"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

обезумели — они кидались на высокое ограждение комендатуры так, что толстые стальные прутья прогибались, хватались за поперечины и тянули, взрывая ногами землю. Вторая тварь вспыхнула от огнеметного выстрела, за ней третья и четвертая — но остальных это не остановило. Совместными усилиями им удалось сорвать с опор секцию решетки и они, толкаясь, полезли в пролом. Со всех сторон сбегались остальные гексы. Их привлекало движение — неважно, какого рода.

Крики и стрельба усилились. Философ видел, как одна из тварей, расстреливаемая в упор, бросилась на сторожевую вышку, защищавшую ворота комендатуры. Не сумев достать пулеметчика, она вцепилась в поперечину под самой платформой и принялась тянуть.

Он с удивлением увидел, что бетонные блоки фундамента начали выходить из земли. Башня опрокинулась, стальная ферма всей тяжестью обрушилась на тварь и откатилась в сторону. Та вскочила, подобрала бьющегося в конвульсиях пулеметчика и присоединилась к остальным, штурмовавшим высокое четырехэтажное здание, в котором размещалась и казарма охраны.

Все окна комендатуры были разбиты, из них беспрерывно строчили автоматы. Гексы срывали оконные решетки, всовывали морды внутрь, хватая стрелков, — их длинные шеи свободно доставали до второго этажа. Одна из них остановила выехавший из гаража фургон для перевозки заключенных, вцепившись в кабину, и стала раздирать ее, разрывая металл, как бумагу. Из окна верхнего этажа вновь излилась струя напалма, обдав ее огнем. Тварь начала с оглушительным ревом метаться по двору, рассыпая искры пылающей шерсти, и вдруг кинулась прямо в открытые ворота гаража.

Даже в оглушительном шуме Окрус слышал, как она бьется там в агонии, сокрушая все подряд. В проеме ворот полыхнуло пламя, рев перешел в непереносимый визг — обезумевшее чудовище раздавило бочку с бензином. В огне начали лопаться другие бочки, посыпались стекла, вспыхнули фургоны, в вездеходах охраны стали рваться патроны к пулеметам.

Внезапно здание вспучилось, уцелевшие ворота разлетелись, из всех щелей вырвалось пламя — когда пожар охватил размещавшуюся в гараже мастерскую, в ней взорвались газовые баллоны. Все вокруг залил ослепительный свет. Через миг до Философа донеслась почти беспрерывная серия взрывов. В бараке, к стене которого они прижимались, раздались злорадные вопли.

В озаренном огнем дворе комендатуры был уже сущий ад — обезумевшие гексы метались внутри ограждения, лезли на стены здания, впивались в них, обдирая штукатурку и оставляя в кирпиче глубокие борозды. Две твари вцепились в балки стальной пожарной лестницы и с треском оторвали ее от стены. Другие подскакивали высоко вверх, словно подбрасываемые. Окрус не представлял, что столь массивные создания способны прыгать.

— Превосходное зрелище, не так ли? — толкнув его, сказал Уэрка. — Но не пора ли нам убираться отсюда, пока наши лучшие друзья разбираются между собой?

Философ огляделся — почти все гексы набились в огражденный двор комендатуры. Охрана с уцелевших вышек сбежала, предпочтя спасение выполнению долга.

— Бежим! — крикнул он.

Вдвоем они стали перебежками пробираться к поваленной ограде. Внезапно их остановил окрик охранника, появившегося из тени под стеной барака. Его черная форма была изорвана, глаза безумно блуждали.

— Ложись, мразь, убью! — завопил он, размахивая автоматом. Уэрка и Философ повалились в грязь.

— Пристрелю за побег! — вопил охранник, нащупывая затвор.

«Убьет», — понял Философ. Файа наконец передернул затвор и прицелился, не замечая растущей за спиной огромной бледной тени. На его губах играла глумливая ухмылка. Привлеченная движением гекса с быстротой змеи сделала выпад и схватила безумца, подняв его высоко в воздух. Он выронил автомат, не успев даже закричать — всего два движения радиальных челюстей превратили его в нечто совершенно бесформенное. Равнодушно выплюнув кровавый комок, тварь злобно уставилась на них. Они замерли — единственное спасение. Малейшее движение означало смерть. Спустя несколько секунд, показавшихся им вечностью, гекса отвернулась, направляясь к комендатуре. Уэрка вскочил и нетерпеливо схватил оружие. Избегая смотреть на разодранную кровавую массу, всего минуту назад бывшую телом, он подобрал подсумки, свисавшие с разорванного ремня.

— Она возвращается! — крикнул Философ.

Уэрка обернулся — на него надвигалась развернувшаяся гекса. Страшная голова раскачивалась высоко в темном небе. Без раздумий он вскинул оружие и спустил курок, целясь в морду твари. Его чуть не опрокинула отдача, но он стрелял, пока не кончились патроны в обойме.

Все пули попали в голову, но даже это не смогло убить невероятно живучую тварь. Ее глаза лопнули, шерсть стала темно-синей от крови. С хриплым ревом гекса кинулась прочь, спотыкаясь и ударяясь о стены.

Добежав, наконец, до ограждения, они укрылись за платформой поваленной вышки, встретив там еще нескольких беглецов.

— Смотри! — Уэрка показал на опрокинутый пулемет, валявшийся перед отлетевшей крышей.

Тут же лежал большой ящик с лентой, рядом скрючился мертвый охранник с разбитой головой. Они без слов подхватили оружие.

— А теперь в лес, быстро! — крикнул Философ.

Только Уэрка задержался, чтобы вытащить из кобуры мертвеца пистолет. Осторожно перебравшись через перепутанную проволоку, они перебежали широкое расчищенное пространство и, укрывшись в зарослях, почувствовали себя в относительной безопасности.

— Тяжелый, черт! — выдохнул Философ, бросая на землю стальной патронный ящик.

— Он у нас единственный, — сухо сказал Уэрка.

Он пересчитывал запасные обоймы к своему пистолету.

— Всего четыре, неплохо.

Философ окликнул своих невольных соратников. В их крошечном отряде оказалось всего семь человек. Только один из них — Истми Сурт — был знаком ему по лагерю.

— Неплохо, — сказал Уэрка. — Двое понесут пулемет, еще двое — патроны, ты будешь прикрывать тыл, я — впереди. Истми будет помогать носильщикам.

Философ и остальные немедля подчинились его приказу — авторитет Уэрки, еще семь лет назад возглавившего восстание в Кен-Каро, был непререкаем. Философ с отвращением оглядел свою кожу, ненамного более темную, чем белая ткань арестантской одежды, затем остальных.

— Нам бы еще стать смуглыми, как файа, — мрачно заметил он.

— И заодно такими же важными, — съязвил Уэрка. — Хватит мечтать, пошли!

Однако они не двигались, разглядывая лагерь, бывший их страдалищем несколько последних лет. Гараж с провалившейся крышей ярко пылал, освещая все вокруг, внутри ограждения метались гексы — одни усердно разламывали стену, окружающую лагерную тюрьму, другие еще штурмовали комендатуру, третьи уже пытались вырваться из ее двора — его ограда уже была проломлена в нескольких местах, но почти все твари пока оставались внутри. По лагерю, словно привидения, метались заключенные в белом, несколько гекс гонялись за ними, топча их и хватая. Философ видел, как один парень взобрался на уцелевшую вышку и, развернув пулемет, стал бить длинными очередями по собравшимся на плоской крыше комендатуры охранникам — несколько прошитых десятками трассирующих пуль громил повалились замертво. Остальные заключенные тоже полезли на вышки — по комендатуре начали стрелять из пулеметов и отнятых