Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

осуществляет ей ежемесячные выплаты части лицензионных отчислений за мои изобретения. В случае моей гибели она будет получать их в полном объёме. Речь о таких суммах, о коих она не смела и мечтать. Так я передал лицензию на изготовление гирокомпаса уже четырём фирмам. Выплата за каждое произведённое изделие составит тысячу рублей. Полагаю, что только это принесёт мне огромный капитал. Есть и другие патенты, которые заинтересовали промышленников. Так что о близких я не забыл, ваше превосходительство. Остальными же деньгами желаю распоряжаться по своему усмотрению. А сегодня у меня одно желание — победа в войне.

— Разве вы верите в нашу победу, мичман? Мне доносили, что вы неоднократно пророчили России поражение.

— Не думаю, что по тому, как я воюю, можно сделать вывод, будто мною владеют пораженческие настроения. Я делаю то, что должен, и даже больше не ради того, чтобы проиграть.

Да, я ставлю на выигрыш. Вот только каждый из нас понимает победу по-своему. Для Скрыдлова это разгром Японии. Для меня — поражение России не со столь разгромным счётом. И именно на это я и работаю. Правда, действовать придётся с не меньшей самоотдачей. И пока всё идёт по вновь разработанному плану. Я командир подводной лодки «Скат».

Глава 3

Старший офицер для «Ската»

— Ну и как мы себя чувствуем? — войдя в комнату, спросил я.

— Вы⁈ — не смог сдержать своего удивления лежавший в постели Налимов.

— А кого вы ожидали увидеть? Архангела Михаила? Так рано ещё. Я и не планировал отправлять вас на небеса.

— Чем обязан? — холодно поинтересовался молодой человек.

— Бросьте, Пётр Ильич. Согласно дуэльному кодексу, все наши разногласия разрешены, Господь раздал всем сёстрам по серьгам, а нам следует оставить прошлое в прошлом.

— Но это не значит, что я должен переменить своё отношение к вам.

— Правильно. Поэтому я и решил лично поспособствовать этому. А то пока до вас дойдёт, что я не так уж и плох, времени слишком много уйдёт, а его у нас немного. Ну так как вы себя чувствуете? Полагаю, что уже лучше. Неделя достаточный срок для лечения огнестрельного ранения по методике хирурга Миротворцева. Он в Артуре первейший светила и излечил чёртову уйму раненых, не в пример вашему случаю. Всего-то мягкие ткани.

— Милостивый государь, я не звал вас и не намерен терпеть ваше общество.

— Да хватит вам ерепениться. К тому же разве так встречают того, кто принёс вам благую весть. Я слышал, что вы подали рапорт о переводе в подводники. Не знаю, что послужило причиной, повышенное жалованье или слава капитана Немо, но я решил, что вы мне подходите. Как вам должность старшего офицера на подводном миноносце «Скат»? Правда, вам придётся совмещать её с другими должностями, ибо на лодке нас только двое.

— Олег Николаевич, о чём вы вообще говорите? Я не желаю иметь ничего общего с шулером. И уж тем более служить с вами на одном корабле.

— Подводной лодке. Впрочем, это суть одно и то же, — жизнерадостно заявил я.

— Послушайте…

— Нет, это вы послушайте, — жёстко оборвал его я. — С чего вы вообще взяли, что я шулер? Ну должно же быть этому объяснение.

— Я заметил, что вы играете, зная весь расклад на руках. И хотя порой вы проигрываете, ни единого вечера не уходите без выигрыша. А то, как вы дважды шли ва-банк с мусорной картой на руках, может говорить лишь о вашей уверенности в победе. Ваши противники блефовали, вы же знали, что выиграете.

— И это всё? Никаких доказательств, только ваши умозаключения и завидное упрямство? Больше ничего?

— Не упрямство, а убеждённость в моей правоте, — вскинулся он.

— Только я очень прошу, не стоит повторять это на людях. Обождите ради приличий хотя бы пару месяцев. А пока суд да дело, предлагаю вам вместе бить японцев.

— С вами? — окинул он меня презрительным взглядом.

— Плечом к плечу, — энергично кивнув, подтвердил я.

— Это невозможно.

— Ещё как возможно, Пётр Ильич. Просто вы пока ещё не знаете всей сути моего предложения. Надеюсь, вам известно о том, что я являюсь весьма деятельной натурой и не люблю переливать из пустого в порожнее?

— Я столько слышал о ваших подвигах, что в подобное с трудом верится. Впрочем, этого нетрудно добиться, имея в приятелях известного репортёра с бойким пером. Поговаривают, что именно его стараниями вам удалось избегнуть заслуженного наказания и вернуть как чин, так и награды.

— А награды мне, конечно же, выданы по ошибке.

— Благодаря покровительству великого князя, для коего вы стали отличным собутыльником в Артуре.

— Понятно. Для начала, месье Форже стал известным и популярным репортёром именно благодаря мне. Впрочем, это всё слова. И боюсь, мне не перебить всю ту грязь, что льют на меня. Поэтому намерен доказать вам свою правоту делом. Одевайтесь.

— По вашей милости я ранен.

— Ранены вы по вашей милости, Пётр Ильич. А по моей остались живы. Пожелай я вас убить, и мы с вами не разговаривали бы. И моими же стараниями вы активно идёте на поправку, ибо именно я попросил врача с «Севастополя» заняться вашей раной. Так что одевайтесь. И вообще вам необходимо двигаться для лучшего кровообращения, которое способствует скорейшему восстановлению.

— А если я не пожелаю? Силой заставите?

— Если не пожелаете, то я просто уйду. А вы потом будете себе локти кусать, наблюдая за успехами другого и понимая, что могли оказаться на его месте. Или полагаете, я намерен прохаживаться в окрестностях Владивостока и надеяться на удачу? В мои планы не входит ждать, не пожалуют ли в гости японцы, я сам намерен их искать и бить.

— И как вы собираетесь это делать? Всем известно, что задача подводных миноносцев это оборона.

— Я намерен доказать обратное.

— Как?

— Отказываясь от моего предложения, вы узнаете это лишь из газет и методичек по тактике использования подводных лодок. Соглашаясь, будете участвовать в их составлении.

— И почему вы вцепились именно в меня?

— Потому что вы умны, храбры, хладнокровны, отличный штурман и подали рапорт о переводе в подводники. Но главное, это ваша честность. Уверен, если открою вам свои карты, получу соратника, готового встать со мною плечом к плечу.

— Даже так? — скептически