Не беги от меня - Лана Шеган

не об этом, мне нужно помочь Максимилиану, он мой истинный. Если вы хотите отплатить мне за спасения, то ваша помощь будет, кстати, — я говорила лишь то, что сейчас было важным.

— Спасти отчего? — спросил вампир.

— От его отца, который против того, чтобы я, нечистокровный вампир, стала истинной Морна, — тут уже я с сомнением посмотрела на Аластера, — или вы тоже сторонник чистоты крови?

— Я? — вампир хмыкнул, — Да будет тебе известно, что я попал в усыпальницу за то, что посмел привести в семью человека простых кровей. Он был умен и мог сделать нас Морнов, еще богаче.

— Поможете? — спросила я, — И как отсюда выйти?

— Помогу, — скривился Аластер, — и прости, я не рассчитал и выпил намного больше, чем можно, ты сейчас немного без сил.

Вампир улыбнулся и облизал губы длинным языком:

— Но твоя кровь даст мне не только силу, но и информацию по новому миру, так что помочь тебе моя обязанность, птенец.

— Я принадлежу клану Билансов, — показала метку на запястье, чтобы не вводить его в заблуждение.

— Это поправимо, — усмехнулся вампир и стукнул меня по лбу двумя пальцами.

Я очнулась резко, словно выплыла из толщи воды, задышала хрипло, хватая воздух ртом. Мумии, конечно, рядом уже не было, а битва отца и сына прекратилась.

Себастьян и Максимилиан стояли на коленях перед моим новым знакомым с опущенными головами. Все пространство вибрировало от магии, которая ощутимо давила на плечи. Я попыталась встать, но куда там, лишь повернула голову и приподняла руку.

Макс рычал, пытался ползти, падал, потом опять поднимался, смотрел в мою сторону, отчаянно, бешено.

— Приятно видеть упорство у молодого вампира, — хмыкнул бывшая мумия, — Истинная пара — это дар мироздания, она дает нам, вампирам, жить, как разумным существам. Есть закон, который касается истинных. Ты слышал об этом глава рода? Или, кроме, своей страсти, ты больше ничего не видишь перед глазами.

Надо сказать, что в моем сознании вампир был красивым, в реальности, все еще мумия. Обтянутый пергаментной кожей скелет, на голове которого клоками висели черные волосы.

Я со стоном села, глаза Макса сразу нашли меня и сверкнули облегчением. Из носа, глаз, и ушей у него идет кровь, а клыки еле сдерживаются, чтобы не вылезти.

— Итак, дорогие потомки, — сказал Аластер, — кто из вас Максимилиан? Макс поднял голову, взглянул на старшего:

— Я, — сказал он хрипло.

— Тебя я спасаю, — хмыкнул древний маг крови и махнул рукой словно отпуская.

Интересно, если маги крови были, почему о них ничего не известно, крутились мысли в моей голове. — Можешь идти и помочь своей истинной, которая была так добра и поделилась своей кровью. Ты же, — старший подошел к Себастьяну и приподнял его за подбородок, — ты же дашь мне своей крови, хочу знать, что случилось за эти столетия, и где другие Морны.

Древний страшно улыбнулся, показывая длиннющие клыки. Подергал свою одежду, которая прямо на его теле стала расползаться и досказал свои планы:

— Заодно и себя в порядок приведу. Детка… — зеленые глаза нашли меня, а рот растянулся в устрашающей улыбке, лучше бы он не улыбался.

Тут ко мне подлетела Пикси, нахохлилась и посмотрела на Аластера с осуждением. Я все еще не могла подняться. Макс, покачиваясь, шел ко мне словно из него тоже все силы выпили. Какой же этот древний ненасытный.

— Ох, ты, — старший прервал свою речь и взглянул на Пикси, — у тебя уже есть гомункул, сильна, — он цокнул языком, — и совершенно не обучена.

— Это фамильяр, — сказала я.

— Ты была ведьмой? — удивился вампир, — насколько я знаю, ведьмы теряют фамильяра, когда обращаются.

— Я особенная, — охнула, когда Макс подхватил меня на руки и понес в сторону выхода. Туда, куда мы не успели убежать.

— Ты мне интересна, так что еще встретимся, — крикнул вдогонку древний.

— В твоих снах, старая развалина, — бурчал про себя Макс.

— Я все слышу, — не стал делать вид, что не услышал Аластер, но быстро потерял к нам интерес и обернулся к Себастьяну, — ну а теперь займемся нашими делами, действующий глава семьи.

Глава 21 Мила

Чем дальше мы уходили от древнего, тем сильнее Макс ускорялся, словно само присутствие рядом с Аластером, отнимало энергию. Как только мы вошли в коридор, истинный побежал. По сторонам мелькали каменные стены, волосы мои трепетали от ветра, свистевшего в ушах, а хватка Макса была все тверже.

— Задушишь, — прошептала я.

Истинный ослабил хватку, но бежал еще быстрее. Перед выходом из туннеля он остановился и осторожно положил меня на землю, скрежетнул зубами, когда увидел кровь на футболке.

— Где твой телефон Мила? — спросил он.

Я кивнула на карман куртки. Морн быстро достал телефон и набрал номер:

— Норд хватай Росгарда, пусть ведет тебя к выходу на десятое шоссе. Как будете на месте, позвонишь на этот номер и смотри, тут, может быть, засада. Вернее, она обязательно будет. Все, жду.

Макс нахмурился потом, положил телефон себе в карман и сел рядом.

— На всякий случай, — сунул мне под нос свое запястье, — тебе лучше поесть, нужно восстанавливаться, а моя кровь — лучшее лекарство. Это древний урод, чуть не убил тебя.

Я не стала выделываться, есть хотелось все время, так как организм лечился. Впилась отросшими клыками и пила длинными глотками. Сама подала свою руку Максу, мне не жалко.

— Нет, — истинный качнул головой, — ты слишком слаба.

Он со всей мочи ударил по стене свободной рукой, в разные стороны потела каменная крошка:

— Он почти убил тебя, понимаешь, — в глазах Морна горела ярость, — я слышал, как твоё сердце перестало биться.

Макс скрежетнул зубами, посмотрел с болью и злостью одновременно. Я отчетливо ощущала, как от него идет волна эмоций, они как ураган, сносят все выстроенные мною, между нами, стены. Можно солгать словом, но чувства не могут врать. Я была ему дорога. Только когда по-настоящему думаешь, что теряешь, проявляются истинные привязанности. Мы знаем друг друга меньше месяца, а мне кажется, что я знала его всегда. Это странно ощущать, но приятно. Внутри пузыриться, как шампанское, лопаясь мелкими пузырьками, и будоражит как прыжок с тарзанки, захватывая дух, новое чувство. Я его еще не распробовала, но думаю, мне понравиться любить Макса Морна. Оказывается, чувствовать другого, как себя интересно, любопытно и тянет на эксперименты. Даже дыхание сперло от возможностей в сексе, это… так, нужно успокоиться.

Вон Макс уже поглядывает с удивлением и прислушивается к моим эмоциям. После того как я стала вампиром, я думаю только о том, чтобы жрать и трахаться.