Наследие младшей ветви - Юджин Никитин

соседа Дмитрия по комнате ей удалось узнать, что он уехал домой, по семейным причинам. А еще через неделю пришло к ним домой официальное уведомление о расторжении помолвки. Без надлежащих объяснений. И уже ей пришлось объяснять родителям причину происходящего. Как же ей было стыдно и обидно объяснять всё произошедшее родителям. В отличии от не желавшего ничего слушать жениха, отец с матерями её выслушали. Нет, конечно её никто не похвалил за содеянное, но они её выслушали и даже приняли её объяснения по поводу того, что сподвигло её так поступить. На следующий день после пришедшего уведомления и разговора по душам, её отец, поступившись гордостью, ради её счастья переступив через себя уехал к Новиковым. Благо их усадьба была всего в нескольких часах неторопливой езды. И уже к обеду вернувшийся с совершенно мрачным лицом отец на все её вопросы лишь ответил, что помолка разорвана окончательно. И разговаривать больше не о чем. Три года, три года веры в то что всю оставшуюся жизнь они проведут вместе. Всё было стерто за один день. Да она совершила ошибку, она и сама это прекрасно понимала тогда, и понимает сейчас. Но разве три года совместных планов и мечтаний не стоили хотя-бы трех слов лицом к лицу?

А теперь здесь на его выпускном балу где они должны были быть вместе, он не то что не рядом с ней. Он даже не смотрит на неё. Вероника для него теперь просто пустое место. Чтобы она не совершила — разве она заслужила такое отношение к себе?

— Вот же тварь! — Кирилл в который раз вскочил и снова начал кружить по комнате что была рабочим кабинетом его отца.

— Сядь придурок и сиди спокойно. Хватит уже нервов твоих. Нанервничал итак выше крыши. — строгий голос сидящего в кресле мужчины осадил взбешенного подростка, заставив замереть на месте.

— Отец. Но почему? Он же напал. Влез к нам в компанию. Начал оскорблять. Как я мог не реагировать на это?

— Реагировать? — голос мужчины перешел на рык — Да ты отреагировал как ослепленный яростью бык! Бросился сам на него с кулаками. Мало того, что бросился первый на младшего и неинициированного, так и еще бездарно просрал всё. Да он тебя одним ударом уложил. Ты как какая-то тряпка валялся у его ног. Теперь отмыться от этого позора как? Я тебя щенок спрашиваю, как?

Сказать, что Глава семьи Настеновых был в ярости — значит ничего не сказать. Была бы сейчас его воля и не был стоящий напротив него парень его старшим сыном, убил бы с радостью идиота, что умудрился сегодня так опозориться у всех на виду. Судя по тому как, его сын отшатнулся в испуге в сторону, все его желания были написаны у отца идиота на лице.

— Завтра же ты убываешь в Тулу, в Военную Академию сопляк. Может там тебя научат уму разуму — раз я не смог. — Настёнов старший устало откинулся в кресле и махнул рукой в сторону своего непутевого сына, также как отгоняют назойливых мух — Все распоряжения я отдал. Вон с моих глаз. — последние слова были уже не произнесены, а скорее с презрением брошены разочарованным отцом.

Лидия была счастлива, как может быть счастлива только юная влюбленная девушка в сердце которой цветёт уверенность в том, что её чувства не безответны. Взгляды Максима сегодня. Его руки, что держали её во время вальса. Да даже сам факт того что они танцевали вместе, кружились, улыбались — смотрели только друг на друга в этот момент. Это было по-настоящему волшебно.

Наверное, поэтому счастливая улыбка не сходила с её губ весь вечер. И сейчас сидя за общим трапезным столом на семейном ужине, на неё бросали взгляды украдкой как младшие сестры и братья семьи, так и прямо как отец с матушками или сидящий во главе стола глава их Рода. Вот только если младшие представители семьи бросив взгляд на витающую в облаках Лидию, лишь переглядывались между собой и хихикали, прячась от взрослых. То взгляды взрослых были не все одобряющими её состояние. Леонид Игоревич, периодически останавливая взгляд на двоюродной сестре лишь поджимал губы, но молчал. Но даже это его молчаливое неодобрение не ускользнуло от внимания остальных. Ни от его главного помощника Анатолия, нахмурившегося после увиденной пантомимы. Ни собственно от отца Лидии, приходившегося главе Рода родным дядей. А уж от женской части семьи скрывать отношение Леонида к состоянию Белых младшей и вообще не имело никакого смысла. Женщины такие моменты чувствуют на интуитивном уровне. Если конечно сами не ослеплены чувствами. Но за столом по этому поводу никем не было сказано ни слова. Леонид Игоревич молчал, а желающих поднимать эту тему, что так явно не нравиться Главе никто естественно не стал.

Уже позже, когда остальные домочадцы разошлись в кабинете главы собрались четверо. Леонид Игоревич восседал во главе за столом. А на добротном кожаном диване сидели два его двоюродных брата. Анатолий, который занимал должность начальника службы безопасности рода и его младший брат Александр, младше старшего на семь лет, он только закончивший Академию во Владимире еще не принял какую-либо ответственную должность и лишь учился у своего отца управлять активами Рода.

Сергей Васильевич, расположившись в отличии от своих сыновей в глубоком кожаном кресле с высокой спинкой возле стола за которым восседал Леонид. То, что он в своё время не препятствовал сыну своего старшего брата наследовать Род за рано почившим отцом лишь укрепило их родственную связь и теперь он выступал в роли Старейшины Рода, к чьему мнению Леонид всегда старался прислушиваться. Вот и сейчас Леонид внимательно вглядывался в своего дядю и раздумывал как начать не очень удобный для них обоих разговор. Наконец он заговорил, стараясь говорить тоном ровным и спокойным, по-семейному, но о серьёзном. Уж слишком опекал Сергей Васильевич свою старшую дочь, зачастую балуя её и потакая мелким капризам.

— Сергей Васильевич, я хотел бы попросить тебя. Не приказываю — не в том ты возрасте чтобы я тебе приказывал. Но прошу чтобы ты внимание обратил на поведение Лидии.

Сергей Васильевич вскинулся, как обычно когда разговор заходил за его дочурку.

— Мы все видели, как она смотрит на молодого Николаевского. И видели это не только мы. У нас с ними нет никакого договора. И насколько я помню решений по Лидии, именно из-за твоей позиции мы не принимали о возможном замужестве. Но её поведение с ним уже на грани приличий.

— Леонид —