Туман – Опасная зверушка - Андрей Сергеевич Абабков

— Какая дичь.

— Не то слово, но меня сейчас волнует не интеллектуальный уровень Охотников, поверивших в этот бред, а сохранность их жизней. Чтобы ты понимал проблему, в Архангельск уже прибыло больше двух сотен новых Охотников, и это только начало. На подходе тысячи. И все они отправятся искать Старших Тварей.

— И что? — я представил себе нарисованную Сергеей Пантелеймоновичем картину и не увидел в ней ничего страшного, — Первым, кто найдет, не повезет, а у остальных мозги на место быстро встанут, и они вспомнят, чему их учили в школе.

— Уверен? — голос собеседника был полон сарказма.

— Нет, — я был честен с Главой Охотников.

Вообще, помня в какую дичь верили люди в моем старом мире, я понимал, что прежде чем половина идиотов не отправится в поля вечной охоты, остальные за голову не возьмутся и будут как идиоты считать, что Твари бывают слабые, и живут они исключительно на Севере. Раньше вот не жили, а теперь живут. Миграция у них случилась. Первая за тысячу лет.

— Вот и я думаю, что нет, — печально подтвердил мой вывод Охотник, — Поэтому у меня к тебе есть одна просьба.

— Если это в моих силах.

— Возьми к себе в отряд как можно больше бойцов. И тебе хорошо и Охотники живы останутся.

Я задумался. Имея под рукой Павла, мне будет не сложно отобрать в команду подходящих людей. Это факт. Плюс многие рутинные дела, типа тех, которыми я лично занимался сегодня ночью, можно будет свалить на плечи других, и побыть самым настоящим начальником. И командовать есть кому — Фомич и Анна молодых построят без проблем.

Будет у меня полноценный отряд. В местных условиях стану большой шишкой и важным человеком. Больше всякие Зубы мне свои гнилые претензии предъявлять не будут.

Но есть и минусы. Прежде всего это сильно возросшие расходы. Но это еще ладно. Солдаты должны себя прокормить. Надо будет лишь все правильно организовать. А вот увеличение ответственности, — ведь большое количество бойцов надо занять делом, — меня немного пугает. Маленький отряд это маленькие проблемы, а большой отряд это уже большие проблемы. Оно мне нужно?

— Я посоветуюсь со своей командой, Сергей Пантелеймонович, — обтекаемо пообещал я собеседнику.

— Посоветуйся и помни, что если возьмешься, я лично буду тебе благодарен. Надо спасти дураков.

С последним я был не согласен. Спасать дураков вообще неблагодарное занятие, а если эти дураки еще и силой обладают, может вообще получится очень не хорошо. Если уж люди решили устранить себя из жизни максимально глупым способом, то надо отойти в сторону, а потом выдать им премию Дарвина* и на этом успокоиться.

(Премия Дарвина — виртуальная антипремия, ежегодно присуждаемая людям, которые в результате своих собственных действий нелепым образом умерли или потеряли способность иметь детей и в результате лишили себя возможности внести вклад в генофонд человечества.)

Но Главу Охотников понять можно. Его за большие потери по голове не погладят. Даже если умрут клинические идиоты. Ведь эти идиоты приносят Организации очень много денег и влияния.

Нет, ну как можно жить в мире, где каждую ночь нарождаются Твари, и верить слухам, что где-то эти Твари бывают слабее? И ладно если бы это место находилось в каком-нибудь мифическом районе, где давно не ступала нога человека. Но это же русский Север. Архангельск! Люди здесь живут веками. И кто поверил в подобный бред? Охотники! Люди, лучше других знающие Тварей!

Вот зачем мне такие работники? Сопли им подтирать? А ведь просьбу Сергея Пантелеймоновича придется выполнять. Не каждый день большая шишка просит тебя о личной услуге. Одна только благодарность такого человека может перекрыть все неудобства от того, что придется руководить толпою клинических дураков.

Подобного мнения придерживались и все остальные. Когда я поделился с командой новостями из Архангельска и озвучил им просьбу Главы Организации Охотников, почти сразу от меня потребовали немедленно объявить о наборе бойцов. Нина даже озвучила конкретное количество — 107 рыл. Откуда она взяла эту цифру я спрашивать не стал. Зато именно ей и поручил эту задача, естественно вместе с Павлом.

Гуль и девушку прикроет, и гниль отсеет.

* * *

— Ты знаешь, что Совет Семей выставил мне ультиматум?

— Да, государь.

— Наш беглый вампир приносит все больше головной боли.

— Ликвидировать?

— Я просто ворчу. Не будь таким серьезным.

— Да, государь.

— Сейчас нам необходимо разобраться с Советом. Наглость должна быть наказа. Мысли есть?

— Судебный процесс…

— Вот как это у тебя так получается? Одного вампира ликвидировать только за то, что я на него поворчал, а других под суд — после того как они мне ультиматум выставили? Не пойму, где проходит граница между твоими решениями?

— Виноват, государь. Через полчаса мои бойцы будут готовы к штурму.

— Начал соображать. Хвалю. Ликвидировать весь Совет одним махом сдюжишь?

— Да, государь.

— Действуй.

* * *

— Ты знаешь, что мне сказали в Счетном приказе?

— Обещали все быстро исправить?

— Почти. Со мной отказались говорить.

— Это как так?

— Вот так. Какой-то мелкий писарь заявил мне, что я нарушаю закон и не могу ничего требовать со Счетного приказа.

— Это оскорбление. Надо немедленно доложить Царю и…

— Доложим. Чего же не доложить. Огневых оскорбили, а они побежали государю жаловаться. Чего еще от нас ждать? Мы же слабые. Да? Даже писаря на место поставить не можем.

— Я не это имел ввиду! Я…

— Собирай бойцов. Надо напомнить, почему наш род уважают. Государя я предупрежу.

* * *

В обед на нашу базу приехал архангельский князь. Без предупреждения и без значительной свиты. Всего три автомобиля, что для персоны такого уровня почти как явиться пешком и одному.

— Мне рассказали, что тут проводят запретные темные ритуалы, — после положенных приветствий молодой князь сразу перешел к сути своего визита, — Показывайте.

— Что показывать? — я даже не понял, о чем говорит мой гость.

— Где проводите темные ритуалы.

— А это вообще что такое? — в поисках поддержки я посмотрел на своих соратников, но и на их лицах отражалось лишь удивление.

— Значит сотрудничать не желаете?

— Вы сначала скажите, о чем идет речь, князь, а там уж я решу, сотрудничать мне или нет, — мои слова явно не понравились молодому парню, — Что за темные ритуалы? Что это?

— Запретные темные ритуалы.

— Пусть запретные. Что это такое?

— Все ясно, — князь резко развернулся и вышел, его свита последовала за ним.

— Василиса!

— Чего орешь? Я рядом стою!

— Что за запретные темные ритуалы? О чем этот князь говорил?

— А я при чем? Я ничего такого не