернулся, – прошептал Геннадий. – Неужели же это правда? Неужели он нашёл средство? Но откуда? Правда, Китай… кто знает, может, и там были какие-то такие случаи, как у нас в роду?

Нет, нельзя сказать, что Геннадий не подумал о том, что Фрида подослали, чтобы выманить его из гостиницы. Как раз подумал, даже обдумал эту мысль со всех сторон.

– Да нет… Мы же дружили. Зачем ему? Он давно уже был в отъезде, не в курсе всех этих… мерзостей. Может, действительно, нашёл средство?

На секунду мелькнула мысль о том, что Соколовский уехал, а если он будет против того, чтобы его слуга под клятвой лишался ценной возможности поиска болотных кладов?

– Даже скорее всего будет против! – понял Геннадий. – Да, но, если такое средство существует, я же могу его сразу не принимать! – осенило его. – Приедет Сокол, я поищу всё, что он прикажет, а потом приму средство и стану нормальным! Соколу это даже выгодно будет – я же смогу арбайтен лучше. Надо… надо идти! Фрид не сможет ждать меня много дней – у него же работа в Китае, семья.

У Геннадия аж руки затряслись – так заволновался, что упустит единственную возможность вернуть себе нормальную жизнь.

– Надо дождаться девяти часов и выйти! – решил Геннадий. – Но Сшайр… он может не выпустить!

Правда, решение пришло быстро:

– Я скажу ему, что иду в клинику, хочу проверить там, закрыл ли окно, и выйду оттуда, а потом так же вернусь!

Он как на иголках дождался девяти вечера, даже поужинать толком не смог от волнения – всё ходил взад-вперёд по комнате, следя за секундной стрелкой часов на запястье.

– Ну… пора! – решился он. – Надо идти.

Всё прошло без сучка и задоринки – Сшайр на его фразу о проверке окон оторвался от книги, суховато кивнул и снова нырнул в мир, сотканный из ровных печатных строчек, а Геннадий заспешил в коридор около гаража – именно там Шушана сделала переход через подворотню, чтобы можно было напрямую, без выхода на улицу, попадать в помещение стоматологической клиники.

Войдя в клинику, он исполнительно проверил окна – иначе расквакался бы, когда с Сшайром разговаривал, а потом вышел из клиники на улицу, старательно заперев за собой двери.

Сшайру не пришло в голову спрашивать, а не собирается ли Геннадий выходить, так что тот и не соврал.

Через несколько минут Герман уже подходил к скверу напротив гостиницы, не зная о том, что девушка, которая передала ему письмо, смотрит на него в