"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Старостелецкий всю свою жизнь потратил на изучение вопросов магической энергии, потенциала, практики и тому подобного. В его послужном списке содержались несколько научных работ, пара учебников по теории магии и еще несколько крупных и не очень статей.

Он вел лекции во всех магических институтах Российской Империи, даже один раз пересекал южный метеоритный пояс, где посетил несколько стран с лекциями.

Нынче у него накопился обширный опыт общения с магами разных рангов, статусов, сил и возможностей. Он давно перестал удивляться, когда коллеги шептали ему на ухо, что перед ним очередной вундеркинд, потенциальный магистр или выше. Пару раз в год точно ему приводили парочку «магистров», которые оказывались просто пустышками.

В последний раз, когда юному студенту удалось его удивить, дело было в Уральском Институте Магии — десять лет назад. Из парня получился действительно сильный маг, в рамках если не планеты, то Российской Империи точно.

Он как раз вспоминал этого замечательного юношу, когда днем к нему подошла Ермакова и шепнула на ушко, что к нему на пару заявится очередной вундеркинд. «Ага, как же. У вас вундеркинды как грибы после дождя, Наталья Геннадьевна!» — скептически воскликнул Старостелецкий.

Уж кому-кому, а Ермаковой он доверил бы свою жизнь — эту властную и загадочную женщину нельзя было не уважать — но верилось с трудом, что очередной набор принесет хоть что-то интересное.

Какое же его постигло потрясение, когда студент, который буквально вчера приехал в институт, без теории и практики сплел идеальные стихийные элементы — за десять минут! Нет, такого просто не могло быть!

Впервые за долгие годы он не совладал со своими эмоциями и влетел в комнату отдыха как ураган. Не здороваясь, бросился к кулеру и принялся наполнять стаканчик дрожащими руками.

— Валерьян Валерьянович, голубчик, что с вами? — спросила Алефтина Сергеевна, преподаватель астрономии, пожилая женщина в клетчатом костюме и очках на цепочке.

— Потом, Алефтина Сергеевна! Все потом, — отмахнулся он от старушки и принялся пить воду стакан за стаканом.

Он хотел поговорить с Ермаковой, но той не оказалось на месте. Бог знает, где пропадает эта несносная женщина!

Пока он утолял жажду, с него не сводили глаз еще трое преподавателей, которые тоже находились в комнате отдыха.

— Может, хоть намекнете? — не унималась Алефтина Сергеевна, которая всегда отличалась крайним любопытством.

— Тут мне не дадут собраться с мыслями! — заломил руки Старостелецкий и выскочил в коридор.

Почти до конца пары он рыскал по институту в поисках Ермаковой. Как назло пар у нее в этот час не было, так что пришлось ждать следующих.

На входе в аудиторию, где его ждали студенты, он чуть не столкнулся с куратором Ольгой, которая несла целую кипу брошюр. Она посмотрела на него как-то странно, но ничего не сказала. Принимать задания у студентов было очень непросто, но он справился и не выдал волнения.

Вернувшись в комнату отдыха, преследуемый любопытными взглядами преподавателей, он лег на диванчик и затих. От переполняющих эмоций профессор принялся обмахивать себя платком.

Именно в этом состоянии его и застала Наталья Геннадьевна.

— Валерьян Валерьянович, вам плохо? Позвать медсестру? — спросила она бесшумно подойдя сзади.

Увидев Ермакову, профессор вскочил с дивана, аккуратно взял ее под локоть и усадил на диван, а сам сел напротив — на табуретку.

— Наталья Геннадьевна, дорогая, хочу выразить вам свою благодарность! — Он взял ее за руку и начал гладить.

— За что, позвольте спросить? — Она аккуратно высвободила кисть из вспотевших ладоней профессора и незаметно вытерла об обшивку.

— Я про Кузнецова! Это же уникум, невероятные способности! — воскликнул профессор.

Преподаватели, который в этот момент пили чай, сразу же навострили уши.

— Ах, вы про Михаила? Ну, и как он вам? — улыбнулась Ермакова своей загадочной улыбкой, от которой у Старостельского всегда холодело внутри.

— Слушайте все! Бросьте свое печенье! — вскочил на ноги профессор и обратился ко всем присутствующим. — Было обычное, ничем не примечательное занятие. Наколдовать четыре базовых заклинания. Пока все пыхтели и стонали от натуги, этот Михаил Кузнецов справился за десять минут и даже не вспотел.

— Это конечно удивительно, но извините меня, — раздался голос профессора Белозерова. — Но не уникально!

— Он сотворил сразу четыре элемента — одновременно! — показал профессор четыре пальца Белозерову. — Чистейшие элементы высшего класса! Они даже не пахли!

— Вот так? Ну-ка…

Профессор Белозеров без труда сплел все четыре элемента, и они закружились на кончиках его пальцев. Контролировать сразу четыре стихии — непростая задача, но только не для опытного боевого мага, кем Белозеров и являлся.

— Молодец, — кивнул Валерьян Валерьянович. — Однако мы говорим про восемнадцатилетнего оболтуса, который только сегодня впервые вошел в аудиторию!

— Ну, что ж, — притворно задумалась Наталья Геннадьевна. Профессор знал, что именно на такую реакцию она и рассчитывала! — Я рада, что молодой человек произвел на вас впечатление. Мне уже удалось с ним пообщаться. Обаятельный молодой человек. Утром я читала отчет о том, как их «водили на природу». Куратор пишет, что и там он показал себя с лучшей стороны.

— Почему вы мне сразу не сказали⁈ — затараторил профессор. — Надо помочь парню изучить его талант лучшим образом!

Ермакова ненадолго задумалась, а затем щелкнула пальцами.

— Валерьян Валерьянович… — Она встала и зашагала к выходу. — Мы можем поговорить наедине?

— Разумеется! Прошу!

— Замечательно. — Ермакова подождала, пока галантный профессор откроет ей дверь, и они вышли в коридор.

— Мне доводилось слышать, что вы выдаете разрешения на закрытия тренировочных метеоритов, если посчитаете это необходимым? — с хитрым прищуром поинтересовалась она. Профессора бросило в холодный пот, когда ее рот снова сложился в ту же самую улыбку.

— Совершенно верно, но я не понимаю… — начал Валерьян Валерьянович, но Ермакова кокетливо приложила палец к своим губам:

— У меня в кабинете, дорогой Валерьян Валерьянович. Поговорим в кабинете…

⁂

— Миша! — первое, что я услышал, был голос Лоры. — Ты очнулся? Ты переборщил. Совсем чуть-чуть…

— Ох, дай анализ…

Передо мной сидел профессор Белозеров. Его ладонь лежала на моей груди, от нее исходило легкое тепло.

— Парень, у тебя энергетическое истощение, — пояснил он.

За его спиной застыли другие ребята. Дима пытался выглянуть из-за плеча преподавателя.

— Ну что с ним, профессор? — нетерпеливо спросил он. Парень реально испугался за меня. Лицо было белее мела.

— Вот вам наглядный пример неэкономного расхода энергии! — Белозеров похлопал меня по плечу. — Навоевался. Пару дней, а лучше три даже не думай сюда соваться, пока твоя энергия не восстановится. А решишь погеройствовать — порвешь энергетические каналы. А это выведет тебя из строя на пару месяцев минимум.

— Значит, ничего страшного? — выдохнула Света.

— Жить будет, — снова похлопал он меня по плечу. — Ты взял слишком высокую планку, парень.

— Пустяки. — Пошатываясь, я поднялся на ноги. — Мне гораздо лучше.

— Миша, анализ окончен. Даю отчет, — произнесла Лора. — Восстановление немного выросло, энергия потихоньку наполняет тебя.

— Я бы мог дольше держать сферу, — ответил я мысленно. — Надо больше практиковаться, а для этого потребуется больше энергии.

— Не забывай, твое тело может не выдержать такой нагрузки, — предупредила она.

Ребята тоже закончили на сегодня и еле держались на ногах. Однако на их лицах застыла легкая улыбка. Наконец-то от теории перешли к практике. Дождаться бы, когда начнем изучать серьезные заклятия.

Мое самочувствие понемногу улучшалось. Ноги уже не болели, тошнота пропала.

— Дим, ты долго опустошал свой запас? — поинтересовался я.

— Не особо, — помотал головой Бердышев. — Пара огненных шаров, пара камней, один вихрь и струя воды. Потом у меня закружилась голова, и я понял — на сегодня хватит.

— Тебя не тошнило?

— Еще как! — усмехнулся он и ткнул пальцем в Свету. — Наша барышня вообще опустошила содержимое своего желудка. Впрочем, как и Антон.

Многие и вправду стояли с зелеными лицами, морщились и вытирали рты платком. На этом наша сегодняшняя практика завершилась.

— Так, господа, — сказал я, уже окончательно придя в себя. — Пойду немного перекушу. У меня в расписании еще одна пара на сегодня. Монстроведение.

Мы вышли в фойе первого этажа. Я, Дима, Света, Виолетта и Антон никак не могли распрощаться и разойтись по своим занятиям.

— Начало через полчаса, — сообщил я. — Кто со мной в столовую?

— Я пас, — отказался Антон. — Мне через десять минут надо быть на поле.

— И я, — кивнули Дима с Виолеттой. — У нас основы магии.

— А у мне еще надо заглянуть в спальню, — сказала Света. — Предлагаю