Рунный маг империи. Том 2 - Георгий Сомхиев

Рефлексы, наработанные за множество боёв с отцом, сработали мгновенно. Я шагнул назад, приняв стойку, после чего так же подставил клинок под удар.

— Теперь лучше, — довольным голосом произнёс Валариец, после чего закрыл глаза и убрал меч в ножны. — Нужен перерыв. Иначе опыт не закрепится. Твоё мастерство быстро возрастать. Это хорошо.

— До плавности твоих движений мне пока что далеко, — хмыкнул я в ответ, после чего сел рядом с прудом, взял в руки флягу с холодной водой и освежился. — За ними непросто уследить глазами. Одни рефлексы спасают.

— У тебя другой… как это сказать правильно… — Валариец пару раз щёлкнул пальцами. — Вспомнил. Фундамент. Ты привык сражаться как тигр. Ты наседать постоянно на силу. Я, наоборот, сражаться как барханный кот.

— Я что-то сравнения не уловил… — посмотрел я на своего товарища. — Тигр — он ведь тоже из семейства кошачьих. А барханный кот это что за зверь такой?

— Хм-м… — задумчиво промычал валариец. — Он как тигр, только маленький и опасный. Скрытный, но быстрый и прыткий. Такой полагаться не на сила, а на скорость и ловкость.

— Сравнение больше подходит наёмным убийцам, — как есть озвучил я свои мысли.

— В Валарии много таких, — как ни странно, подтвердил мои слова Дрог, даже не думая смущаться по этому поводу. — Мы не истреблять монстров. Мы охотиться на них. Движения должны быть мягкими и быстрыми, чтобы монстр ничего не заметить. Один удар — одна смерть.

— А как же запахи и колебания маны? — приподнял я бровь, поскольку скептически отнесся к словам товарища.

— Запах можно скрыть. Колебания маны тоже, — спокойно ответил Дрог, после чего подошёл к пруду и присел рядом. — Нас, валарийцев, с детства учат не идти против мира. Мана должна быть спокойна. Мана должна течь по энергетическим каналам как спокойная река. Даже когда ты её применять. Течь как вода по каналам, если тебе так проще понять.

— Похожие слова я не так давно читал в одном трактате, написанном жителем востока. Не удивлюсь, если это выражение пошло из тех мест, где он жил, — я поднял взгляд в небо и спросил: — И всё же, что значит течь как вода?

— Вода не бороться с камнем. Она обтекать его, — Дрог поднял с земли небольшой камешек и бросил его в пруд. По воде пошли круги. — Меч такой же, как и его движений. Если ты встретить силу силой, побеждать тот, кто сильнее. Если ты течь вокруг силы, побеждать тот, кто умнее. Такова мудрость предков.

— Звучит красиво, — усмехнулся я. — Но в реальном бою не всегда есть время «обтекать» удары. Иногда нужно просто встретить удар врага лицом к лицу. Если приводить аналогию, враг не всегда даст тебе время на то, чтобы камень превратился в песок. Иногда достаточно одного хорошего удара, чтобы от камня не осталось и следа.

— Согласен, — не стал спорить Дрог. — Камень можно разрушить другими способами. Но я говорить о своём стиле боя. Наши предки учили, что меч — он как вода. Вода меняет форму. Блок, шаг, удар, разворот — всё должно быть одним течением. Это… мне тяжело объяснить словами. Лучше наглядно показать.

Он поднялся на ноги и медленно вытащил меч из ножен. Следом он шагнул вперёд, принял стойку и плавно повернул корпус, описав в воздухе широкую дугу. Движение выглядело совсем медленным и тягучим. Только будь это настоящий бой и окажись я рядом с валарийцем, то мигом бы лишился головы.

— Ты сейчас рубишь, потом думаешь, потом снова рубишь, — сказал он, не прекращая движения. — В такие моменты ты останавливаться. Между твоими ударами появляться пустота. В этой пустоте враг может жить. В этой пустоте враг может тебя убить.

— А у тебя этой пустоты нет? — с интересом в голосе спросил я.

— Я стараюсь, чтобы не было. Для этого нужно отбросить все мысли и освободить разум. Это трудно. Не каждый воин на такой способен, — Дрог остановился и снова бросил взгляд на пруд. — Стоячая вода превращаться в болото, ибо без течения нет развития. Истинный воин должен всегда оставаться в движении. Лишь тогда, отбросив мысли, он слиться в едином танце с мечом. Эти слова высек на камне первый император Валарии. Я не дословно переводить… но думаю, смысл нашей философии ты уловить.

Я невольно задумался над его словами.

Отец учил меня скорости, реакции и силе. Он учил меня в любой ситуации адаптироваться к противнику, какой бы стиль он ни использовал. Изучить его атаки, поведение, после чего нанести один стремительный удар и закончить схватку. В этом плане я и впрямь полагался на силу и скорость.

Однако стиль Дрога был другим. Он не столько адаптировался к стилю противника, сколько выискивал щели в его защите, вынуждая того раз за разом допускать новые ошибки.

Это я заметил по себе, когда во время наших первых схваток, в процессе боя у меня накапливалась пара десяток мелких ран. Несмертельных, само собой, но из-за их количества, в процессе боя мои движения становились медленнее.

Можно сказать, мы оба выматывали противника, чтобы нанести смертельный удар, но каждый по-своему. Если я всегда использовал фактор внезапности, нанося удар в самый неожиданный момент, то Дрог выжидал момент, когда его противник достаточно ослабнет. Подходы разные, а результат один.

— Значит, ты предлагаешь мне перестать думать в бою, поддаться рефлексам, и при этом полагаться не на силу, а на движения? — спросил я, поднявшись на ноги.

— Нет, — Дрог покачал головой. — Давить ты умеешь хорошо. Это твой сила. Нельзя бросать свой силу. Нужно добавить к ней течение. Тогда ты стать опаснее.

— То есть не заменить фундамент, а расширить его?

— Да, — Валариец довольно кивнул. — Тигр, который научиться двигаться как вода, страшнее барханного кота. Но пока ты просто тигр, который пытается не утонуть в вода.

— Звучит обидно, — весело рассмеялся я, оценив шутку.

— Зато честно! — невозмутимо ответил Дрог и снова поднял меч. — Давай ещё раз. Медленно. Не бей по моему клинку. Коснись его и позволь своему мечу соскользнуть. Как ручей вокруг камня.

— Другими словами, парируй, — кивнул я, после чего положил ладонь