Лимб - Алексей Губарев

Желудок при виде пищи зарычал, словно раненый хищник. Твою же бабушку, с творившимся вокруг безобразием совершенно забыл о еде. И теперь, когда стало более-менее спокойно, организм потребовал возмещение потраченных каллорий. Что ж, пора испробовать в деле мою скатерть-самобранку — «Длань Творца». Готовит на четверых, говоришь? В самый раз!

Я расстелил перед собой небольшой отрез плотной белой материи и мысленно пожелал потратить сорок сил Воли. Миг, и помещение наполнилось одуряющим ароматом свежей выпечки, отварного мяса и наваристого бульона, разлитого в пиалы.

— Порази меня сам Юпитер, где ты был раньше, боец? — заорал ворон, до этого претваряющийся спящим. — Я тут от голода пухну, а он такие вкусности прячет. Подразделение, подъём!

На горячую пищу подтянулись все, даже Джессика нашла в себе силы отлипнуть от стены. Нюша, обнюхав выделенную ей порцию, неожиданно для меня ухватила краюху хлеба и, вильнув хвостом, удалилась на противоположную сторону часовни. Я вспомнил, что Аня, во время нашего посещения малой зоны безопасности тоже предпочитала выпечку. Неужели она сохранила часть если не воспоминаний, то вкусовых привычек? Чёрт, нужно разузнать об этом побольше!

— Максим, как так вышло, что ты очутился здесь с младшим братом? — поинтересовалась новая знакомая. — Да ещё до Лимба добрались.

— Женщина, ты задаешь слишком личные вопросы! — возмущенно прокаркал ворон, освобождая меня от ответа. В этот момент я был благодарен пернатому, ведь мой ответ услышал бы и двойник. Кто знает, какова будет его реакция на услышанное.

— Ага, ты еще больше интересуешь, крылатый. Говорящая птица, я даже не слышала о подобном. Ещё собака эта — чистый цирк, по другому не скажешь. Я-то не настаиваю на ответах, а вот шериф любой цитадели потребует обьяснений.

Наш разговор прервал мощнейший удар. Часовня загудела, словно колокол, но выдержала. Снаружи раздался утробный рёв, в котором с трудом, но можно было различить слова:

— Одноглазая, я нашёл тебя! Я тебя убью!

— Сука, выжил! — выругалась Джессика, а затем крикнула: — Ничего, к утру у тебя силёнок поубавится, посмотрим, как ты запоёшь!

— Убью! — новый рёв, и новый удар, от которого часовня заскрежетала. — Выходи!

— Фемина! Не желаешь нам поведать, с кем ты так мило общаешься? — едва снаружи поутихло, ворон вернулся на алтарь, уставившись одним глазом на женщину.

— У меня имеется встречное предложение, — попыталась улыбнуться Джессика, — вы рассказываете, как собрались такой компанией, а я отвечу на ваши вопросы.

— Ответь на один вопрос. — я похлопал ладонью по прикладу «Довода». — Этим можно убить ту зверюгу, что ошивается снаружи?

— Убить измененного? А патроны не жалко?

Отступление двадцать второе.

Страж пропустил их. Более того, Эрая помогла разумной обезьяне, перевязав тому рану. Благодаря этой небольшой помощи ей удалось выяснить, как давно через портал проходили разумные, и в каком колличестве.

— Это был он, я уверена! — запальчиво произнесла эльфийка. — Мы отстаем на какие-то несколько часов. Если поторопимся, догоним в течении дня.

— Не стоит спешить, сестра. — Абиель, в отличии от девушки, был спокоен. Более того, он давно изменил своё отношение к хуману. Благодаря мальчишке он вырвался из Чистилища, буквально пробежал через лабиринт, и сейчас стоит впредверии Лимба. В то время, как сотни, тысячи перворожденных топчут песок красной зоны.

За порталом их ждала ночь. И смерть. Они не успели даже парой фраз переброситься, как их растерзали твари, набросившиеся со всех сторон в большом колличестве.

Эрая, очнувшись в зоне воскрешения, с удивлением обнаружила рядом своего спутника.

— Кажется, мы поспешили. — произнёс брат. — Впереди нас ждёт весёлая ночь!

Девушка не успела ответить, так как перед её глазами появились алые надписи. Быстро пробежав их, она остановилась на последней строчке:

«Reus N 138466738994, приготовьтесь к бою, перенос из безопасной зоны произойдет принудительно через: 10. 9. 8…»

Глава 16

Руины

Последние пару часов до снятия с часовни защиты прошли в тягостном ожидании. Будь света побольше, я бы попытался снарядить патроны, но свечение от алтаря было довольно скудным, даже моё улучшенное зрение не помогало сосредоточиться на точном измерении.

— Приготовьтесь, скоро защита спадёт. — произнесла Джессика, поднимаясь на ноги. Встретившись со мной взглядом, пояснила: — Алтарь мерцать начал. Минут пять у нас имеется на подготовку.

— Братишка, приготовься! — произнёс я, заметив, как на стене стал проявляться силуэт двери. Отошёл к противоположной от выхода стене и вскинул ружье, вжав приклад в плечо. Оружие было заряжено пулевыми усиленными патронами. Ещё два, с крупной картечью я зажал губами, приготовившись к быстрой перезарядке. В патронташе имелось еще два пулевых, итого шесть, мать их, выстрела.

Двойник встал справа от двери, приготовившись рубить любого, кто сунется, Джессика слева, взяв копьё наизготовку. Я подал знак, и мой двойник толкнул створку окончательно сформировавшехся дверей.

Раздался скрип, створки распахнулись, и в часовню тут же влетело длинное тёмное щупальце, толщиной с руку. Я чудом сдержался, чтобы не нажать на спусковой крючок, а двойник, не растерявшись, рубанул по гибкой конечности клинком, отсекая её напрочь. Снаружи раздался визг, а обрубок тут же пропал из видимости. Через миг на его месте появилась зубастая пасть, в которую я незамедлительно разрядил один ствол.

Усиленная пуля ушла глубоко в тело твари, разом лишив ту не только желания поживиться, но и жизни. Огромная ящерица, вздрогнув, осела на землю перед выходом, неподвижно замерев. Я переломил ружьё, извлек стреляную гильзу и всавил патрон с картечью.

— Хорошее ружьишко, — произнесла Джессика, выглядывая наружу. — Эй, Мухомор, ты где? Сдох что-ли?

— Рядовой, разведай обстановку! — распорядился ворон. Я глазами приказал двойнику выполнять приказ, и сам медленно двинулся следом, не отводя ствол оружия от проёма.

Снаружи было тихо и пусто. Лишь пара десятков обглоданных костяков, да труп убитой мною твари. Я сосредоточил взгляд на твари, активировав одну из способностей Экзекутора.

«Демоноящер, в стадии формирования „раб Хаоса“.»

— Вот он, идиот! — обрадованно произнесла копейщица, тыкая остриём своего оружия в бок человекоподобной твари, лежащей вплотную к часовне. Мать моя, да это же свинорыл! Только раздобревший, словно тестостерон вёдрами трескал. Метра три ростом, весь в бугрящихся мышцах, кабанье рыло с огромным пятаком и десятисантиметровыми бивнями, словом — жуть лютая.

— Эк его