Надежда для пришельца - Эмори Мур

прямо перед лицом Нади — огромный, тёмно-красный, пульсирующий, с прозрачной капелькой смазки на головке. Вены вздулись, ствол подрагивал от напряжения.

— Ближе, — попросила она.

Корвус мигом послушался. Тогда Надя наклонилась и взяла головку в губы. Корвус застонал.

— Осторожно, — усмехнулся Айко, продолжая двигаться внутри неё. — Не сломай ей челюсть.

Корвус не ответил — он не мог. Его пальцы вцепились в волосы Нади, направляя, но нежно, очень нежно.

Она брала его глубоко — насколько могла. Головка упиралась в горло, слюна текла по подбородку, но она продолжала, чувствуя, как Айко двигается внутри неё снизу. Два ритма, два дыхания, два вкуса.

— Надя... — выдохнул Корвус. — Я сейчас...

— Не смей, — приказала она, отрываясь. Слюна тянулась ниточкой от её губ к его члену. — Ещё рано.

— Но я...

— Терпи. Я хочу, чтобы мы все вместе.

Она перевернулась прямо на Айко и легла на него. Ее спина прижималась к его груди и животу. Надя раздвинула ноги. Влага блестела на бёдрах, клитор пульсировал, требуя продолжения.

— Теперь вы оба. Как в прошлый раз.

— Ты уверена? — спросил Айко, глядя на неё.

— Да. Только осторожно. И медленно. Очень медленно.

Корвус лёг сверху, направляя член к её влагалищу. Головка коснулась входа — мокрая, горячая. Он вошёл медленно — миллиметр за миллиметром, давая ей чувствовать каждое растяжение. Надя ахнула, вцепившись в его плечи.

— Боже, — выдохнула она. — Какой большой...

— Терпишь? — спросил он, замирая.

— Да... двигайся... только медленно.

Он начал двигаться — медленно, глубоко, почти полностью выходя и снова заполняя. Айко в это время гладил её грудь, плечи, живот, ягодицы, готовя к себе. Его пальцы скользили по анусу, массировали, смазывали выделениями.

— Готова? — спросил он.

— Да.

Он вошёл сзади.

Надя закричала — громко, не сдерживаясь. Два члена внутри, трущиеся друг о друга через тонкую перегородку, растягивающие её до предела, заполняющие каждую клеточку. Ощущение было таким острым, таким запредельным, что сознание померкло на секунду.

— Двигайтесь, — прошептала она, когда смогла говорить. — Пожалуйста. Медленно.

Они двигались.

Сначала медленно, приноравливаясь друг к другу, находя ритм. Потом чуть быстрее, но всё ещё бережно, нежно. Корвус целовал её грудь, шею, губы. Айко целовал шею, плечи, затылок.

— Айко, — выдохнула Надя. — Я хочу, чтобы ты кончил мне в рот.

— Сейчас?

— Да. А Корвус пусть продолжает.

Айко вышел, перевернул её на бок, приставил член к губам. Она взяла его глубоко, одновременно чувствуя, как Корвус входит сзади. Два ритма, два дыхания, два вкуса — солёные, терпкие, живые.

— Надя... — выдохнул Айко. — Я сейчас...

— Давай.

Он кончил ей в рот горячими, густыми струями. Сперма заливала горло, текла по языку, по подбородку. Она глотала, не отрываясь, чувствуя, как пульсирует его член на губах.

Корвус ускорился, почувствовав её оргазм — она кончала, сжимаясь вокруг его члена, крича в такт движениям, заглушённая членом Айко.

— Корвус! — закричала она, когда смогла. — Давай!

Он зарычал и кончил — глубоко внутри, заливая её горячей спермой. Надя чувствовала, как пульсирует его член, как выплёскиваются новые и новые струи. Тепло разливалось внизу живота, заполняя её до краёв.

Несколько секунд они лежали неподвижно, тяжело дыша.

Потом Корвус вышел, и сперма потекла по её ногам — тёплая, густая. Надя чувствовала, как она стекает по бедрам на мох.

— Ты невероятная, — выдохнул Корвус, падая рядом.

— Ты тоже, — улыбнулась Надя, поворачиваясь к нему.

Айко прижался с другой стороны, обнял её.

— Мы оба тебя любим, — сказал он тихо.

— Я знаю.

Корвус протянул руку и взял её ладонь. Айко сделал то же самое. Они лежали втроём, переплетённые, мокрые, счастливые, держась за руки.

— Спасибо, — прошептал Корвус. — За эту ночь. За всё.

— Не за что, — ответила Надя.

За стенами храма всходили два солнца. Розоватый свет проникал сквозь живые стены, окрашивая их тела в тёплые тона.

Впереди была битва. Но эта ночь была их.

Глава 33. Начало битвы

Рассвет ворвался в комнату розовым светом, пробивающимся сквозь живые стены.

Надя открыла глаза и несколько секунд лежала неподвижно, чувствуя тепло двух тел по бокам. Айко спал, прижимаясь к ней с одной стороны, Корвус — с другой. Их дыхание было ровным, глубоким, но Надя знала — скоро всё изменится.

Она осторожно высвободилась из объятий, села на краю ложа. Тело приятно ныло после ночи — все мускулы помнили каждое прикосновение, каждую ласку, каждое движение. Но внутри было тяжело. Очень тяжело.

— Не спишь?

Голос Айко раздался тихо, будто он тоже боялся разбудить этот хрупкий мир.

— Не могу, — ответила Надя. — Слишком много мыслей.

Он сел рядом, обнял за плечи.

— Я тоже.

Корвус заворочался, открыл глаза. Огромный красный воин смотрел на них, и в его взгляде было столько всего, что слова были не нужны.

— Пора, — сказал он.

— Пора, — эхом отозвалась Надя.

Они одевались молча.

— Ты готова? — спросил Айко, глядя на Надю.

— Нет, — честно ответила она. — Но пойду.

— Это и есть готовность.

Собравшись, они вышли из комнаты. Храм встретил их гулом голосов — воины собирались в главном зале, проверяли снаряжение, прощались с близкими. Воздух был наполнен запахом страха, решимости и чего-то ещё — того, что Надя не могла определить, но чувствовала кожей.

— Надя!

Голос Веры раздался откуда-то сбоку. Надя обернулась и увидела подруг — Вера и Люба стояли у входа в общий зал, бледные, с красными глазами.

— Девочки, — Надя подошла к ним, обняла обеих сразу.

— Ты вернёшься, — твёрдо сказала Вера. — Слышишь? Ты обязана вернуться.

— Вернусь, — пообещала Надя. — Я всегда возвращаюсь.

— Я буду молиться, — всхлипнула Люба. — Всем вашим богам, всем нашим, всем, кто есть. Только вернись.

— И ты береги себя, — Надя погладила её по щеке. — Там раненые будут. Ты им нужна.

— Я справлюсь.

— Знаю.

Они обнялись ещё раз — крепко, отчаянно, будто пытались впитать друг друга на случай, если больше не увидятся.

— Мне нужно к Лире, — сказала Надя, отстраняясь.

— Иди, — кивнула Вера.

Лира ждала Надю в садике — там, где они сидели вчера. Девочка