Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

Он высажен на тех же террасах, на которых выстроены нижние залы и галереи. Их вручную выдалбливали в скале, а после привезли на возах плодородную землю. Попасть в сад можно по дорожкам, выходящим с галерей, все террасы соединены лестницами. Слева расположен розарий, в центре которого стоит фонтан, как в Лианкуре. А справа под сенью кипарисов обустроен небольшой водопад, от которого каскадом вода стекает в пруд. Там всё ещё живут старые карпы, которые помнят господина Аделарда. Садовник Косм уже немолод, но этот сад — его жизнь, он все дни с утра и до поздней ночи проводит там, выращивая прекрасные цветы.

— Там есть беседки и даже грот для уединения, — улыбнулась Женевьева. — Я уверена, что вы полюбите ваш сад так же, как любим его мы.

— А что расположено по другую сторону дома? — спросил Марк, вспомнив, что в Лианкуре сад располагался как раз на широкой террасе перед задним фасадом.

— Ничего, — пожал плечами де Невиль. — Задняя стена замка переходит в отвесную скалу, под которой течёт довольно бурная река, берущая своё начало в горах. Но на крыше устроена площадка, откуда открывается чудесный вид на горы и леса, а в ясный день вдалеке можно рассмотреть шпили города Лимбурга, который теперь так же принадлежит де Лианкурам. Так что ваш замок защищён не только этими высокими крепостными стенами и непроходимыми лесами, но и землями вашего деда, пройти по которым без его ведома вряд ли кто решится. Так что здесь очень спокойно.

— Даже слишком, — вздохнула Женевьева и с печальной улыбкой взглянула на Марка. — Здесь мало людей и очень тихо, потому бывает довольно скучно. Мы надеемся, что теперь, когда у нас появился новый молодой граф, тут будет чуть более оживлённо, а пока…

— Может, и хорошо, что здесь нет шумных толп и случайных людей, — заметил де Невиль, строго взглянув на свою супругу. — Мы живём здесь в покое и тишине, занимаясь своими делами изо дня в день. Все слуги знают свою работу, и нам остаётся лишь следить за тем, чтоб они не ленились. И потому у нас хватает времени и на свой дом, и сад внизу за стенами замка.

— Вы живёте не здесь? — удивилась Мадлен. — Но почему, ведь замок достаточно велик?

— Может, потому, что я не граф де Лорм, — улыбнулся де Невиль.

Они засиделись допоздна, после чего управляющий и его семейство простились с хозяевами и отправились в свой флигель, стоявший под нижней стеной замка. Старый лакей всё так же беззвучно принялся убирать со стола, а Марк решил подняться в свои покои. Мадлен отправилась за ним и, поднимаясь по лестнице, взяла его под руку.

— Ты знаешь, что для нас приготовили разные спальни? — спросила она, покосившись на него.

— Тебе же известно, что многие супруги спят отдельно, — пожал плечами он. — Династические браки не гарантируют любви, потому это их вполне устраивает. Мы же можем выбрать для себя любую из этих спален.

— Рядом с моей расположен будуар и спуск в розарий. Так мне сказала горничная Жоржетта, которая убирает комнаты.

— Моя — в другом конце здания, там рядом гардеробная, кабинет и библиотека, а из окон слышен шум водопада, — усмехнулся Марк. — Что будем делать?

— Я слышала, что твоя спальня больше, чем моя, — заметила она. — И там рядом есть небольшая гостиная, куда вполне можно перенести мебель из будуара. А шум водопада… Это же так романтично.

— Тогда идём ко мне, — рассмеялся он.

— Впереди долгая ночь, — задумчиво произнесла она, покосившись в окно, мимо которого они проходили. — Можно говорить что угодно, но здесь действительно довольно скучно. У меня есть Валентин, к тому же я могу заняться хозяйственными делами, осмотреть дом и кладовые, поговорить со слугами и вообще навести тут свои порядки. А вот что будет делать мой бедный муж, который привык и днём и ночью бегать по городу как волк по лесу, разыскивая преступников и заговорщиков, а заодно неприятностей на свою голову?

— Я найду, чем заняться, — пожал плечами он. — Как я и сказал, здесь есть библиотека, которую я намерен обследовать. Я должен осмотреть кабинет и порыться в бумагах, оставленных мне дядей Аделардом. К тому же со мной семь рыцарей и два оруженосца. Наш капитан Лафар, не смотря на молодость, тоже опытный вояка. Мы вполне можем заняться фехтованием на просторной террасе. На этот тёмный день развлечений мне хватит.

— А на следующий? — усмехнулась она.

— Может, и на следующий тоже, но подозреваю, что в какой-то момент мне действительно покажется, что тут довольно скучно, — с улыбкой ответил он.

Однако его опасениям не суждено было сбыться.

Впрочем, следующий тёмный день он провёл, как и намеревался, устроив состязание по фехтованию между прибывшими с ним рыцарями и рыцарями капитана Лафара. Его предположения относительно коменданта замка оказались верными. Молодой человек не только сам был опытным мечником, но и позаботился о том, чтоб хорошо подготовить своих подчинённых. Марк и сам с удовольствием сразился с ним, произведя на него неизгладимое впечатление своим мастерством, а после выставил против него своих оруженосцев. И хоть молодым воинам пришлось изрядно попотеть, но они вышли из этого испытания с честью, не посрамив своего учителя и господина.

После этого он пригласил всех участников турнира на обед, к которому слуги накрыли стол в небольшом высоком зале, украшенном висевшими на стенах трофеями графов де Лормов, среди которых было множество образцов дорогого алкорского оружия. Ведя со своими капитанами и их подчинёнными непринуждённую беседу, он окончательно очаровал местных рыцарей, и они покинули его покои, исполненные искренним восхищением своим молодым сеньором.

Вечером, поужинав с женой и сыном, он устроился возле камина с книгой. Ему нравилось сидеть так, поглядывая то на пляшущий на поленьях огонь, то на сидевшую рядом Мадлен, склонившуюся над рукоделием, то на Валентина, который валялся на ковре у его ног, тормоша добродушно ворчащего Труфо.

Спал он крепко и безмятежно, обнимая во сне Мадлен и чувствуя аромат фиалок, который струился вокруг неё. Сквозь сон он слышал умиротворяющий шум водопада и звон крупных капель. Утром Марк проснулся, почувствовав, что в спальне кто-то ходит, но просыпаться ему не хотелось. Уже на грани сна и бодрствования он вспомнил, что находится чёрт знает как далеко от Сен-Марко, и ему совершенно некуда спешить. В тёплой постели было так уютно, что никакого желания вставать у него не было. Приоткрыв глаза, он увидел Модестайна, остановившегося возле окна, чтоб полюбоваться раскинувшимся внизу ландшафтом, и ветер, прилетевший оттуда, шевелил