Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

спросить: к кому? До себя дойти не удалось, до кого-то другого... Лучше не думать. Я и не буду. Сейчас получу своё вино: вот и Вассади вернулся с парой бутылей в корзинке. Может быть, удастся запить им горчинку, отчётливо ощущающуюся на языке? Запить привкус одержанной победы, неумолимо подталкивающей к новым сражениям?

— На ваше счастье, heve, нашёл!

— Спасибо за труды.

— Да какие ж труды? Мой долг — радовать покупателей. А вас чем могу порадовать, hevary?

— Право, я даже не знаю...

Тихий, но вовсе не робкий голос, хотя и особой силы в нём не слышно. Однако нужны ли внешние проявления силы той, чьё настоящее могущество дремлет внутри?

Поворачиваюсь. Наверное, излишне резко, потому что в тот же миг Ливин замечает моё движение и в точности повторяет. Зеркальным отражением.

Ты?

Светлые ресницы дрогнули, бросая тень на прозрачную зелень глаз.

Я. Прости, не искала встречи нарочно: так получилось.

Даже если искала бы... Я не сержусь.

Разве у тебя должны быть причины сердиться?

О, сколько угодно!

Все они рождены мной?

Нет, не все. По правде говоря, ни одна из них: я сержусь только на себя.

Из-за чего же?

Из-за того, что вечно держу чувства в узде и поверяю расчётом каждое веление сердца.

Это не так уж плохо.

Это убийственно.

Для кого?

Для меня. Прости.

За что?

Я трус.

Ты не трус, ты лжец.

Разве?

Сказал, что трусишь, и солгал: в твоих глазах не было страха ни тогда, ни сейчас.

Что же в них было?

Не знаю. Надо подойти поближе и заглянуть.

Заглянешь?

— Ай, как прекрасны влюблённые! — Воздел руки к потолку Вассади. — Как первые весенние цветы на обнажённой земле!

Ливин качает головой:

— Мы не влюблены.

Подтверждаю:

— Мы даже не знаем друг друга.

— А что вам мешает? Узнавайте, впереди долгая жизнь! А бедному торговцу позвольте пожелать вам счастья и... уделить внимание другим покупателям!

Улыбаюсь. Вот ведь пройдоха: осыплет любезностями, только чтобы выдворить из лавки. Ливин выходит на улицу и нерешительно останавливается, словно не зная, в какую сторону шагнуть. Что ж, наступает моя очередь. Мой бросок игральных костей. Он не может получиться неудачным, верно?

— Hevary, позволите спросить?

— Спрашивайте.

— Вассади, конечно, хитрец и обманщик, но сегодня его устами говорила судьба. Я не отказался бы узнать вас поближе. А вы?

— Заманчивое предложение. На всю долгую жизнь?

— Если изволите.

Она делает вид, что задумывается.

— Грешно не слушать судьбу... Что ж, я согласна попробовать.

— Тогда не соблаговолите ли посетить мой дом, hevary? Сегодня в нём будет накрыт праздничный стол, за которым мы вполне могли бы начать наше знакомство.

— Стол? М-м-м... Вы знаете, чем увлечь проголодавшуюся девушку!

— Позволите предложить вам руку?

Прозрачные глаза наполняются светом ещё не надежды, но очень близкого чувства:

— А может быть, и что-то другое?

— И НЕПРЕМЕННО что-то другое!

Мы начнём с начала. С чистого листа. Откроем чернильницу, обмакнём кончик пера и напишем... А что же мы напишем? Четверостишие или целую поэму? Неважно. Главное, теперь всё должно получиться: ведь если заново приступаешь к знакомому делу, прежних ошибок уже не повторишь. Наверное. Может быть.

Рональд и Асия Уэно

Ко(с)мическая опера

ВМЕСТО ПРОЛОГА

Космопорт «Солар Си», июль 2104 г., четверг, два часа пополудни.

— Транспорт опаздывает.

— Опять?

— Не опять, а снова.

— Почему-то меня это не удивляет!

— И никого не удивляет. Однако придется придумать, чем занять свалившиеся на нас несколько часов свободного времени.

— Я предлагаю здоровый сон.

— Фи, как это обыденно! Есть идея получше: я буду тебя слушать.

— Меня? Прости, Рэнди, но в качестве кого? Петь я отродясь не умел. Декламировать стихи? Как-то ничего не приходит в голову.

— При чем здесь пение? И стихи нам ни к чему. Расскажи мне что-нибудь из своей жизни. То, что осталось за кадрами «светской хроники».

— Зачем?

— Ну я же должен знать, из какой семьи беру жену!

— Хм… Пожалуй, стоит сказать любимой сестренке, чтобы она еще раз подвергла свое решение тщательному анализу.

— Не вредничай, Мо! Ну что тебе стоит?

— Считаешь меня талантливым рассказчиком? Зря.

— Я же имел удовольствие читать твои сочинения! Так что не прибедняйся.

— Не хочется, Рэнди.

— Опять лень разыгралась?

— Настроения нет.

— Так в чем же дело? Сейчас закажем по сто пятьдесят лучшего коньяка — и оно придет!

— Рэнди, я тебя убью.

— До коньяка или после?

— Во время, чтобы не портить послевкусие!

— Так расскажешь?

— О чем именно?

— Ну-у… Что бы такое выбрать? Как ты попал в Отдел, к примеру.

— Это не так уж интересно.

— А что интереснее? Как ты познакомился с Амано?

— Рэнди!

— Тогда расскажи об этом!

— Ну уж нет!

— Дела обстояли настолько интимно?

— Какое там… Хватит ржать! Все было очень даже прилично!

— Что-то не верится!

— Почему это?

— Зная твою способность оказываться в самых невероятных ситуациях…

— Да что ты ко мне привязался! Между прочим, на дежурстве находимся мы с тобой, а не я и Амано!

— Это чтобы работа была сделана, чучело! А то оставь вас вдвоем…

— Если бы мы были вдвоем… Рейс прибыл бы в полном соответствии с расписанием, досмотр был бы проведен по инструкции, со всей возможной скоростью и я давно уже отправился бы в Управление писать отчет!

— А мне думается, что все было бы совершенно иначе! Например…

— Ну и где обещанный коньяк?

Впрочем, я так и не поведал ему всех подробностей истории…

Эпизод 1

КОСМЕТОЛОГИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА АНТИФРИЗА

Морган Кейн.

Следственное Управление Службы Безопасности Федерации, Информационный Отдел, Архив, март 2103 г., пятница, вскоре после обеденного перерыва.

Тяжелая маслянистая капля шмякнулась на мой затылок. Увесисто, звучно, со злорадным наслаждением. Я выругался и отполз в сторону — только для того чтобы ее старшая и более зрелая подруга приземлилась на мой загривок, некоторое время поерзала на одном месте и в конце концов скатилась по спине вниз.

Я тяжело вздохнул. Сил ругаться не было, да и что толку? Прожитые годы научили меня относиться к жизни вполне стоически. Почему? Попробую объяснить.

Посещает ли вас изредка ощущение, что жизнь не задалась?

Например, утром, когда пьете кофе, успевший остыть, потому что от завтрака вас оторвал пронзительный сигнал комма. Вы, разумеется, бросили все, что в тот момент находилось у вас в руках (начиная от любимой чашки