"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— Зачем? Подземелье заберет. От монстров здесь не остается ничего за пару часов, факелы восстанавливаются за сутки, а обваленные тоннели — от суток до недели: зависит от площади завалов. Вещи людей и людские тела исчезают дня за три. Запомни: подземелье стремится создать впечатление комфорта у авантюриста. Здесь не будет тусклого света, смрада, горы трупов, оставляющих гнетущее впечатление. Поэтому, если ты увидишь в проходах следы схватки, чье-то тело, даже пустой рюкзак или какую-нибудь брошку, имей в виду — рядом может быть тот, кто их там оставил. И он не всегда желает тебе добра. Здесь есть те, кто может оставить добычу, дождаться, пока кто-то подберет ее и «случайно» столкнуться с бедолагой в следующем тоннеле. И за «кражу» потребуют и монеты, и артефакты, и даже обычные вещи. И не факт, что оставят в живых, а не отнесут тело в тупичок, где оно дня за три растворится.

— Спасибо, буду иметь в виду, — серьезно кивнул Глебос.

*Anacondaz — Полный

Глава 16

Вчерашняя добыча ушла за восемь серебряных монет — мы не стали тащить череп в город, а продали в торговой лавке у выхода. Монеты поделили, и сразу же договорились, что следующий поход будет послезавтра.

До города дошли молча — у меня даже не было сил задавать вопросы по тренировкам, навыкам и архетипам. В городе разошлись: я отправился в трактир дядюшки Бу, а Глебос ушел куда-то к центральной части города. Похоже, он снял номер в местечке получше.

Проснулся я рано, и в этот раз не пошел ни в лес, ни к подземелью: вместо этого направился на холмы с кроликами, где попрактиковался с утренней звездой и копьем — наша вчерашняя беспомощность здорово меня злила. В прошлой жизни я бы в одиночку разобрался с великаном гораздо быстрее, а будь со мной голем — выстоял бы против троих. И мне очень, очень хотелось скорее достичь характеристик прошлого тела, с чем мне помогали новые зелья.

Эликсиры были выше всяких похвал. Я ел, как не в себя, тренировался, словно безумный. Усталости не было — ее смывало зельями. Микроразрывы в мышцах заживали едва ли не во время тренировки: я чувствовал, как становлюсь сильнее и крепче. Вот только физических сил для подземелья пока маловато. Нужны либо хорошие защитные и атакующие артефакты, либо… голем.

А для голема нужны навыки и ингредиенты. Для тех необходимо золото, которое прекрасно добывается в подземелье, если ты достаточно силен. Н-да. Замкнутый круг

Но вчера мы худо-бедно справились с великаном, который, похоже, поднялся с четвертого этажа, а это уже серьезный уровень. Без мечника у меня не было бы ни единого шанса, но с ним я могу насобирать себе монет и на Гильдию, и на ингредиенты.

— Ты обычно приходишь к ужину, — вскинул брови дядюшка Бу, когда я вошел в трактир после обеда.

— Обычно я ухожу за добычей, сейчас на тренировку пошел. Голод гложет, ничего не могу с собой поделать.

— И не нужно, — прогудел трактирщик. — Сейчас вынесу тебе жаркое с грибами. Присаживайся.

Блюдо трактирщик принес за минуту. Я наколол на вилку кусочек картошки, отправил его в рот и запил хлебным квасом.

Негромко хлопнула дверь, и я повернулся на звук.

В зал трактира зашёл Глебос, и с настороженностью посмотрел по сторонам. Я махнул ему рукой. Глебос заметил меня и слегка нахмурился. Что-то было не так, но я решил не обращать внимания на странное поведение мечника:

— Садись. Если хочешь, дядюшка Бу вынесет и тебе обед.

Обедать пацан не захотел: мотнул головой, отказываясь. Но хоть за стол присел.

— Выглядишь напряжённым. Случилось что-то?

— Не совсем.

— Ты в порядке?

— Я? В полном.

Ответы Глебоса были короткими и сдержанными. Пацан сверлил глазами стол и общаться не торопился. Впрочем, это не лишило меня аппетита.

Когда я почти доел, Глебос решил заговорить. До этого он смотрел в столешницу, но поднял взгляд на меня:

— Пока ты валялся в беспамятстве, я гулял по городу. Смотрел по сторонам, пытался понять и Вяжск, и людей, что в нем живут.

— Это похвально, — кивнул я, но Глебос не обратил внимания на слова.

— Я изучил положение авантюристов-подростков. У большинства из них всё ужасно: они не способны скооперироваться и убить даже стаю гоблинов, зато грезят о великом будущем и планируют вот-вот пойти в подземелье.

— И что? — плеснув в голос побольше недоумения, спросил я.

— Ты — другой. Когда я прибыл сюда, в город, ты уже охотился на орков. Один. Потом тебе резко понадобились деньги, и ты без колебаний пошел в подземелье. Без группы.

— Ну, я тебя по пути встретил. Без группы подросток там не выживет.

— Мы встретились у самого спуска, — раздраженно дернул головой Глебос.

— Мне хотелось посмотреть, что там, у самого спуска, — спокойно сказал я.

— А потом бы вернулся и собрал группу?

— Ну, разумеется. Без группы в одиночку подросток может только сдохнуть.

Мне не нравилось, куда идет разговор. Увы, Глебос, судя по всему, желал раскрыть мой маленький секрет, и накопил аргументов. Что ж, поиграем. Но рассказывать про свое возвращенство я никому не хочу. Нет и никогда не было у меня в этом мире настолько близких друзей.

— Я уверен, что ты бы спустился один, и не погиб, — дернул головой Глебос. — И от великана ушел, и от какой-нибудь другой хтони.

— И на чем основывается твоя уверенность?

— Ты не такой, как все, — с железобетонной уверенностью сказал Глебос. Я же расхохотался:

— Прозвучало странно, уж извини. Ну, тогда и ты особенный — у меня нет знакомых, которые смогли бы в лесу…

Глебос поднял руку, обрывая меня.

— У меня были ресурсы, с помощью которых из любого человека можно сделать сверхсущество. А вот ты — особенный случай, темная лошадка. Расскажи о себе с самого начала: кто твои родители, где они. Можешь с детства и начать.

Я хмыкнул. Как выйти из этой ситуации? Разумеется, я продумывал разные сценарии своего детства и в этой, и в прошлой жизни, но какой использовать сейчас? Одно ясно, правду говорить не стоит.

Решив, я заговорил:

— А может, ты о своем расскажешь сперва? Какие у тебя счеты с отцом, которого ты иногда упоминаешь в негативном ключе? Почему тебя ищут, и почему ты не хочешь, чтобы нашли? И о чем-нибудь менее важном расскажи: вот вчера с нами лавочник рассчитался за череп, причем две серебряных отдал медью. Ты не пересчитывал монеты, а убрал в кошель и забыл. Зачем ты тогда в подземелье ходишь, если не за деньгами?

Глебос недовольно нахмурился и отвернулся. Так я и думал. Но если устроить обмен историями, можно привязать пацана к себе еще прочнее.

— Вот в этом и дело. Если ты предлагаешь мне рассказать о личном — о моем детстве, почему бы нам тогда не поделиться друг с другом историями? Я не твой подчиненный, чтобы ты командовал, чем мне стоит делиться. Тренируешь, да, и я очень благодарен тебе за это, но мы не обговаривали, что за тренировки нужно платить рассказами. Я готов помочь тебе в подземелье, дать монеты на комнату, рассказать о монстрах и рассказать тебе насчет всевозможных ловушек. Но рассказы о личном — только в обмен на рассказы о личном.

Глебос думал недолго — почти сразу отодвинул стул и встал.

— В следующий раз увидимся завтра с утра. Я в десять часов буду у входа в подземелье, и ждать тебя буду не дольше часа. Всего доброго.

Черт!

Я чувствовал досаду. Диалог прошел, как надо, слова, как мне казалось, я подобрал правильные, но Глебос поступил не так, как я думал. Похоже, пацан либо не терпит, когда ему указывают, либо считает свои секреты важнее прочих.

Если он сейчас уйдет, к вопросу взаимного доверия можно будет вернуться позже. А может, к нему никогда больше вернуться не получится: отношения могут перейти в описанные мной товарно-денежные, где за его услуги наставника я стану платить. Не этого я хотел, не этого добивался.

— Ты просто не умеешь дружить, — тихо сказал я в спину пацану. Глебос повел плечами, но ничего не ответил и вышел за дверь трактира.

Полное фиаско. Ну и ладно. Главное — мы не поссорились, и в подземелье будем ходить вместе.

Я подцепил вилкой с тарелки последний кусочек гриба, закинул его в рот и туда же отправил кусочек хлеба, которым вытер тарелку.

Дверь открылась, будто ее открыли пинком, а не руками: стук двери разнесся по всему помещению. В трактир вихрем ворвался Глебос, и остановился возле моего стола.

— У тебя нет таланта!

Я поперхнулся. Многое был готов услышать, но не такое. А между тем Глебос продолжал:

— Прости, но это правда. Ты — бездарен чуть меньше, чем абсолютно. Ты пару суток учил навык бега, который учится минут за пятнадцать, за час, но не больше! Но вместо простейшей способности ты получил сложный навык ускорения мышления, который находится на пару ступеней выше. И ДО СИХ ПОР НЕ ВЫУЧИЛ НАВЫК БЕГА,