Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Открой интерфейс, посмотри.

— Интерфейс?

— Шурка, ты объяснял ей правила?

Шурка качнулся на пятках и зашептал скороговоркой заученные фразы:

— Я всегда готов объяснить правила игры. Правила для всех одинаковые. Если кто-то забудет правила, он может прийти в ратушу и получить консультацию клириков. Если возникнут разногласия, вы всегда можете обратиться к мэру…

— Ради бога, заткнись, — оборвал его я и повернулся к девчонке. — Слушай сюда: всё, что ты видишь — дома, площадь, горы, вон та чёртова крепость — это игровая локация Форт-Хоэн. Ты — игрок, я тоже игрок. Шурка, Дизель, те мудаки, которые дерутся возле ратуши — все они игроки. А вот расфуфыренный клоун, который корчит из себя мэра, персонаж. Чем отличаются игроки от персонажей, я не знаю. Возможно, это знание откроется на более высоких уровнях, а пока приходится довольствоваться тем, что есть. Все твои данные находятся в личном интерфейсе. Открыть его можно… э-э-э… собственным желанием. Просто подумай: интерфейс откройся. Как сим-сим. Понятно?

Она кивнула. Она знала, что такое сим-сим, но не понимала, откуда у неё это знание, впрочем, как и все мы.

— Уголёк, — сказала девчонка.

— Что? — не понял я.

— Моё имя Уголёк. У меня есть дешёвый лук и пять каменных стрел.

Она стрелок. Эта мелкая худышка с большими ледяными глазами и чёрным именем — стрелок. Редкость для Форт-Хоэна. Не хочу сказать, что никто не умеет пользоваться луком. Умеют все, и я в том числе. Но она изначально заточена под стрельбу. Надо использовать эту информацию себе во благо, и я знаю, как это сделать. По лицу Дизеля я догадался, что он тоже знает. Он потянул к ней палец и открыл рот, но я опередил его.

— Диз, с этим потом. Для начала давай её спрячем.

— А-а-а… Давай. Куда?

Я осмотрелся. Неплохо бы нырнуть в какую-нибудь нору, проулок, например, или… Прямо перед нами покачивались двери «Рыжей Мадам». Я указал на них.

— Туда.

В трактире по-прежнему было тихо и скучно. Если до событий на площади ещё наблюдалось какое-то движение в зале, то теперь вообще всё затихло. Из живого оставался только бармен. Я попросил Диза провести девчонку к столику, где по-прежнему стояли наши кружки, а сам подошёл к стойке.

— Уважаемый, могу я увидеть хозяйку?

Бармен зевнул.

— А чё нет, увидь. Вон картина на стене висит, — и ткнул большим пальцем себе за спину.

На задней стене в обрамлении пивных бочек действительно висела картина, но на ней была изображена не хозяйка заведения, а большой свиной окорок с укропом и лимонными дольками. Это он мне так хамит? Странное поведение для не боевого персонажа. Здесь одно из двух: или он смелый, или хозяйка его жена и они сейчас не в очень хороших отношениях.

Я навалился грудью на стойку и забарабанил пальцами по свежей полировке.

— Уважаемый, если ты считаешь свою хозяйку свиньёй, это ваши дела, я не собираюсь в них лезть. Но я собираюсь смазать тебе по роже вот этим, если ты её не позовёшь, — я продемонстрировал ему кулак. — Ферштейн?

— Чего грозить сразу? — голос бармена дрогнул. — Позову сейчас, жди.

И направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Вы получили способность «Угроза»

Ваш взгляд становиться настолько пронзительным, что с вероятностью в 90 % вы можете напугать собеседника и принудить его подчинится вам. С повышением уровня эффект воздействия усиливается. Время действия пятнадцать секунд. Возможность повторного использования через шестьдесят минут.

Вот и первый бафф, и пришёл он не с повышением уровня или покупкой свитка, как я предполагал, а в процессе действия. Надо поэкспериментировать в общении с персонажами и найти другие баффы. «Угроза» наверняка не единственный.

По лестнице спускалась женщина. На вид лет шестьдесят, чопорная, глаза острые с эффектом голодной акулы, каштановые волосы аккуратно уложены в пучок. Рыжая Мадам иногда выходила из своих апартаментов, когда разогретые пивом подёнщики намеревались устроить в таверне погром, и успокаивала всех одним взглядом. Теперь этот взгляд был целиком сосредоточен на мне.

— Я не люблю, игрок, когда моим людям угрожают.

Я почувствовал дрожь в руках и слабость в коленях. Захотелось присесть, а ещё лучше забраться с головой под одеяло и не вылазить оттуда сутки.

Против Вас использована способность «Угроза»

Вот, значит, что испытывают те, на кого накладывают этот бафф. Получается, Рыжая Мадам тоже палач, и палач не хилый. В пределах одного класса баффы действуют слабо или вообще не действуют, и раз Мадам смогла меня продавить, стало быть… Я даже боюсь подумать, какой у неё уровень.

— Что вы, Мадам, — стараясь сконцентрироваться и вернуть себе уверенность, заговорил я, — это была не угроза, я лишь хотел поставить на место глупого холопа, посмевшего сравнить вас вон с тем окороком.

Я кивнул на картину. Взгляд хозяйки метнулся к холсту, и эффект, только что гнобивший меня, обрушился на бармена.

— Это так?

— Я… — тот болезненно скривился, и под воздействием неведомой силы начал клониться к полу.

Губы Рыжей Мадам исказились в сардонической ухмылке, могу поклясться, что давить персонажа ей нравилось. Она испытывала удовольствие, причем, хорошо заметное, но что более всего обескураживало, это как быстро она переключилась с одной жертвы на другую. Ей было всё равно, кого давить.

Бармен палачом не был, поэтому прогнулся почти до пола. Лицо его исказила гримаса страха, язык вывалился, пальцы, с упорством тонущего цеплявшиеся за край стойки, посинели. Предполагаю, что со мной должно было случиться нечто похожее, не переведи я стрелки на этого бородатого стукача.

Время угрозы истекло, и Рыжая Мадам благодушно выдохнула. Бармен пополз на карачках вдоль стойки к кухне. Оттуда выбежали две девицы, одна помогла бармену подняться, другая стала протирать его лицо мокрой тряпкой. Видимо, наказание не было в диковинку у персонала и они уже знали, как приводить в чувства пострадавших.

Хозяйка подошла к бочке с пивом, наполнила кружку, поставила передо мной, взяла вторую.

— Это чучело сказало, что ты хочешь говорить со мной?

После того, что я увидел и почувствовал, хотелось не говорить, а пить, и Рыжая Мадам понимала это не хуже меня. Она наполнила вторую кружку, кивнула, как бы сказав «ваше здоровье», и сделала глоток. Я приник к своей кружке и не остановился, пока не опустошил её на половину, лишь после этого смог выдавить:

— У меня просьба к вам, госпожа.

— Давно ко мне не обращались с просьбами, — в голосе хозяйки слышалось равнодушие. — Ну проси, коли пришёл.

Я