Код волхва. Книга 1 - Алексей Даньшин

своей стихии, когда разводил эти модули низкоуровневой кодировки на составляющие их подпрограммы и заплетал их заново, устраняя уже все оставленные ранее кем-то баги. Предварительно, конечно, перепроверяя на тестовых кусках полученный результат. Не хватало мне ещё включить тут какой-нибудь хитрый таймер для самоуничтожения! А таких хитровыделанных растяжек тут в коде стояло полно. Будто кто-то специально полянку минировал от таких вот умельцев, как я. Только, откуда ж им тут таким взяться? Или я тут, и правда, не один такой шустрый?

— Ника?

— Понятия не имею! Но если принять во внимание сложность взлома, то, скорее всего, кто-то тут явно до тебя так неплохо постарался. Вот только жив от тут сейчас, или это было когда-то в далёком прошлом этого мира, я понять не могу. Временных меток на коде не стоит. Кто-то и их тоже затёр основательно.

— А кто связаться со мной тут пытался, ты выяснила?

— Как? Это тебе самому разбираться надо с этим гибридным кодом!

— Так абонента и назовём. — ухмыльнулся я. — Кодовое имя будет «гибрид»!

…

Мы шли уже знакомой мне дорогой обратно почти налегке. Продукты мы все успели съесть, а тащить с собой два мешка камушков-аккумуляторов местной магической энергии я поручил волхву и Колывану. На полянке они всё равно валялись, как попало, и особой ценности для волхва не представляли. Два его магических камня были совсем другой природы, и достались ему в наследство от предшественника. И он даже представления не имел, что на капище под ногами у него лежало целое сокровище из таких вот батареек.

К деревне вышли к полудню. На этот раз всё было спокойно, и никакие пожарища нам путь не освещали. Встретили нас у клети очень душевно и сразу засуетились с накрытием стола. Но я всё-таки первым делом сунулся в баньку. Гигиену надо было соблюдать. Ну, привык я к чистоте, что тут говорить. И, если возможность есть, то в баньку, однозначно, надо идти сразу!

— Княже! — Никанор окликнул меня почти у входа в заветный храм чистоты и пара. — А с бабами-то что делать?

— С какими бабами? — мыслями я уже успел окатить себя горячей водой и пройтись веничком по ногам и бокам. А тут какие-то бабы!

— Так это, тут у нас поделили уже, кто мужнины, а кто княжьи. Вот и спрашивают они, когда будешь звать?

— Куда звать? — чё-то я туплю, видимо, после долгой дороги.

— Ну… так это, знамо куда… того… — Никанор сделал древний и понятный любому мужику жест руками.

— Сдурел? — я аж чуть не поперхнулся. — Ты из меня султана тут решил сделать?

— Кого? — мужик натурально опешил.

Я вздохнул. Ох уж эти местные заморочки с продолжением рода. Бабы пустыми ходить не должны! Вон, трое уже понесли от недавнего нашествия воинов Святополка, и ходят теперь довольные. А остальные значит кто не смог, теперь решили мужиков в деревне промеж собой поделить?

Только арифметика у них какая-то странная выходит. Недавно вернувшиеся дезертиры получили себе не только своих собственных баб, но и жён их братьев, которые ныне вдовыми числятся. А вот те, кому так не повезло, остались совершенно свободными. И мне, как князю, теперь придётся как-то о них позаботится. И, как выяснилось, не только морально и экономически, но чисто по-мужски…

Блин.

И почему у меня дружины своей ещё нету? Было бы кому нести на себе крест заботы об их женском здоровье. А теперь мне за всех отдуваться?

А ведь их аж четверо. И во главе с Роксанкой, которая, вон, стоит руки в боки и так ехидненько улыбается мне. Выставила вперёд свою упругую грудь, которая даже под накинутым сверху полушубком выпирает, как подводная часть айсберга.

Я кинул взгляд на вышедшую в этот момент на крыльцо клети Матрёну.

Мне трындец!

…

Никанор мялся рядом, а за его спиной толпились те самые «бабы», кто в платке, кто с косой под накинутым полушубком, но все с таким видом, будто сейчас я буду тут решать судьбу всего государства. Роксанка, конечно, впереди. Стоит, улыбается, как кошка у крынки, и глазами так и облапывает меня всего. Дожил, наконец-то! Всегда мечтал о повышенном женском внимании к своей скромной персоне, а тут привалило сразу и много. Как бы живым из этого счастья теперь выбраться.

Я опять посмотрел на Матрёну. По идее, она ведь тоже имеет местный менталитет и подобные социальные заморочки ей должны быть вполне понятны и приемлемы. Вот только смотрела она на меня сейчас, как Ленин на буржуазию! Не убьёт, но покалечит!

Если я сейчас срочно что-то не придумаю, баня мне сегодня точно не светит. Не до пара мне будет, когда меня тут всей деревней насиловать начнут. Причём в самом извращённом варианте: с побоями и матными словами.

— Никанор, — сказал я тихо, чтоб слышал только он. — А давай мы этот разговор оставим на после бани? Князь, видишь ли, помыться изволит! Не до баб мне сейчас.

Если не можешь принять решение на моменте, то надо постараться отодвинуть вопрос подальше в будущее. Глядишь, к тому времени он и сам рассосётся как-нибудь, и не придётся сильно напрягаться и голову ломать.

— Да я чё… княже… они ж сами… — он ткнул большим пальцем назад. — Говорят: «князь вернулся — теперь порядок будет». Вот и спрашивают. А ты ж небось знаешь уже, что баба без мужика — хуже грозы. Как бы хуже не было.

— Порядок, — повторил я и почувствовал, как у меня на виске дёрнулось. — Ладно.

Я сделал шаг вперёд и поднял ладонь. Все вольные жёнки сразу подтянулись вперёд и навострили уши, зашикав на тех, кто не сразу отреагировал на княжий жест.

— Вот что, бабоньки.

Стайка замерла, словно я сейчас должен был объявить, кто из них будет любимой женой.

— Временное отсутствие свободных мужиков ещё не повод всем грустить и падать духом. Я уже сказал и делом доказал, что никто у нас в деревне этой зимой от голода и холода не умрёт. Всех накормлю и обогрею.

Чё-то ляпнул я, видать, не то. Вон, как они тут заулыбались все после слова «обогрею». И ведь они явно не про горюч-камни мои в этот момент подумали, как я имел ввиду. И Ника так тихонько хихикает где-то у меня в голове. Тоже с ними в сговоре что ли?

Никанор рядом шепнул:

— Ну, всё, княже. Теперь обратного хода нет.

Князь обещал обогреть!

Матрёна зло сверкнула глазами и, демонстративно развернувшись, пошла к себе домой.

— Я имел в виду, что в домах тепло будет