Доппель стори - Владимир Алексеевич Абрамов

в тот момент, когда я вышел на лестничную клетку. Возвращаться в номер мне не хотелось. И тем более у меня не было желания торчать на улице под дождём дольше, чем требуется для того, чтобы выкурить сигарету. Там как раз шёл дождь и дул сильный ветер. Сделайте запрос сотовому оператору. А теперь либо отпустите меня, либо предоставьте телефонный звонок, чтобы я мог позвонить своему адвокату! Я провёл трое гребаных суток под завалами и кое-как выжил, и теперь мне нужно лечение и покой.

— Можете быть свободны, Джон, — пожилой кивнул молодому напарнику. — Вилли, сними с него наручники и проводи до выхода.

* * *

Степан сидел в пикапе на съезде с шоссе на сорок восьмой миле. К десяти вечера сюда должны подъехать Кларк и Томми. Фиксов на всякий случай подготовился. В канаве у дороги лежали четыре двойника с винтовками.

Мэр и Шериф приехали без опозданий, чётко к десяти вечера.

Степан покинул салон автомобиля и встретил их на дороге. Томми начал кричать на него ещё из салона Мерседеса:

— Ты что натворил, больной ублюдок?! Ты взорвал целый отель вместе с собой, чтобы убить этого сраного бизнесмена?

Шериф вышел из автомобиля. Его лицо побагровело от злости. Брызгая слюной во все стороны, он продолжил вопить подобно разъярённому бабуину:

— Там погибли восемнадцать человек и больше ста ранило. Ты маньяк, тебя надо убить! На твоём счету уже две сотни трупов.

— Кто эти люди? — губы Фиксова изогнулись в улыбке человека, познавшего дзен. — Просто потерянные души, которые обрели покой. Цель выполнена. Дорогой мэр, не забудьте про пятнадцать процентов.

Степан резко развернулся и пошёл к своему пикапу. Шериф схватил его за ворот куртки и приставил к виску ствол пистолета.

— Ты должен стоять, пока я с тобой разговариваю, сучёныш!

— Убери ствол, — замер Степан.

— Ты что натворил, больной ублюдок?!

Мэр, стоящий в стороне, будто он не приделах, миролюбиво произнёс:

— Давай не будем ссориться с нашим мессией.

— Мудрые слова, Томми, — покосился в сторону шерифа Фиксов. Полноценно обернуться мешал пистолет у виска. — Мы все повязаны кровью, и ссориться нам ни к чему.

— Ты-ы… — глаза шерифа налились кровью.

— Если я захочу, то я разнесу весь этот чёртов городок вместе с твоим полицейским участком, если прикажу послушникам убить всех неверных. Ты меня понял, Томми?

У шерифа от злости желваки заходили ходуном. Фиксов продолжил:

— Так что успокойся, и радуйся, что я делаю за вас всю грязную работу.

— Ладно, проехали, — с зубовным скрежетом Томми убрал пистолет от головы Степана. — Но впредь будь аккуратней. Тобой и так уже интересуются федералы.

Степан попрощался и сел за руль форда. Он тронулся с места с пробуксовкой, выписал резкий поворот, и тем самым поднял кучу пыли. Его пикап скрылся в темноте.

Мэр и Шериф остались на дороге.

— Знаешь Кларк, — задумчиво смотрел вслед Фиксову шериф, — наш проповедник заигрался в бога и его пора убирать.

— Я с тобой полностью согласен, но это будет непросто.

— Непросто, — кивнул Томми.

— Осталось решить, как избавиться от этой занозы в заднице. Взрыв в церкви его не убил, но нанёс травмы. Я говорил Майклу, что нужно бахнуть посильней.

— Но он не бахнул, — нахмурил брови шериф.

— К сожалению, — грустно вздохнул мэр. — Зато нам теперь доподлинно известно, что у этого психа имеются границы неуязвимости.

— Яд?

— Проблематично, — Мэр медленно покачал головой из стороны в сторону. — Отравить его не получится. Он каждый раз меняет послушников, которые едят с ним его пищу.

— Яды бывают разные…

— Томми, ты у нас по силовой части…

— Ладно, придумаем что-нибудь, — шериф закурил сигарету. — Кларк, как думаешь, откуда у него такая защита? Ты же не веришь в эти сказки про бога, апокалипсис и антихриста?

— Нет, конечно! Мне кажется, всё дело в медальоне у него на груди. Он его никогда не снимает. Даже при взрыве в церкви он остался на нём, когда вся другая одежда сгорела.

— Медальон, да? — шериф выглядел глубоко задумчивым. — Любопытно, что бы это могло быть? Какая-то разработка спецслужб?

— Может быть, — пожал плечами мэр. — А может, что-то другое. Но вряд ли это дело рук господа.

— Кстати, Кларк, я пробил мессия через знакомых — у него все документы левые. Так что вполне возможно, что это правительственный эксперимент, который вышел из-под контроля или инопланетные технологии.

— Так или иначе, Томми, нам нужно его убрать, — мэр сел за руль мерседеса. — Поехали, друг. Мне ещё Марго укладывать.

Автомобиль выехал на шоссе и двинулся в сторону города. Как только он скрылся в темноте, из канавы вылезли двойники, которые принялись раздеваться и складывать оружие в большой мешок. Последний закопали тут же в песке у дороги, после чего по одному исчезли. Лишь один из них задержался на пару минут, чтобы передать услышанную информацию Степану прямо в мозг. После выполнения задачи он так же растворился в воздухе.

* * *

Фиксов развалился на диване с огромным косяком марихуаны сорта «голубая мечта» и пускал колечки в воздух.

— Значит, хотите меня убрать? — пробормотал он. — В таком случае придётся действовать наперёд — первым убрать вас! Жаль, — вздохнул он. — Мне здесь нравится. Впрочем, ничего страшного. Создам секту в другой стране. Вот завалю вас и разберусь со Звягинцевым, и заживу новой жизнью.

Недавно братки из Волгограда ему доложили, что Звягинцев уже оформил визу. Через две недели он прибудет в США. При воспоминании о сантехнике Фиксов мечтательно оскалился, представляя, как будет его убивать.

— Надо не забыть его встретить. И стоит проведать мою гостью, а то с этими делами я про неё совсем забыл, — ещё шире стал его оскал.

Степан спустился в подвал. В тусклом свете лампы он увидел лежащую на полу Людмилу. Парень горел желанием с ней поразвлечься. Секс с непокорной девкой доставлял ему удовольствие.

Он подошёл к её клетке и с силой ударил ногой по прутьям. В тот же миг раздался металлический грохот. Девушка подскочила с матраса, как ужаленная. В этот миг Фиксов имел честь лицезреть её физиономию. Лицо девушки превратилось в один сплошной синяк. Глаза заплыли так, что были видны лишь залитые кровью белки глаз. Всё желание в штанах мессии упало.

— Да-а-а… — протянул он. — Видимо, я перестарался с воспитанием.

Людмила забилась в угол клетки и испуганно смотрела на Степана.

— Чё, страшно? Ничего, скоро на том камне окажешься и ты, — хищно оскалился он. — После своего любимого. Ха-ха-ха! Сначала ты полюбуешься на то, как он мучатся. О, да! Это будет ВИП жертвоприношение только для самых близких: тебя и