Ухорез 1-5 - Василий Горъ

пятого класса опасности, но «делились» достаточно солидными посмертными импульсами и могли помочь перейти в девятый ранг тем рядовым магам рода, которым это еще не удалось. Поэтому я разрешил народу сделать себе «лишний» подарок, и почти треть празднующих унеслась пинать доноров халявной энергии. Чуть позже начали клевать носом самые младшие дети, и то ли три, то ли четыре женщины увели укладывать их спать. А в половине третьего я по совету мамы поднялся из-за стола, пожелал «родственникам» приятного празднования и в сопровождении членов семьи, Даши, Таньки, Петьки и Янины Павловны ушел «заниматься своими делами».

На втором этаже родительница включила режим Старшей Хозяйки и разогнала мелочь по покоям. А затем вполголоса поинтересовалась у гостьи, как она себя чувствует после бессонной ночи в Кремле и долгого перелета.

Как ни странно, женщина не стала строить из себя героиню — призналась, что засыпает на ходу и держится бодрячком за счет вливаний Жизни.

— Что ж, значит, отдыхать будем после того, как вернемся в сознание… — на правах главы рода заявил я, пожелал женщинам добрых снов и ушел к себе.

Пока принимал душ, решил, было, воплотить в жизнь еще одну мечту — заснуть, обнимая Наташу — но вовремя сообразил, что она может мечтать о нормальном отдыхе, и заставил себя переиграть планы. В общем, лег в гордом одиночестве, закрыл глаза и отключился. И пребывал в черном безвременье до тех пор, пока не услышал голос матушки.

В сознание возвращался тяжелее некуда, поэтому не сразу вник в суть того, что произносилось раз за разом. Зато после того, как начал соображать, не на шутку разозлился. Поэтому набрал Ильину-младшую, дождался, пока она примет звонок, проигнорировал радостный щебет и задал первый вопрос:

— Арина Кирилловна, скажите, пожалуйста, вы в курсе того, что всю ночь с тридцатого на тридцать первое декабря я провел на Предновогоднем Приеме во Владимирском Кремле?

— Да, конечно: я видела репортажи, страшно вами горди— …

— А о том, что ночь с тридцать первого декабря на первое января обычно празднуется наступление Нового Года?

— Естественно: я сама пра— …

— Так какого, извините, черта вы приехали к моим владениям в полдень, зная, что я НЕ СПАЛ ДВОЕ СУТОК, а значит, НАВЕРНЯКА ОТДЫХАЮ⁈

— Ну-у-у, я думала, что…

— Безусловно, вы имеете право и думать о чем угодно, и надеяться на все, что угодно… — в третий раз перебил ее я и поставил точку в этом разговоре ни разу не галантным рыком: — Но раз вы живете исключительно в своих мечтах и плевать хотели на то, что чувствую я, значит, нам с вами не по пути. Причем во всех смыслах этого выражения. Говоря иными словами, вы меня очень обяжете, если перестанете звонить и, тем более, приезжать в гости. На этом у меня все. С Новым годом…

Эта вспышка ярости напрочь отбила всякое желание спать. Поэтому я натянул шорты и футболку, вдел ноги в шлепки, спустился в спортзал, надеясь попинать любимую «подушку», и обломался, обнаружив, что там тренируется Аня.

Не знаю, как она определила, что меня трясет от бешенства, с первого взгляда, но переместилась ко мне рывком, вцепилась в предплечье, увела к матам, заставила снять футболку и лечь, опустилась на колени и… отправила в целительский сон. Но помять — помяла. Ибо, проснувшись в четыре часа дня, я почувствовал себя заново родившимся, обнаружил, что лежу на покрывале, укрытый пледом, и «засек» самостоятельно включившимся чувством Воздуха два хорошо знакомых «силуэта».

— Яниной Павловной занимается твоя матушка, Даша валит крокодилов на пару с Нинкой, а Таньку с Петькой тренируют Катька с Веней… — деловито сообщила Наташа, лежавшая слева. А Аня, зеркалившая ее положение справа, сдала подругу по полной программе:

— … поэтому главу рода Ильиных, примчавшегося извиняться за глупость внучки и потребовавшего тебе об этом сообщить, «воспитала» твоя верная напарница — сгоняла к дальнему КПП вместе с тревожной группой, постучала бестолковкой старого интригана по капоту его же лимузина и заявила, что не намерена будить любимого господина из-за визитов клинических идиотов, отказывающихся понимать, что люди иногда устают. Сергей Александрович слегка поломался. В прямом смысле этого слова. Поэтому толпа доблестных, но тупых телохранителей попробовала за него заступиться. И тоже огребла. В общем, Ильиных закидали в наименее пострадавший внедорожник, посадили за руль самого целого бойца и отправили восвояси. Настоятельно посоветовав не возвращаться. Ибо их навязчивость настолько надоела, что пробудила желание наведаться с ответным визитом, который однозначно не обрадует…

Не знаю, почему, но этот монолог меня развеселил. И я поблагодарил «защитницу» в альтернативном режиме:

— Наташ, каяться будешь?

— Неа.

— И правильно. Ибо заслужила поощрение…

— О-о-о… — сладострастно застонала она и вызвала две разные реакции — я представил сразу несколько вариантов… хм… поощрений и еле удержал лицо, а целительница жизнерадостно рассмеялась, шлепнула подругу по попе каким-то заклинанием Воздуха и… ляпнула:

— Не шали. А то я вспомню, что тоже заслужила поощрение, и задурю, как выражается наш господин, напрочь!

— С удовольствием на это посмотрю. И даже поучаствую… — хихикнула Наталья, «вернула» Ане шлепок и собралась продолжить шуточную грызню, но целительница вдруг «выстрелила» собой к дальнему мату, вернулась к нам с «глушилкой» наперевес, врубила, посерьезнела и поймала мой взгляд:

— Прошу прощения за то, что усыпила вас без разрешения, за то, что во время массажа использовала взгляд не в себя, и за то, что «увидела» вашу энергетическую систему. Но теперь я понимаю, почему вы держитесь на расстоянии, не позволяющем ее «рассмотреть», и обещаю, что все ваши тайны, включая эту, умрут вместе со мной. И последнее: пока вы спали, я не отходила от вас ни на шаг…

— Ань, я не сомневался в твоей верности и до этой клятвы… — мягко сказал я, почувствовал, что не успокоил, и продолжил в том же духе: — Да, пока ты жила только моей матушкой, держался чуть отстраненно. Так