"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

протектором, оставленные дважды. Насколько он помнил, перед сном машина пронеслась по колее, а на дороге следы остались ближе к обочине, как будто они объехали грузовик стороной. И еще Петр увидел на борту кузова грязные следы от ног, оставленные, когда он забирался на него. Оба наблюдения сложились в общую картинку.

— С таким сном, мы могли бы и свою смерть проспать. — Усмехнулся он.

— Это почему? — Раздался из-под машины сонный голос Марины.

— Потому что броневичок объехал нас стороной, словно не хотел обрызгать.

— А он точно проезжал? Я ничего не слышала.

— И я не слышал, но следы на земле говорят об обратном. Мы с тобой, как дедов кот Баксик, который пока бодрствует, делает вид, что боится тебя, но уснуть может где угодно, как будто считает, что спящего кота никто не тронет.

— Хочешь сказать, что мы очень беззаботные?

— Да, именно это я хочу сказать. Пока не спим, боимся, как уснули, хоть трава не расти. И пусть весь мир подождет. Со следующей ночи будем дежурить. — Твердо решил Петр.

— А как время делить? У нас часов нету. — Марина заранее чувствовала, что свою смену ей будет очень тяжело отстоять.

— Пора привыкать доверять биологическим часам. — Не совсем серьезно предложил Петр. — Захотел в туалет, значит скоро утро.

Марина выбралась из-под машины и рассмотрела следы. Хотела убедиться, что они единственные и супруг нагнал страха на ровном месте. Но она сразу поняла, что это не так. Следов действительно оказалось два. Один по колее, оставивший отметины боковой частью протектора и явные по обочине, которая уже успела немного просохнуть. Причем, автомобиль, скорее всего, останавливался, потому что рисунок смазался. Марина представила ситуацию воочию и поняла, как глупо они в ней выглядели. Будь у людей намерение их убить, они с мужем проснулись бы на том свете. Идея с дежурством уже не казалась ей тяжелой и не особо нужной.

Они позавтракали, попили отстоявшуюся воду из лужи и двинулись дальше, присматриваясь к следам, к окружению и прислушиваясь к каждому звуку. Вскоре туман рассеялся, и выглянуло бледное солнце, отфильтрованное матовой дымкой, висящей в воздухе. Дорога уходила вверх, поднимаясь на холм, утыканный черными пнями, остатками леса.

— Туристы поневоле. — Петр подтянул распустившиеся лямки рюкзака. — Скорее бы уже прийти куда надо. Надоела неопределенность.

— Днем ты уже не так боишься людей. — Заметила супруга.

— Ночью я боялся как раз неопределенности. — Ответил Петр. — Не лучшее время для установления контактов.

— Согласна. Ночью все должны спать, а не носиться на машинах по пустошам.

— Будь я всемогущим, так и сделал бы, чтобы люди не могли не спать ночью.

— А если пожар?

— Хм, над нюансами я еще подумаю. — Петр рассмеялся.

Со стороны останков леса потянуло сырой гарью. Зола и пепел, смытые дождями, собирались кружевными черными траурными узорами в складках местности. Земля воспринималась, как одно огромное кладбище, на котором похоронена вся жизнь планеты.

— Я только что подумал, что выжившие люди это похоронная команда, оставленная отслужить панихиду погибшему миру, но потом подумал, что нет, нас оставили, чтобы мы засеяли планету жизнью заново. — Торжественным тоном произнес Петр. — Ведь никому больше это дело доверить нельзя. Не крысы же с тараканами будут этим заниматься. Точно, у меня даже часть груза с плеч свалилась. Мы будем восстанавливать жизнь, кропотливо, упорно, день за днем, год за годом. Чем не цель на века?

— А где брать жизнь, если она сгорела? — резонно поинтересовалась Марина.

— Тю, ты думаешь правительство и ученые пустили это на самотек. Насколько я знаю, существовали фонды семян на случай глобальной катастрофы, правда, не у нас, на Шпицбергене. Но могли существовать секретные проекты внутри нашей страны.

— Хотелось бы верить. — Марина была уверена, что муж успокаивает себя.

На вершине холма неожиданно показался военный автомобиль с башенкой на крыше, из которой торчал в сторону ствол пулемета. Прятаться уже было бессмысленно. Петр заметался, не зная, как поступить.

— Да стой ты. — Шикнула на него Марина. — Не показывай, что мы боимся.

— Ага, прикидываемся курьерами. Остановятся, спросим дорогу. — Нашел в себе силы пошутить муж.

Броневичок остановился за три метра от них. Открылась пассажирская дверца. Из нее показался хорошо экипированный боец в бронежилете и с автоматом.

— Это вы спали под грузовиком? — Спросил он.

Петр с Мариной закивали.

— Извините, устали. — Ответил Петр.

— Наши сменщики вас видели, но останавливаться не стали. Сейчас на дороге опасно, можно нарваться на мародеров. — Военный посмотрел по сторонам.

Спрятаться здесь было абсолютно негде.

— Куда идете? — Спросил он.

— К вам, наверное. — Неуверенно произнес Петр.

— Вы что-то знаете про нас? — Спросил военный, пытливо разглядывая незнакомцев.

— Мы шли по восстановленной дороге. — Пояснила Марина. — Ее же не просто так делали.

— Совсем не просто так. Вы по образованию кто? — Неожиданно поинтересовался мужчина.

— Архитекторы. — Ответил Петр.

— Оба что ль?

— Да.

— Работали по специальности?

— Больше десяти лет.

— Короче, мы поехали по маршруту, я передам в штаб про вас и на обратном пути, если дадут добро, подберу вас. Если не дадут, идти дальше не стоит. У нас строгий отбор и кормят только тех, кто может принести пользу. — Пояснил военный.

— А можно узнать, вы говорите про военную часть или что-то большее? — Поинтересовалась Марина.

Военный усмехнулся.

— Что-то большее. — Ответил он и вернулся в машину.

Броневик проехал мимо, оставив после себя запах сгоревшей солярки. Петр проводил его взглядом, облегченно выдохнул и произнес:

— Идти дальше не стоит. Нас либо подвезут, либо мы пойдем назад, и не стоит наматывать лишние километры. Галоши сейчас на вес золота, надо беречь.

Марина согласилась с мужем. Мышцы ног не успевали отдыхать, щиколотки распухли с непривычки, а стопы болели. Любая остановка воспринималась, как благословение свыше. Она села на влажную дорогу и с блаженным видом вытянула ноги вперед.

— Как я мечтаю о любой кровати, хоть сколоченную из горбыля, но застеленную сухой постелью. Чтобы спать на ней от отбоя до подъема. — Марина подняла глаза к небу и зажмурилась.

— Ну, честно говоря, во всей этой истории отсутствие жестких графиков меня устраивает больше всего. Наверное, у меня в роду были цыгане. — Пошутил Петр. — Если нас возьмут на работу опять начнутся дэдлайны, авралы, чрезвычайные ситуации и прочие прелести трудового рабства.

— О, ну, конечно, рыскать по сгоревшему миру в поисках еды намного веселее. Сегодня ты съел, завтра тебя. — Марина рассмеялась.

— Нет, я даже не думаю, чтобы выбрать бродяжничество вместо строго графика и жесткого подчинения. У нас цель получить информацию о месте, где мог приземлиться твой отец и дать информацию о себе. И вообще шире