Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

дохлых паладинов и корпуса подбитой техники Элронда тоже превратились в пыль, и на поле боя остались только наши потери. Остатки рейнджеров бродили по прерии, собирая доспехи и оружие своих павших товарищей. К нашему разговору никто из них интереса не проявлял, видимо, Магистр объяснил им все еще до боя.

В своей уникальной манере, разумеется.

— Это неплохой план, — сказал Гарри. — А как насчет сил поддержки?

— Я, как обычно, обеспечу все необходимое, — сказал Магистр. Так вы с нами, мистер Борден?

— Выходные у меня, вроде бы, ничем не заняты, — сказал Гарри.

— Отлично, — Магистр повернулся ко мне. — Селена мертва?

— Нет, — сказал я.

— Мы договаривались немного иначе.

— Я убил ее, она воскресла, — сказал я. — Что еще я мог сделать?

— Убить ее еще раз? — предположи Магистр.

— Обязательно, — сказал я. — Как только я снова ее встречу. Но сейчас я сделал все, что мог.

— Сделал все, что мог, — повторил Магистр. — Это чертовски похоже на попытку оправдать свою неудачу. Проигравшие делают, что могут. Победители делают то, что должны.

— А ты вообще делаешь, что хочешь, да?

— Не каждый, к сожалению, раз, — сказал Магистр. — Полсон?

— Мертв.

— Жаль, — сказал Магистр, но голос его остался прежним, а на лице не дернулась ни одна мимическая мышца. — Как это произошло?

— Селена, — сказал я. — Уже после респауна.

— Я понимаю, что Селена, — сказал Магистр. — Но я не спрашивал, кто. Я спрашивал, как.

— Она перерезала ему глотку, — сказал я. — Черным зазубренным кинжалом, вероятно, отравленным ядом изначального мира.

— Скорее, вирусом изначального мира, — поправил меня Магистр.

— Ты не говорил, что у нее есть такое оружие, — сказал я.

— Прерия обширна, небо голубое, вода мокрая, где-то в этом штате застрелили Кеннеди, Селена — Архитектор, у Архитекторов есть оружие, способное убить кого угодно, — сказал Магистр. — Какой еще из очевидных фактов я должен был упомянуть? Или ты думал, что все будет просто? Если так, то я открою тебе большой секрет, физрук. В этой игре ничего не бывает просто. За по-настоящему ценные вещи надо драться всерьез.

— А за что дерешься ты? — спросил я.

— Ты знаешь, за что.

— Я уже не уверен, — сказал я. — Ты мне что-то там говорил, но ты же Архитектор, а Архитекторы врут. Это тоже очевидный факт.

— В чем же, по-твоему, я солгал?

— Например в том, что Пожирателя Миров можно остановить при помощи Венца Демиурга, — сказал я.

— Такое возможно, — сказал Магистр.

— Тогда ради чего мы устроили весь этот цирк и положили столько людей?

— Венец у тебя, — сказал Магистр. — Почему ты позволил Полсону умереть?

— Ты знаешь, почему, — сказал я. — У меня не хватает статов, чтобы им полноценно пользоваться.

Магистр ткнул пальцем в Виталика.

— С ним у тебя получилось.

— Да, — сказал я. — Потому что решение было очевидным и лежало на поверхности.

Разумеется, я экспериментировал с Венцом позже, но все было безрезультатно. Мифический интерфейс разработчика так и не открылся, мое мировосприятие осталось прежним, что с Венцом на голове, что без него.

Или я что-то не так делаю, или слухи о всемогуществе артефакта оказались сильно преувеличенными.

— Я уже говорил тебе, Венец Демиурга — это скальпель, — сказал Магистр. — Инструмент, предназначенный для решения определенного круга задач. Конечно, его можно использовать и в качестве оружия, и, чисто теоретически, ты можешь взять скальпель и затыкать им до смерти слона или кашалота. Но сколько усилий тебя для этого потребуется и сколько времени ты потратишь?

— Если на кону чужие жизни, я готов пожертвовать собственным временем, — сказал я. — И приложить некоторое количество усилий.

— Не сомневаюсь. Вот только времени у нас не было, — сказал Магистр. — При помощи скальпеля… Венца можно сделать так, чтобы Пожиратель Миров перестал существовать. Но для этого потребуется воспроизвести множество точечных воздействий в совершенно разных местах. Плетение этой паутины потребовало бы несколько месяцев, если не лет, и за это время Земля точно была бы потеряна для вас навсегда.

— А тебе до этого что за дело?

— Мне нравится эта планета, — сказал Магистр. — Я провел на ней достаточно долго времени и не хотел бы, чтобы все для нее закончилось вот так. В глотке Пожирателя Миров.

— Какой-то ты, сука, мутный, — заметил Виталик.

— Какой-то ты, сука, мертвый, — отреагировал Магистр, даже не посмотрел в его сторону. — Я вообще не понимаю, к чему все эти терки и что ты мне пытаешься предъявить, физрук. У нас был уговор, и я свою часть выполнил — Венец у тебя, делай с ним, что хочешь. Теперь ты должен выполнить свою.

— Это еще не предъявы, — сказал я. — Я просто хочу кое-что прояснить.

— Так валяй, — сказал Магистр. — Но, желательно, побыстрее. Нам еще галактику спасать надо.

— Полсон, — сказал я. — Зачем ты его сюда позвал?

— Разве это не очевидно? — спросил Магистр. — Чтобы выиграть нам время. Полсон — разрушитель. И он вполне себе разрушил.

— А может быть, ты позвал его сюда из-за Немезиды? — спросил я. — Потому что знал, что его скилл разрушителен и для бонусов изначального мира? Хотел избавиться от нее одним махом? И, может быть, от меня?

— А, так вот в чем дело, — сказал Магистр. — Расстроился, что я тебе не подождал и оставил под огнем?

— Я расстроился по другому поводу, — сказал я. — Мне кажется, что ты всех нас используешь, и делаешь это для того, чтобы в конечном итоге в этой Игре остался только один имбалансный персонаж. Ты.

— Ну не дурак ли? — удивился Магистр. — Я тебя использую? Когда ты пришел к маяку, ты хотел даже получить от меня даже не Венец, а информацию о его местонахождении. А я отдал тебе целый артефакт, хотя ты свою часть соглашения до сих пор не выполнил. Обоих, хочу тебе напомнить, соглашений. Пожиратель Миров все еще жив. Селена все еще жива. Если я тебя использую, то делаю это крайне неэффективно, согласись.

— Почему ты не хочешь избавиться от Селены сам? — сказал я, пропуская мимо ушей напоминание о моей неэффективности.

Оно было довольно несправедливо. С Селеной я просто не успел вовремя среагировать, но собирался закончить это дело, как только случай представится. Против Элронда же у меня тогда не было никаких шансов. Все равно, что дать папуасу копье и отправить его разбираться с танком.

— Она — предпоследний Архитектор, — сказал Магистр. — Я — последний. Тебе мало этой причины?

— А может быть, ты боишься, — сказал я. — Может быть, у тебя нет оружия, способного нанести летальный ущерб игроку с бонусом изначального мира.

Магистр покачал на плече Отца Всех Мечей.

Я покачал головой.

Неубедительно. Отец Всех Мечей, как ни крути,